И вот они во дворе, он зарос работы в огороде было много а вот грядки с клубникой как-то особо и не заросли но все равно полоть надо, – подумал Федор и спросил у риэлтора:
– А что, дом выморочный?
– Ох, это же надо, никто в поселке не знает, даже старики, что же это такое – выморочное имущество, а вы-то совсем еще молодой, откуда вы это знаете об этом?
И Федор рассказал что он после детского дома именно такую квартиру и получил.
– Вот ведь как бывает, – удивленно сказал риэлтор,– а Федор спросил у него:
– А скажите, отчего хозяйка умерла?
– Тромб оторвался, ведь она еще бодрая была, ни на что не жаловалась, никто не думал, не гадал, что такое случится. Я ведь сам тоже отсюда родом, пять лет назад перебрался в город. А Глафира Устиновна у нас в школе преподавала математику. Ей ведь даже семидесяти лет не было. Она только за полгода до смерти перестала работать, – здесь, в Родниковом где-то с полгода все в трауре ходили, ведь ее все любили, очень любили, – говорил как-то приглушенно мужчина. И Федору стало понятно, что он действительно очень искренен в своих чувствах к этой женщине.
Они поднялись на крыльцо.
– Меня Андрей зовут.
– А я Федор.
– Знаете, Федор, а вы как-то сразу расположили меня к себе. И мне вдруг захотелось, чтобы вы, именно вы купили дом Глафиры Устиновны, вы уже приняли решение о покупке?
– Я не только его хочу купить, я ей на кладбище сегодня пообещал и памятник поставить. Знаете Андрей я на кладбище совершенно случайно попал. Просто заблудился и вышел прямо на ее могилу.
– А вот мне кажется, что это вовсе и не случайно, – философски произнес Андрей.
И вот они уже в доме, где все покрыто пылью, но дом не казался заброшенным. Остальное, судя по всему, было так же как при хозяйке: каждая вещь находилась на своем месте, Вот и эта книга с закладкой говорила о том, что даже в последние минуты жизни Глафира оставалась верной себе и своим пристрастиям, а о том, что старая хозяйка очень любила читать, говорил и огромный книжный шкаф, старый, пусть и старый, немодный но, настоящий.
На столе лежал конверт, а рядом письмо, адресованное хозяйке.
– Видно это письмо было последним прочитанным в ее жизни, а возможно она и не успела это письмо прочитать, – с горечью подумал Андрей, и взяв в руки конверт, сказал вслух, – отправитель письма Юлия Осокина, моя одноклассница мы все знали, что они переписывались, ведь Юлька уже кандидат математических наук, живет в Москве, а вот к какому университете Юлия преподает я так и не знаю Она в нашем классе самая умная была. Я пока заберу конверт, может она и не знает до сих пор, что наша Глафира Устиновна умерла. Мы каждый август собираемся вместе, но нас не очень много, а Осокина была, всего пару раз за все эти годы. Я ей напишу, обязательно напишу, что надо бы и ей приехать в августе.
– Тогда я постараюсь поставить памятник в конце июля.
– Так вы окончательно решили с покупкой дома?
– Да, конечно, меня все устраивает. Надеюсь, что книги у меня не заберут ведь это тоже имуществом считается.
– Думаю, что нет. Если вы не против, то мы одну комнату, вот, например, эту маленькую мы и займем под музей. Тогда уже точно не заберут, вы не против?
– Нет я только рад буду , а она как раз самая светлая, сказал Федор и подумал, – Судя по тому, как говорят о хозяйке этого дома в поселке, светлым человеком она была.
– Тогда с завтрашнего дня и начинаем оформление дома на вас. Цену я не могу ни уменьшить, ни увеличить. Это зависит не от меня. Поэтому она останется на том же уровне, что было мне указано свыше. Я так понял что она у вас вполне устраивает, – произнес Андрей
– Устраивает, конечно устраивает, – вскричал Федор, скажите, что от меня требуется?
– Ваши документы при составлении договора купли-продажи дома вместе с земельным участком.
Вернувшись домой, Федор с трудом дождался Георгия и Марину и тут же сообщил им что, покупает дом Глафиры Устиновны.
– Когда это ты успел все сделать, – удивился Георгий.
И Федор подробно рассказал ему о своей прогулке по поселку, про кладбище, на которое попал случайно, а затем и о счастливом конце этого этой прогулки.
– Да, Федор, не зря ты к нам приехал. Вот видишь, все сразу как-то и сладилось, – сказал Георгий.
– Теперь нам осталось только женить тебя, я чувствую ,что сам ты так никогда и не соберешься,– засмеялась Марина.
– Ой, там столько клубники, ее бы успеть собрать, – сказал Федор.
