3-я серия. Вот это поворот, не часто встретишь. Иной бы режиссер придумал нечто эдакое, благодаря чему все налетчики разом бы окочурились. А тут … Мародеры потребовали выкуп в 500 ливров, им заплатили, и они ушли. Героизма ноль, зато исторически верно. Атаман был настолько любезен, что слил Изабель свою сделку с Фонтенаком - мол, заплатили мне 500 ливров за нападение и еще 500 обещали за удачу. Барон, конечно, тот еще лошара.
Единственное что я не понял - атаман угрожал сжечь «сараи, каштаны и деревню». Так деревня всё-таки относится к замку Моспеш? Еще Изабель расчувствовалась и решила принять бастарда.
После успешного отвоевания Кале, Жан де Сиорак возвращается домой. Привез он сундучок с золотом и титул барона, жалованный от короля. Как выразился переводчик - «король возвел наш округ в ранг баронства». Это, конечно, неплохо, но… прибавится ли дохода от возведения замка с непонятной округой в это баронство? И разве барон не должен владеть несколькими сеньориями? Или пускай одной, но приличной и богатой. Но лишь один замок вкупе с непонятной деревней и уже барон?
Два Жана совещаются с симпатизирующим им судейским де Ла Портом, как бы половчее притянуть Фонтенака к ответу за его фокусы. А военная челядь двух капитанов тем временем отмечала в таверне возвращение. Все ребята тоже интересные - Иона, Кабюс, Однорукий. Да, заодно и предстоящую свадьбу Кабюса с Кату, одной из женщин замка тоже праздновали. Ну и прибили мужики за амбаром ненароком главного из прихвостней Фонтенака, он, впрочем, был плохой и сам напросился. Что вот только теперь с его тушкой делать и с дамой не очень высокой социальной ответственности, которую сей прихвостень обижал?
Сначала я подумал, что парни его просто били, но они притащили его вполне живого в замок и сдали своим капитаном. Его случайно увидел Самсон и опознал в нем убийцу своей матери. Де Совтер сказал мальчику, что головореза они собираются использовать как свидетеля против барона Фонтенака. Я, впрочем, не совсем улавливаю связи - свидетеля чего? Ведь Самсон опознал его после того, как два Жана посадили прихвостня злобного барона на цепь. Да и на суде он может о той гугенотской книжке рассказать.
На празднике заодно выясняется и текущая дата событий - уже июль 1559 года, так как пришло сообщение о смерти короля Генриха II. Сиорак с сожалением говорит Совтеру, что также пришло письмо об их деле против Фонтека, и его «завернули». Да тут еще и семья «маленькой» королевы (Марии Стюарт, как легко догадаться) злыдню покровительствует, так что ничего не поделаешь. «Свидетель» двум капитанам теперь ни к чему. Так что головореза они уконтропупили и в виде вызова повесили прямо на воротах замка Фонтенака. Да у этого барона стража совсем мышей не ловит.
Тут еще вероятно завязывается конфликт (а может и трагическая любовь) на молодое поколение. У Фонтенака есть дочь, единственная наследница, которую он очень любит, это он, как человек дрянь, а как отец вроде и ничего. Естественно, отца и дочь Фонтенаков весьма расстроило такое вольное обращение с их слугой.
Жизнь потекла своим чередом. Солдат Иона нашел в лесу раненную маленькую волчицу и приручил ее. Внезапно на 3-ей серии пошел рассказ от первого лица, второго сына Сиорака, Пьера. Собственно говоря, так было в оригинальных романах, но по первым двум сериям ни за что не догадаться, что Пьер здесь главный герой, да еще и рассказчик. И опять не понятно - «в правление нового короля доминировали фанатичные католики. Преследования возобновились, моему отцу и Секстерну больше не разрешали открыто декларировать свою веру». В смысле? Кто это ему раньше разрешал? Зачем тогда судья из Бордо вообще приезжал?
Прошло полтора года, вот уже и король Франциск II умер, на трон взошел Карл. Де Сиорак, полагая что королева-мать Екатерина Медичи добра к гугенотам, решает открыто объявить о своей вере. Странно, столько времени прошло с начала сериала, а никто не вспоминает, кто собственно высший сеньор здесь. Перигор ведь принадлежал дому Альбре. И почему король Генрих призывал де Сиорака на войну, а не тот, чьим вассалом Сиорак являлся? Точнее, не тот, а та - Жанна Д’Альбре была королевой Наварры и госпожой своих владений во Франции с 1555 года. Вот о королеве Медичи де Сиорак помнит, а о собственной госпоже почему-то нет.
Тут я сверил даты и задумался - может, режиссер сюрприз готовит? Карл IX стал королем 5 декабря 1560 года, а Жанна Д’Альбре как раз на Рождество этого же года открыто перешла в кальвинизм. Вот в ссоре с женой де Сиорак как раз и поминает королеву Наварры как протестантку (считается, что фактически она стала таковой в августе 1560-го), но почему не как собственного сюзерена?
Капитаны приглашают в свой замок кальвинистского теолога и открыто провозглашают свою веру. К ним через пень колоду присоединяется челядь и семья, кроме Изабель.
Продолжение следует…
Предыдущие серии: