Двадцать лет брака, и ни одного ребёнка. Великий князь московский Василий Иванович, наследник собирателя земель русских, оставался без сына, а значит, и без будущего для своего дома. И тогда он сделал то, чего до него не позволял себе ни один государь Москвы: отослал жену в монастырь, чтобы жениться второй раз.
Из этого второго брака родится мальчик, которого через много лет назовут Грозным.
А пока 1525 год, осень, и Соломонию Юрьевну Сабурову везут в Рождественский монастырь. Постригать насильно. Современники шептались, что она сопротивлялась, срывала с себя куколь, кричала, что её постригают не по воле Божьей, а по воле мужа. Митрополит Даниил утешал её сухо и быстро. Запись об этом сохранилась в летописных сводах, и сухость записи страшнее любых причитаний.
Кем же был человек, отправивший жену под клобук ради ещё не зачатого ребёнка?
Сын собирателя
Василий родился в 1479 году, вторым сыном Ивана III и Софьи Палеолог, племянницы последнего византийского императора. Старший сын государя, Иван Молодой, был от первого брака, и именно его готовили на престол. У Василия не было никаких шансов. Он рос на отшибе властной игры, тихим княжичем при шумном московском дворе.
Всё изменилось в 1490 году. Иван Молодой умер внезапно, в тридцать два года, от ломоты в ногах, как пишет летопись. Лечил его венецианский лекарь Леон, лечил неудачно и сам поплатился головой. Остался малолетний внук Дмитрий, сын умершего. И две партии при дворе: одна за Дмитрия, другая за Василия и его мать-гречанку.
Эту борьбу Софья почти проиграла. Ивана III раздражали интриги жены, в 1497 году он велел казнить её сторонников, утопить в Москве-реке. Дмитрия торжественно венчали на великое княжение, впервые в русской истории через обряд, отдалённо напоминающий византийский. Василия отстранили.
Но отец передумал. К 1502 году опала легла уже на Дмитрия и его мать Елену Волошанку. Их посадили под стражу, где они и умерли. Василий получил великое княжение Владимирское и Московское при живом отце. Что стояло за этой переменой, источники толком не объясняют. Видимо, верх взяла Софья. Видимо, Иван III решил, что внук слишком связан с боярскими партиями, а сын свой, послушный.
В 1505 году Иван III умер. Василий стал государем всея Руси.
Невеста из пятисот
Жениться надо было сразу. И тут начинается история, которой раньше Русь не знала.
По одной из версий, опираться на которую полностью нельзя, но которая упоминается в источниках, для Василия устроили смотр невест. Свезли в Москву около пятисот девиц из боярских и дворянских родов, отбирали по красоте, здоровью, происхождению. Из всех выбрали Соломонию, дочь незнатного боярина Юрия Сабурова. Выбор странный: государь мог бы породниться с европейским домом или с Литвой. Но византийская традиция, на которую оглядывалась мать Василия, предписывала именно такой обряд: так выбирали себе невест константинопольские императоры.
Свадьбу сыграли в сентябре 1505 года. Соломония была, по отзывам, хороша собой, набожна, тихая. Василию шёл двадцать седьмой год.
Они прожили вместе двадцать лет. И Бог не дал им детей.
Государь без наследника
Что делал Василий все эти годы? Он, в общем, продолжал дело отца. Только без отцовского размаха и без отцовской хитрой осторожности, по-своему, сухо, упрямо, иногда жестоко.
В 1510 году он присоединил Псков. Сделал это просто: вызвал псковских посадников в Новгород, под предлогом разбирательства, и объявил, что вечевого правления больше нет. Вечевой колокол сняли и увезли в Москву. Псков плакал. Летописец записал, как горожане смотрели на пустую звонницу. Сопротивления почти не было, Василий действовал быстро и без объяснений.
В 1514 году он взял Смоленск. Это было главное военное дело его жизни. Город держала Литва почти сто лет, два предыдущих похода кончились ничем. На третий раз Василий взял Смоленск осадой и артиллерией. Литва ответила разгромом русского войска под Оршей, но Смоленск Василий удержал.
В 1521 году он присоединил Рязанское княжество, последнее самостоятельное княжество Руси. Хитростью: пригласил молодого рязанского князя Ивана Ивановича в Москву и арестовал. Тот потом бежал в Литву, но княжества уже не было.
К 1525 году Василий собрал почти всю Великороссию. Только не было детей.
Соломония
Что было между супругами, мы не знаем. Никаких писем, никаких разговоров до нас не дошло. Только редкие следы: Соломония много ездила по монастырям, заказывала молебны о чадородии, шила пелены в монастырские храмы. Одна такая пелена сохранилась, с надписью её именем, тёмная, тонкой работы.
Винили её. По обычаю времени бесплодие в браке всегда списывали на жену.
Барон Сигизмунд Герберштейн, австрийский посол, побывавший в Москве чуть позже, записал слух: будто Василий, проезжая полем, увидел птичье гнездо и заплакал. Сказал боярам: горе мне, и птицы плодовиты, а я нет. Анекдот это или правда, но настроение государя он передаёт точно. Сын нужен был любой ценой.
В 1525 году Василий собрал боярский совет. Поставил вопрос прямо: если он умрёт бездетным, кто сядет на московский престол? Братья его, Юрий Дмитровский и Андрей Старицкий, ждали этого часа. Василий им не доверял. И не зря: с обоими у него были тяжёлые отношения, обоих он подозревал в заговорах.
Митрополит Даниил, человек послушный и услужливый, благословил развод. Восточные патриархи, к которым обращался Василий, такого благословения не дали: брак нерасторжим, бесплодие не повод. Византийские правила государь обошёл волей московской церкви. Это был скандал. Это было неслыханно.
В ноябре 1525 года Соломонию увезли в Рождественский монастырь на Москве. Там её постригли с именем София. Народ роптал, юродивые проклинали митрополита. Старец Вассиан Косой, человек знатного рода и большой нравственной силы, открыто говорил, что князь живёт в блуде. За эти слова Вассиан потом заплатит: его уморят в монастырской ссылке.
А ещё через год по Москве поползёт слух, от которого Василию станет совсем худо: будто Соломония, уже в монастыре, родила сына. Будто его прячут, будто настоящий наследник растёт где-то в суздальской обители. Слух этот пошёл так далеко, что в советское время в Покровском монастыре в Суздале вскрыли гробницу с детским именем и нашли там тряпичную куклу в шёлковой рубашечке. Не ребёнка. Куклу. Что это было, мы не знаем до сих пор: подмена, обряд или просто легенда.
Литовка
Через два месяца после пострига Соломонии Василий женился второй раз. На Елене Васильевне Глинской, молодой, дерзкой, наполовину литовке. Её род только недавно перешёл из Литвы в Москву, и многим боярам это новое родство государя было поперёк горла.
Елене было около восемнадцати. Василию сорок семь. Он сбрил бороду. Это тоже поразило современников: московский государь без бороды смотрелся как иноземец. Сбрил ради молодой жены. Стал, как пишет летописец, одеваться иначе, мягче, наряднее.
Четыре года не было детей. Уже шептались, что развод был напрасен, что Бог не благословляет. И вот в августе 1530 года Елена родила сына. Назвали Иваном, по деду. По преданию, в ту ночь над Москвой ударила страшная гроза, какой давно не помнили; летописец отмечает это особо. Через два года родился второй сын, Юрий, слабоумный от рождения.
Василий, говорят, плакал над колыбелью.
Конец
Он умер в декабре 1533 года. Под Волоколамском, на охоте, на бедре у него появился маленький нарыв. Нарыв рос. Везли в Москву на санях, по дороге становилось всё хуже. Уже в столице он принял схиму с именем Варлаам, исповедался, благословил трёхлетнего Ивана на царство.
Сыну было три года. Жене Елене чуть за двадцать. Бояре стояли вокруг и считали ходы.
Через пять лет Елена умрёт, по одной из версий, отравлена. Иван останется сиротой при боярском дворе и научится тому, чему научится. А Соломония, в иночестве София, переживёт и Василия, и Елену. Умрёт в Суздале в 1542 году. Её начнут почитать как святую ещё в XVI веке, при внуке Василия, царе Фёдоре. Канонизирована она будет окончательно только в 1984 году, как София Суздальская.
Две женщины, между которыми Василий сделал свой выбор, обе ушли молча. Одна в монастырь, другая в могилу. А мальчик, ради которого всё это случилось, вырос таким, что потомки прозвали его Грозным, и долго спорили, что больше его сделало: кровь литовки-матери, сиротство при злых боярах или тяжёлая тень отца, который ради него переломал московский обычай.
Скажите, как вам кажется: был ли у государя другой выход, кроме развода, или Василий выбрал не наследника, а себя? Об этом и в XVI веке спорили, и сегодня каждый отвечает по-своему.