НАЧАЛО РАССКАЗА:
Илья не опоздал ни на секунду. Увидев его, Евгения на мгновение замерла. В её памяти намертво отпечатался образ того бедолаги в заляпанной грязью спецовке, резиновых сапогах и с перепачканным болотной жижей лицом. А теперь перед нею стоял солидно, со вкусом одетый мужчина чуть за сорок с ослепительной, уверенной улыбкой, модной стрижкой и дорогим парфюмом.
— Привет, — он крепко, по-дружески обнял Женю, и его объятия были тёплыми и надёжными.
— Ничего себе! — рассмеялась женщина, смущённо отстраняясь. — Ты выглядишь совершенно иначе, чем я тебя запомнила. Просто не узнать.
— А вот ты, я смотрю, совсем не изменилась, — Илья присел в кресло напротив и внимательно посмотрел на неё. — Никогда бы не забыл эти огромные глаза. Ну давай, рассказывай, без всяких предисловий. Что стряслось?
— Прости, что побеспокоила тебя, — покраснела Евгения, чувствуя себя неловко из-за того, что отрывает человека от дел.
— Ты что, какие могут быть извинения? — искренне удивился Илья. — Если честно, я всё эти годы думал, что ты позвонишь куда раньше. И все десять лет терпеливо ждал. Ты не поверишь, но я очень не люблю оставаться в долгу перед людьми. Это тяжёлое чувство.
— Я удивлена, что ты меня всё же помнишь.
— Если бы не ты, меня бы сейчас вообще не было на этом свете, — он мягко положил свою ладонь поверх её руки. Рука была тёплой, сухой и внушала спокойствие. — Не стесняйся, говори всё как есть, не утаивая деталей. Если то, что ты попросишь, окажется в моих силах, я помогу тебе, даже не моргнув глазом. Клянусь.
— Я развожусь, — опустила глаза Евгения, чувствуя, как к щекам приливает жар.
— Вот как, — протянул Илья. — Я не знал, что ты вообще замужем. Хотя, наверное, было бы куда удивительнее, если бы такая красавица была одна. Обычно таких в одиночестве не оставляют.
— Мне нужна твоя помощь, Илья. Помощь с разводом.
— Ну-ка дай угадаю, — он откинулся на спинку стула и задумчиво посмотрел на неё. — Твой муж тебе изменил, а теперь хочет оставить тебя ни с чем. Я прав?
— Примерно так, — Евгения горько усмехнулась. — На самом деле Борис изменяет мне уже очень давно, почти пять лет. Я узнала обо всём почти сразу, честно говоря, но так и не нашла в себе тогда сил разорвать этот порочный круг.
— Ах, женщины, ваше вечное терпение и умение надеяться на лучшее, — покачал головой Илья. — Это и ваша сила, и ваше проклятие одновременно.
— Я, если честно, сама себя сейчас не понимаю. Веду себя точно так же, как когда-то вела себя моя мама. Она тоже терпела пьянство моего отца, хотя могла уйти в любой момент, мы её всегда поддерживали. Разница лишь в том, что мама любила отца до безумия, а у нас с Борисом никакой любви уже давно нет и в помине. Может, мне было просто страшно остаться одной, может, ещё что-то... В любом случае, сейчас я смотрю на всё совершенно иначе. Я твёрдо решила разводиться.
— Но я не совсем понимаю, при чём здесь я и почему ты решила позвонить именно мне спустя столько лет? — уточнил Илья.
— Моя бабушка недавно умерла, — тихо сказала Евгения.
— Прими мои соболезнования, — серьёзно произнёс мужчина.
— Спасибо. Так вот, она оставила мне огромное наследство. Может быть, ты слышал о джемах и вареньях под брендом «Тётя Нюра»?
— Слышал, конечно, — кивнул Илья. — Мы у них довольно часто закупаем продукцию для сети своих кафе. Их морсы — просто волшебные, нигде таких нет.
— Эта компания принадлежала моей бабушке, — вздохнула Евгения, — а теперь, по завещанию, перешла в мою собственность.
— Ничего себе, — присвистнул собеседник. — Серьёзный актив.
— Да, — подтвердила она. — Но мой муж уже успел положить глаз на это наследство. Точнее, ему нужна не сама компания, а деньги, которые он надеется с неё получить. Он постоянно уговаривает меня продать «Тётю Нюру», а потом пустить вырученные средства на его собственный бизнес. Только вот я чисто случайно узнала о его истинных намерениях. Никакой бизнес ему на самом деле не нужен. Борис просто хочет дождаться, когда я продам фабрику, а потом подать на развод, чтобы получить половину денег, если не все, каким-то хитрым способом.
— И как же он хочет это провернуть?
— Я не до конца понимаю схему, но случайно подслушала его разговор с братом. Борис говорит, что знает какого-то нечистого на руку адвоката и продажного судью. В общем, он планирует обмануть меня и обхитрить, считает меня полной дурой. Наверное, я и правда такая, если он так спокойно обсуждает свои планы у меня за спиной. Если бы я не узнала о его плане случайно, то легко бы поддалась на уговоры и осталась бы ни с чем.
— Погоди, — Илья нахмурился. — А почему ты сразу не подала на развод, как только узнала о его махинациях? Он ведь не может претендовать на твоё наследство, это по закону не совместно нажитое имущество. К чему все эти сложности с продажей?
— Я знаю, что это глупости, что можно было просто всё оборвать одним днём и вышвырнуть его вон, — Евгения почувствовала, как внутри снова закипает злость. — Но теперь я всё знаю и хочу поставить его на место, хочу, чтобы он ответил за своё коварство и подлость. Я столько лет терпела унижения, верила этому лжецу. Было бы слишком просто — взять и послать его к чёрту. Я хочу, чтобы он проиграл по-крупному, чтобы пожалел о том дне, когда решил меня обмануть. Я уже начала реализовывать свой план, между прочим. Мне удалось уговорить его продать его же квартиру, в которой мы раньше жили.
— Как это тебе удалось? — удивился Илья.
— Он же сам уверяет меня, что собирается заняться строительством, и ему нужны деньги на запуск проекта. Он знает, что я ничего не понимаю в бизнесе, и я послушно играю роль наивной дурочки, которую можно крутить как угодно. Но Борис невероятно жаден, и я сыграла на его жадности. Он спокойно согласился продать квартиру, чтобы получить хоть какой-то стартовый капитал. Он уверен, что это лишь малая, временная жертва, а то, что он получит потом, с лихвой окупит всё.
— И что же ты предлагаешь мне? Если честно, я пока не совсем понимаю, чем я могу тебе помочь в этой ситуации.
— Я хочу, чтобы ты купил «Тётю Нюру», Илья, — твёрдо сказала Евгения, глядя ему прямо в глаза.
— Я? — мужчина искренне изумился. — Ты уверена, что у меня есть такая огромная сумма? Да и зачем мне компания твоей бабушки? У меня свой бизнес, своя сеть кафе.
— Это просто игра, Илья, понимаешь? — Евгения подалась вперёд, стараясь говорить как можно убедительнее. — В общем, я хочу, чтобы ты купил фирму за чисто символическую плату, условно, за копейки. Понимаешь, это всё понарошку. Мне важно, чтобы по документам сменился собственник, чтобы на мой счёт упали хоть какие-то деньги. Борису же я покажу липовый договор, в котором будет указана сильно завышенная цена, близкая к реальной стоимости компании. Он не станет проверять, это точно, ему главное — бумажка. И выписку со своего счёта я тоже сделаю поддельную, чтобы он совсем уверился в своей скорой победе. Мой муж жаден и глуп, хотя и считает себя самым умным и хитрым. Он надеется, что сразу после того, как я продам компанию, он тут же подаст на развод и будет претендовать на половину суммы. Я долго ломала голову над тем, как провернуть всё это красиво, и поняла, что это единственный способ унизить мужа — чтобы ему в итоге достались лишь жалкие гроши, на которые он даже не рассчитывал. Но он не сможет оспорить сделку, потому что фирма не принадлежит ему. А я не знала, кому можно довериться полностью. Если я просто найму кого-то постороннего, то рискую сама остаться ни с чем. Не то чтобы мне так была нужна компания бабушки, да и сами деньги меня не особо интересуют... но это её детище. Я просто не могу продать его чужому, равнодушному человеку.
— Погоди, — напрягся Илья. — Но мы же с тобой, по сути, тоже не родственники, а почти чужие люди. Неужели ты готова рискнуть и довериться мне? А если я тоже решу тебя обмануть? Вдруг я окажусь таким же проходимцем, как твой муж?
— Да, я знаю, что рискую, и риск этот огромен, — Евгения вздохнула, но не отвела взгляда. — Но я готова пойти на этот шаг, потому что в таком случае мой муж всё равно получит по заслугам. И ещё... я должна сохранить своё рабочее место в «Тёте Нюре», я хочу и дальше работать технологом. Я лучше отдам тебе компанию задаром, чем позволю этому негодяю распоряжаться тем, что моя бабушка с дедом строили годами и что для них было смыслом жизни.
— Странная ты женщина, Евгения, — покачал головой Илья. — Неужели на свете ещё остались люди, которым совершенно не важны деньги?
— Поверь, Илья, я с голоду не умру, — усмехнулась Евгения. — Помимо фирмы я получила от бабушки в наследство квартиру, дачу и целую коллекцию дедушкиных картин. Продав всего парочку из них, я смогу несколько лет жить вполне безбедно. Борис не понимает, в чём истинная ценность моего наследства. Он видит только количество нулей на банковском счету и уже мысленно спускает их с любовницей. А я хочу лишь одного — чтобы такие проходимцы не пировали на чужом горе и не чувствовали себя безнаказанными.
— Ты смелая женщина, и отчаянная, — Илья пристально посмотрел на неё. — Но я почему-то верю тебе. Верю, что ты не способна на предательство.
— Я не предам твоего доверия, — твёрдо сказала она.
— Что ж, — он снова сжал её ладони в своих руках. — Ты спасла мне жизнь, Евгения. Расплатиться за такое непросто, и я до сих пор не знал, как это сделать. Так что я помогу тебе. И можешь даже не переживать на этот счёт. Мне твоя «Тётя Нюра» совершенно не нужна, у меня самого бизнес неплохо идёт. Я вполне обеспечен и к чужому добру не жаден. Я знаю, что это всего лишь слова, но раз ты просишь о помощи, я просто не могу тебе отказать. Тем более что наконец-то смогу сбросить со своей совести этот долг, который тяготил меня все эти годы.
Прошло несколько дней. Всё сложилось ровно так, как Евгения мысленно прокручивала в своей голове множество раз. Она подготовила липовый договор, Илья перевёл символическую сумму. Когда Евгения объявила мужу, что продала компанию своему старому знакомому Илье Богомолову, Борис чуть до потолка не прыгал от переполнявшей его радости. Он с жадным блеском в глазах радостно листал поддельный договор, который Евгения предусмотрительно подготовила, и даже заказал столик в дорогом ресторане, чтобы отпраздновать свою скорую победу. Евгения мысленно представляла его лицо, когда вся правда наконец откроется, и эта мысль грела её лучше любого огня.
О разводе муж объявил ровно через неделю после того, как, по его мнению, все деньги от продажи фабрики оказались на Женином счету. Евгения сделала вид, что совершенно не ожидала такого поворота, сильно удивлена и безутешно огорчена. Она даже поплакала для вида, подвыла немного в платочек, а затем без лишних споров и скандалов собрала вещи Бориса и выставила их в коридор. Конечно, он тут же закричал, что она выставляет его на улицу среди зимы, что ему некуда идти и не на что жить. На самом же деле он тут же переехал к своей любовнице Светлане и принялся с нетерпением ждать суда, потирая руки в предвкушении лёгких денег.
Чтобы окончательно усыпить бдительность и адвоката Бориса, который взялся за это грязное дело, и его самого, Илья честно перевёл на счёт Евгении ровно ту сумму, которая была указана в фиктивном договоре. А за неделю до первого судебного заседания Евгения сняла все эти деньги и лично вернула их своему товарищу и сообщнику.
— Пусть эти деньги пока побудут у тебя, — подмигнул ей Илья, пряча наличные в сейф. — Положи их в мою банковскую ячейку, чтобы никто на свете не знал, что они у тебя есть. Это будет надёжнее.
— Это что-то вроде твоей гарантии, что я тебя не обману? — засмеялась Евгения. — Только не говори, что всерьёз собираешься оставить «Тётю Нюру» у себя. Илья, это уже лишнее. Я тебе полностью доверяю, честно.
— Доверяй, но проверяй, Женя. Это мудрая поговорка, и не зря она придумана, — покачал головой мужчина. — Мне, конечно, твоя компания ни к чему, я же говорил. Но вдруг со мной что-то случится? Учитывая, что я однажды уже чуть не утонул в болоте с твоей лёгкой руки, лучше подстраховаться, согласись. Так у тебя хотя бы деньги останутся. Возьми этот ключ, он от моей ячейки в банке. Второго экземпляра нет ни у кого, так что только ты сама можешь туда что-то положить или, наоборот, забрать.
Евгения немного поколебалась, но всё же взяла протянутый ключ. Ей было приятно, что Илья не на словах, а на деле заботится о её интересах, даже когда она сама об этом не просит.
Всё было готово к решающему моменту. Борис уже вовсю потирал руки, предвкушая свою жирную добычу, даже не подозревая, что его с блеском провели как последнего лоха. В суд Евгения пошла вместе с Ильёй. Он не стал подниматься в зал заседаний, чтобы не провоцировать лишних вопросов, и предложил женщине дождаться его в машине, а сам остался на улице.
Судья долго и внимательно рассматривал поданные документы, иногда странно и скептически поглядывая на чрезмерно весёлого Бориса, который даже не постеснялся привести на заседание свою любовницу в качестве «подруги детства». Светлана тоже буквально светилась от счастья, нервно облизывала губы и строила глазки своему новоиспечённому богачу. Одному богу было известно, что именно пообещал им этот дурак, какие золотые горы. Судья пролистал бумаги, которые предоставил ему адвокат Бориса, а потом с нескрываемым недоумением посмотрел на те документы, что передала Евгения.
— Я правильно понимаю, коллеги, что предметом спора в данном деле является сумма на банковском счету госпожи Трофимовой? — поинтересовался судья у адвоката, стараясь говорить максимально официально.
— На остальное имущество мой клиент, Борис Геннадьевич, не претендует, — заверил адвокат. — Квартира, полученная госпожой Трофимовой в наследство, не считается совместно нажитым имуществом, как и всё прочее наследство. Борис Геннадьевич просит лишь законно разделить то, что было нажито в браке, а именно — средства от продажи компании, которая ранее принадлежала его супруге, но была продана во время брака. Да, компания тоже перешла к ней по наследству, но согласно статье тридцать четвёртой Семейного кодекса...
— Я, коллега, не хуже вас знаю законы, — усмехнулся судья, прекрасно понимая, к чему ведёт защита. — Что ж, госпожа Трофимова, вы имеете что-то против исковых требований вашего супруга?
— Нет, — твёрдо сказала Евгения, вставая со своего места. — У нас с мужем был устный договор, согласно которому я добровольно пообещала ему эти деньги. Мне они, честно говоря, совершенно не нужны, пусть забирает.
— Однако имеются некоторые весьма существенные различия в поданных документах о собственности, — судья пристально посмотрел на женщину. — Ваш адвокат предоставил в суд лишь копии некоторых бумаг, господин Трофимов. Скажите, откуда они у вас?
— Мне их дала моя жена, Женя, — Борис напрягся, почувствовав неладное. — А в чём, собственно, дело?
— Это так, госпожа Трофимова? — судья обратился к Евгении.
— Нет, не так, — смущённо, но твёрдо ответила она. — Копии я ему точно не снимала и не передавала. Я показывала мужу договор купли-продажи компании в день сделки, но все оригиналы всегда хранились только у меня. Наверное, он тайком, пока меня не было, взял мои документы и снял с них копии, не спросив разрешения.
— Вот как, — судья многозначительно покачал головой. — Вы, господин Трофимов, в курсе того, что за подобные действия в нашем законодательстве предусмотрена уголовная ответственность?
— Да я... я не знал... — залепетал Борис, побледнев. — Я не спросил у жены разрешения, это правда, но разве это так серьёзно? Договор просто лежал дома на столе, я его взял, посмотрел, а потом вернул на место. Что в этого такого страшного?
Продолжение: