НАЧАЛО РАССКАЗА:
Судья о чём-то быстро пошептался со своим ассистентом, а затем жестом подозвал к себе адвоката Бориса. Тот стоял рядом красный, как варёный рак, и нервно теребил галстук, а после короткого разговора вернулся к своему клиенту и что-то тихо, злобно прошипел ему на ухо. Борис сначала побледнел ещё сильнее, потом побагровел от гнева и тут же разразился громкой, нецензурной тирадой, забыв, где находится. Евгения поняла, что наконец наступает минута её долгожданного триумфа.
— Учитывая все изложенные обстоятельства, — судья с трудом сдерживал смех, глядя на разбушевавшегося истца, — я признаю брак между господином и госпожой Трофимовыми полностью расторгнутым. По закону половина всех средств, находящихся на общем счету супругов, подлежит делению в равных долях. Согласно предоставленным выпискам из банка и договору купли-продажи, сумма требований в данном деле составляет... десять тысяч рублей.
Борис резко вскочил со стула, открыл рот, чтобы закричать, но ноги его вдруг подкосились, и он рухнул обратно, беспомощно хватаясь за подлокотники. Ассистент судьи тут же выбежал за водой. Евгения не стала больше наблюдать за этим жалким цирком. Она молча поднялась, поправила юбку и, не оборачиваясь, вышла из зала заседаний, оставив бывшего мужа разбираться с последствиями собственной глупости.
— Ну что, всё прошло как надо? — с неподдельной тревогой спросил Илья, когда Евгения села к нему в машину и с наслаждением выдохнула.
— Более чем, — рассмеялась она, чувствуя, как с души свалился огромный камень. — Ты бы только видел его лицо, Илья, когда он услышал ту жалкую сумму, которую получит! Да и ещё, похоже, он нарвался на неприятности — за попытку ввести суд в заблуждение и использование чужих документов без разрешения. Ничего, получил поделом. Пусть теперь знает своё место. Если уж решил нагло обманывать людей и жить за их счёт, будь готов получить в ответ ту же монету, только в двукратном размере.
— А он сможет как-то оспорить это решение? — нахмурился Илья.
— Вряд ли, — отмахнулась Евгения. — Ни один нормальный, адекватный адвокат за такое не возьмётся, себе дороже. А этот тип, которого он нанял... не уверена, что у Бориса вообще остались деньги ему заплатить. Чувствую, сейчас у него голова совсем о другом болеть будет. Интересно, как его Света погонит грязными тряпками из своей квартиры, когда узнает, что никакого богатства не предвидится.
— И куда же он, интересно, пойдёт? — задумчиво протянул Илья. — Ты же сама говорила, что он продал своё единственное жильё.
— А меня это, если честно, совершенно не волнует, — Евгения пожала плечами. — Он же сам вложил все деньги в ту фирму по строительству каркасников. Вот пусть теперь и строит себе такой домик-скворечник и живёт в нём. Думать надо было своей головой, прежде чем других обманывать. Или ты считаешь, что я виновата в его бедах?
— Вовсе нет, — твёрдо сказал Илья. — Твой бывший муж получил именно то, чего сам так страстно желал. Ты же не заставляла его продавать квартиру, это было его собственное решение, пусть и под влиянием жадности. Он сам всё это сделал, сам себя обманул, рассчитывая на жирный куш. Кто же виноват, что его ожидания так жестоко не оправдались?
— Наверное, сейчас побежит к своему любимому братцу Вадиму, — задумчиво сказала Евгения. — Держу пари, что и ему уже золотые горы пообещал.
— А он, этот Вадим... — Илья помрачнел. — Ты уверена, что Борис не захочет тебе отомстить? Мужчины с больным самолюбием бывают очень непредсказуемы и опасны.
— Кто, Борис? — усмехнулась Евгения. — Да у него кишка тонка для настоящей мести. Он трус, каких мало. Давай не будем сейчас о грустном, я хочу радоваться. Может быть, пообедаем где-нибудь, отпразднуем нашу с тобой победу?
— Нашу? — Илья тепло улыбнулся.
— Именно нашу, — кивнула Евгения. — Если бы не твоя помощь, Илья, я бы сейчас наверняка осталась ни с чем и кусала бы локти. Ты мой спаситель в который уже раз.
Отношения между Евгенией и Ильёй закрутились как-то сами собой, легко и естественно, будто так и было задумано судьбой. Мужчина стал часто приезжать к ней в гости, приглашал на романтические свидания, дарил цветы без всякого повода. К тому же он активно помогал Евгении наладить нормальную работу «Тёти Нюры» после смерти предыдущей владелицы. Илья, как владелец крупной сети кафе, имел массу полезных знакомств и деловых связей. Он нанял талантливого и опытного управляющего, который быстро привёл предприятие в порядок, разобрался со всей запутанной документацией и наладил производственные процессы. Евгения же с облегчением продолжала работать на своей любимой должности старшего технолога, лишь изредка вспоминая, что формально до сих пор является ещё и владелицей фирмы, которую они с Ильёй так и не переоформили обратно.
Борис, как ни странно, после развода совершенно не напоминал о себе. И хотя Евгения поначалу немного боялась, что бывший муж с его уязвлённым самолюбием не успокоится и попытается отомстить, постепенно она успокоилась и просто постаралась забыть о своей неудачной прежней жизни, как о страшном сне. Однако несколько раз она замечала то возле своего дома, то рядом с работой невысокого мужчину, подозрительно похожего на младшего брата Бориса, на Вадима. Тот всегда держался на почтительном расстоянии, близко не подходил, что всё же вызывало у Евгении некоторое глухое беспокойство.
— Илья, мне кажется, этот тип за мной следит, — как-то призналась она за ужином, не в силах больше держать тревогу в себе.
— Кто? Борис? — мужчина мгновенно напрягся, отложив вилку.
— Нет, не он, его младший брат, Вадим. Я видела его уже несколько раз в разных местах. Сначала я думала, что мне просто кажется, но нет — это точно он.
— Ты уверена, что это он, а не просто похожий человек? — осторожно спросил Илья. — Может быть, ты просто накручиваешь себя, ожидая от бывшего мужа какого-нибудь подвоха? Это естественная реакция после пережитого стресса.
— Нет, я абсолютно уверена, это он, — твёрдо сказала Евгения. — Сначала я тоже подумала, что обозналась, но он и возле нашего дома дежурит, и у проходной моей фабрики стоит. Мы с Вадимом никогда не ладили, это ещё мягко сказано. Я его откровенно боюсь. У него тяжёлое прошлое, он сидел в тюрьме. После отсидки, конечно, вроде бы за ум взялся и остепенился, но он страшный человек, Илья. Я боюсь, что они с Борисом что-то задумали. На самом деле боюсь.
— А что они могут тебе сделать? — нахмурился Илья.
— Не знаю, — призналась Евгения. — Борис вряд ли бы задумал что-то серьёзное, кишка тонка. А вот Вадим... он бывший сиделец, у него совсем другая психология. Я боюсь, Илья. Очень боюсь.
— Не переживай, я тебя в обиду никому не дам, — решительно заявил мужчина. — Хочешь, мы можем переехать ко мне? У меня дом в охраняемом посёлке, с надёжной охраной и видеонаблюдением. Туда просто так не зайдут, и никто не подойдёт незамеченным.
— Да нет, не надо пока, — покачала головой Евгения. — Всё же я не до конца уверена, что это именно Вадим. Может, это просто похожий человек, их много. Он всегда довольно далеко стоит, будто бы просто кого-то ждёт или своими делами занимается. Я не хочу принимать поспешных решений.
— Ты сама себе противоречишь, дорогая, — мягко сказал Илья. — Нет, уж если ты всерьёз боишься и у тебя есть для этого основания, я найму профессионального охранника, который будет тебя сопровождать повсюду. Так нам обоим будет спокойнее.
— Ладно, как скажешь, — со вздохом согласилась Евгения, понимая, что спорить с ним бесполезно.
Наступило долгожданное лето. Евгения уже давно не замечала подозрительного Вадима. Вместо него за ней теперь повсюду, как безмолвная тень, следовал угрюмый, немногословный мужчина в неприметной одежде, которого где-то нашёл и нанял Илья. Его звали Аркадий. Он всегда провожал Евгению утром на работу, встречал вечером, сопровождал в магазины и даже на прогулках неотступно следовал за ней, держась на почтительном расстоянии. Вадим, если это действительно был он, перестал появляться, видимо, поняв, что с охраной шутки плохи.
— Я думаю завтра на дачу съездить, — как-то вечером сообщила Илье Евгения, когда они пили чай на балконе. — Мы там с Аркадием всё приготовим, приберёмся, а в выходные ты приезжай. Хорошо? Погода обещает быть просто замечательная, да и я бы хотела ягод в лесу пособирать. Помню, мы с бабушкой раньше часто ходили на те поляны. Я тут недавно придумала новый, экспериментальный рецепт варенья, с добавлением лесных трав. Вот хотелось бы поэкспериментировать в спокойной, домашней обстановке, вдали от городской суеты.
— Отличная идея, — с энтузиазмом согласился Илья. — Я и сам уже давно хочу выбраться на природу, отдохнуть от этой городской круговерти. Сейчас как раз низкий сезон в кафешном бизнесе, все заведения работают в половину силы. Ты тогда завтра поезжай спокойно, а я в пятницу вечером подъеду, как только освобожусь. С Аркадием мне тебя не страшно отпускать, он мужик надёжный, не подведёт.
— Да не переживай ты так, — Евгения обняла его за шею и чмокнула в щёку. — Эти уже давно не показываются, следы потеряли. Поняли, наверное, что их дело глупое и тупиковое. Теперь мне вообще кажется, что я просто перенервничала тогда и выдала желаемое за действительное. Бывает такое состояние после стресса.
— Ничего себе у тебя желания, конечно, — засмеялся Илья. — Эх, паникёрша ты моя. В любом случае, с тобой будет Аркадий, а он мужик серьёзный, при необходимости сможет постоять и за себя, и за тебя. Да и соседей на даче полно, там никогда не бывает пусто. Даже если вдруг заявится этот твой Борис с братцем, Аркадий его быстро выставит, не сомневайся.
Дачу Евгения любила безмерно, всем сердцем. Старый дедушкин дом стоял в удивительно живописном месте прямо на краю леса, окружённый берёзами и старыми соснами. Женщина нередко наведывалась сюда и раньше, но после смерти бабушки почему-то приезжать было немного страшно. Не хотелось снова всколыхнуть в душе ту волну острых, щемящих воспоминаний, которые накрывали её с головой.
— Евгения Павловна, давайте я весь этот мусор к речке унесу, пока вы в доме приберётесь, — предложил Аркадий, когда они приехали с утра пораньше и зашли во двор, заросший молодой травой.
— Боже, Аркадий, ты никогда не отдыхаешь, — рассмеялась Евгения, оглядываясь по сторонам. — Посмотри, какая тут красота кругом! Может, сначала просто осмотримся, а с мусором потом разберёмся?
— Да как-то мне не сложно, а в чистоте, сами знаете, и отдыхать приятнее, и дышится легче. Посмотрите, сколько тут за зиму всего накопилось — листья, ветки. Где у вас тут грабли лежат?
— В сарае, за домом, — махнула рукой Евгения. — Возьми, если хочешь, я не против.
Евгения выдала своему охраннику необходимый инвентарь, а сама направилась в дом. Внутри пахло пылью, сухими травами и лёгкой, неуловимой сыростью — тем особенным запахом, который бывает только в давно не топленых деревенских домах. Женщина принялась за уборку, с наслаждением окунаясь в привычную работу, а заодно растопила старую печь, чтобы в комнатах стало тепло и уютно.
К вечеру со всеми подготовительными хлопотами было покончено. Евгения заварила душистый травяной чай в большом заварном чайнике и накрыла на веранде стол, постелив льняную скатерть. Под негромкое стрекотание сверчков и далёкий лай соседских собак они с Аркадием неспешно разговаривали о том о сём, радуясь свежему, напоённому ароматами леса воздуху и наступившей тишине.
— Надо гораздо чаще сюда приезжать, — улыбнулась женщина, подливая своему спутнику ароматный чай. — Я всё боялась, что воспоминания о бабушке меня расстроят, заставят плакать, но оказалось, зря. Наоборот, как вспомню её, так тепло и светло становится на душе. Завтра, Аркадий, я предлагаю сходить в лес за земляникой. Тут неподалёку, за берёзовой рощей, такие поляны есть — загляденье просто. Бабушка всегда там ягоду собирала, самую сладкую.
— Что ж, с удовольствием составлю компанию, — рассмеялся мужчина. — Сто лет уже землянику руками не собирал. Помню, в детстве с матушкой ходили, так иногда вместо ягод только целое полчище клещей домой приносили. Ужас.
— Тут, кстати, клещей почти не бывает, — кивнула Евгения. — Уж не знаю, с чем это связано, даже в соседнем посёлке они есть, а у нас как заговорённое место. Мы, когда с бабушкой по ягоды ходили, иногда даже просто в лёгких платьях, без всякой химии.
— Ладно, Евгения Павловна, — Аркадий поставил пустую кружку на стол. — Тогда, может быть, спать пойдём? За ягодами, сами знаете, лучше выходить пораньше, пока роса не сошла и солнце не припекло.
— Согласна с вами, — Евгения зевнула и потянулась. — Да и в сон меня уже неимоверно клонит, сказывается свежий воздух. Вы тогда ложитесь внизу, на диване в гостиной, а я в мансарду поднимусь. Мы там раньше с бабушкой всё лето спали, а дед на первом этаже оставался. До сих пор его старый диван стоит, помнит хозяина.
Евгения быстро уснула, разморённая жарким, наполненным хлопотами днём, душистым чаем и убаюкивающим стрекотом сверчков за окном. Сквозь сон она ещё слышала, как Аркадий осторожно бродит внизу, видимо, изучая обстановку и привыкая к новому месту. Где-то за окном монотонно стрекотал сверчок, а ночная птица где-то вдалеке заливалась своей заунывной, протяжной песней. Евгения провалилась в глубокую, чёрную темноту без сновидений.
Продолжение :