– Но это недолго, вот через три дня наши орлы приедут, и помогут тебе, ведь уже завтра весь поселок будет знать, что ты покупаешь дом Глафиры Устиновны, – сказала Марина,– ведь Андрей, как мне кажется, уже сообщил об этом в магазине. Он хороший парень, надежный, но болтун еще тот, поэтому никто не удивится, когда ребята полезут за клубникой через забор, а заодно ее и польют. Да и не только ее, там и малину надо поливать, и деревья. Думаю соседи против не будут.
Через три дня приехали Вадим и Максим. И включились в работу не только дома, но и Федора Сергеевича, с которым быстро подружились. А через три недели Федор уже прописался в собственном доме. Он сразу решил, что мебель он менять не будет. И даже холодильник пока оставит. Единственной вещью, которую надо было сменить была допотопная стиральная машинка, и Федор с радостью купил себе новую. В огороде ему вовсю помогали мальчики. А клубники и малины он наелся до отвала.
Также Федор разобрал все документы, оставшиеся после хозяйки. Еще у нее было очень много писем от бывших учеников, и была пачка новых конвертов. видно Глафира Устиновна регулярно отвечала всем своим ученикам.
Все лишнее Федор выбрасывать не стал, а пока оставил, резонно рассудив, что из бумаг может что-то и пригодиться.
А еще Федор обратил внимание на странное письмо с поздравлением ко дню рождения от Александры, которая подписала его как “подружка Саша”, были и еще письма и от этой Саши, где она рассказывала о своей внучке, о правнуке. Писала она и о том, что муж у ее Танечки злобный тиран, и хотя она получила через суд развод, он все время преследует ее, и не дает ей с ребенком никакого прохода. Имени правнука она почему-то нигде не упоминала. На на всякий случай Федор отложил это письмо в ящик письменного стола, куда поместил и документы, касающиеся дома. И вот, закончив со всеми срочными домашними делами, Федор начал думать о том, куда ему идти работать.
Идти на заправку, как Жора, Федор не хотел, он хотел работать так, как все. То есть со стандартным графиком: пять дней рабочих, а потом два дня выходных. И Федор стал подыскивать для себя подходящий вариант. По профессии он был электриком, закончив в свое время университет. И там, на Севере, он работал инженером- электриком, но там работа была связана со сменами.
А он уже устал от этих смен, и сейчас Федор хотел более спокойную работу. И вот он устроился, наконец инженером производственно-технического отдела в строительную компанию. Зарплата по сравнению с Севером, конечно, была меньше Но его и это устраивало.
Марина в начале его обустройства в доме активно помогала ему, и во дворе, и на кухне, обучая его вести хозяйство. И он уже к октябрю втянулся в эту интересную для него жизнь. Ведь у него своего дома до этого, практически не было, сначала был детдом, потом где-то года полтора он прожил в университетском общежитии, где двери их комнаты никогда не закрывались. И только полтора года он провел в собственной квартире. А потом помчались годы на Севере, где он жил в общежитии. Да, ему это и не нравилось, но холостякам квартир не давали они жили только в общежитии. А квартиру там, на Севере, он покупать не собирался, так как планировал все же вернуться, туда где тепло и комфортно.
Вскоре у Федора в доме было очень уютно, и даже маленькая комната, где был музей Глафиры Устиновны радовала его, и совсем не мешала его размеренной и спокойной жизни.
Он побывал на встрече одноклассников Андрея, где его поблагодарили и за памятник на могиле у любимой учительницы, и за скромный музей в его доме, который уже начал работать. Экскурсоводом там был Андрей, который прилагал все усилия для того, чтобы про музей в Родниковом узнало как можно больше народа. Познакомился Федор и с Юлией Константиновной Осокиной, которая выделила денег на оборудование для музея, и они с Андреем приобрели несколько стеллажей. А потом Федор с Андреем, Максимом и Вадимом отыскивали среди вещей Глафиры Устиновны экспонаты, которые можно было бы поместить на эти стеллажи. У хозяйки дома было много уникальных фаянсовых статуэток, изготовленных в пятидесятые-шестидесятые годы. Было у нее и несколько картин, которые, как они выяснили, были подарены ей одним из ее учеников. Который сейчас стал уже знаменитым иллюстратором. Одним словом музей разрастался, особенно много было посетителей в музее в день рождения Глафиры Устиновны. В этот день в музее был даже концерт. Правда музыки там было мало. В основном школьники местной школы читали стихи.
Так прошло полгода, Федор уже привык к размеренной, можно сказать почти деревенской жизни. Но по-прежнему он был один, и это очень его тяготило. Он очень хотел семью, но пока никаких перспектив с на ее создание не было.
Мои уважаемые подписчики и те, кто просто заходит на мой канал, буду очень рада вашим откликам, комментариям, мыслям по поводу прочитанного. Успехов вам и всех благ!
Читайте также на моем канале: