Предыдущая часть: Письма сестры невесты. Часть 2.
Они замолчали. За окном совсем стемнело. В посёлке наступила та особенная, густая тишина, которая бывает только вдали от больших дорог, когда даже собаки уже налаялись и спят. Борис встал, подошёл к окну, отдёрнул занавеску, сообщил:
- Ну вот, светает.
Ольга подошла ближе. Они стояли рядом и смотрели. Ольга добавила:
- Да, очень красивый рассвет.
- Ага.
Борис чувствовал её тепло, слышал её дыхание. И вдруг понял, что ему совершенно не хочется, чтобы она уходила. Он повернулся к ней:
- Оль, оставайся.
Она вздрогнула, подняла на него глаза. В них плескалась та самая смесь надежды и страха.
- Я не в том смысле. Просто поздно уже. Автобусы не ходят. А у меня диван есть. Старый, правда, пружины торчат, но переживёшь одну ночь?
Ольга улыбнулась, впервые за этот долгий вечер:
- Я в общаге на таких диванах спала, что твой - просто королевское ложе!
- Ну, вот и договорились.
Борис достал из шкафа бельё - чистое, пахнущее тётиным кондиционером, и принялся стелить. Ольга стояла в дверях комнаты, наблюдая за его движениями. Такими уверенными, хозяйскими. Она спросила:
- А ты сам, где?
- А я на своей кровати. Давно на ней не спал. Соскучился.
Ольга кивнула. Пошла в ванную комнату. Умылась холодной водой, посмотрела на себя в зеркало. Обыкновенная. Волосы русые, глаза серые, веснушки на носу. Не красавица. Не то, что Надя - та всегда была яркой, заметной. Шепнула она своему отражению:
- Дура ты, Ольга. Влюбилась в жениха сестры. Писала ему письма. А теперь ночевать к нему напросилась.
Но уйти не могла. Вернувшись в комнату, она увидела, что Борис принёс подушку и плед. На журнальном столике стояли две кружки с чаем и вазочка с печеньем. Спросил:
- Чай будешь? Я заварил свежий, с мятой. Тётя моя научила, у неё на подоконнике растёт.
- Буду.
Они сидели в темноте, пили чай и говорили. Обо всём и ни о чём. О книгах, которые любили в детстве. О фильмах, которые смотрели в местном кинотеатре. О том, как однажды, ещё школьниками, встретились на речке, и Борис нечаянно обрызгал её, когда вылезал из воды, а она рассердилась и убежала, хотя на самом деле ей хотелось остаться. Борис удивился и ответил:
- Я помню. Ты тогда в красном сарафане была.
- Ты запомнил?
- Ага. Красивый был сарафан.
Ольга смущённо уткнулась в кружку. Чай давно остыл, но она всё равно пила маленькими глотками, чтобы продлить этот вечер. Когда за окном начало сереть, Борис посмотрел на часы:
- Ого. Полпятого утра. Оль, ложись, давай. Завтра, хотя уже сегодня, тяжёлый день будет.
- А ты?
- А я ещё посижу. Не спится что-то.
Ольга послушно легла на диван, укрылась пледом. Борис ушёл на кухню, но дверь оставил приоткрытой, чтобы слышать, если она что-то скажет. Она лежала и смотрела в потолок. Потолок был обычный, побелённый, с одной трещиной от угла до люстры. Но ей казалось, что она в раю. Потому что здесь, за стеной, сидел он. Тот, кому она долго писала письма. Тот, кого ждала, сама себе не признаваясь в этом.
Уснула незаметно. И снился ей Борис: молодой, смешливый, с гитарой наперевес, который улыбался ей и звал за собой. Проснулась от запаха яичницы и свежего хлеба. Открыла глаза - в комнате было солнечно. На столике лежала записка.
- Завтрак на столе. Ушёл в военкомат становиться на учёт. Вернусь к обеду. Чувствуй себя как дома. Б.
Ольга прижала записку к груди и улыбнулась. Впервые за долгое время ей захотелось петь. Она встала, привела себя в порядок и вышла в кухню. Там её ждала тарелка с яичницей, накрытая другой тарелкой, чтобы не остыла. Рядом - бутерброды с сыром и колбасой, и чайник, завёрнутый в полотенце, чтобы сохранить тепло. Ела и улыбалась. А потом увидела на подоконнике стопку писем, перевязанных бечёвкой. Те самые, что он хранил в вещмешке. Те, что она писала ему всё это время. Она протянула руку, чтобы взять, но отдёрнула. Не сейчас. Может быть, никогда. Пусть он сам решит.
Вернулся Борис только к двум часам. Вошёл весёлый и довольный:
- Ну, всё, я теперь официально гражданский человек.
Он скинул куртку и вдруг замер, увидев Ольгу за столом, спросил:
- Ты чего не поела?
- Поела. Всё очень вкусно, спасибо.
- Да ладно, яичницу любой дурак пожарит. Слушай, я тут подумал. Ты сегодня на работу?
- Сегодня для меня выходной.
- А я уже и забыл про выходные. В армии их нет. Может, сходим куда-нибудь? Погода хорошая. В парк, например? Там, говорят, зоопарк передвижной разместился.
Ольга почувствовала, как сердце пропустило удар:
- Ты приглашаешь меня на свидание?
Борис смутился, почесал затылок:
- А почему бы и нет? Если, конечно, ты не против.
- Я не против. Я совсем не против.
Они пошли в парк. Гуляли долго. Пересмотрели всех зверей, сидевших в клетках.
Она держала его под руку. Борис серьёзно сказал:
- Оль! Я, наверное, глупость скажу. Но я за эти сутки понял одну вещь.
- Какую?
- Что всё это время, оказывается, я ждал тебя. Сам не зная. Думал, что Надю. А сердце оно...,знаешь, его не обманешь. Оно тёплое только к тому, кто по-настоящему рядом. Даже за тысячи километров.
Ольга молчала. Вдруг он спросил:
- Ты выйдешь за меня? Нет, погоди. Я совсем с катушек съехал. Мы же даже не встречались толком. Давай сначала встречаться. А потом…
- Да.
- Что да?
- Да, я выйду за тебя. И да, давай сначала встречаться.
Он сгрёб её в охапку и поцеловал. Впервые в жизни. И это было лучше всех писем на свете.
А вечером, когда они вернулись домой, продрогшие, но счастливые, и пили чай с тёткиным малиновым вареньем, Борис вдруг спросил:
- Оль, а ты не жалеешь?
- О чём?
- Что я не сразу тебя разглядел?
Она покачала головой:
- Нет. Если б не твоя служба, если б не письма, мы бы сейчас не сидели здесь. Не было бы этого. Значит, так надо было. Судьба.
- Судьба. Слушай, а может, ну его, универ? Я сейчас на завод устроюсь, деньги нужны. Семью создавать.
- А учёба?
- А учёба подождёт. Я уже не мальчик, понимаю: главное, чтоб рядом был человек. А остальное приложится.
- Ну, тебе придётся тяжело со мной. Будешь учиться заочно!
Она прижалась к его плечу и закрыла глаза. В доме было тепло и тихо. И в этой тишине зарождалась новая жизнь - не та, которую они планировали, не та, которую ждали, а настоящая. Та, которую выстрадали письмами, выморозили в казарме и отогрели в один-единственный день в парке.
Ночью Ольга снова осталась. Уже не на диване, а в его кровати, потому что диван, с его дурацкими пружинами, отправили в небытие, а вдвоём на узкой кровати было тесно, но хорошо. Так хорошо, что словами не передать. И когда утром Борис проснулся и увидел её спящую рядом - беззащитную, родную, с разметавшимися по подушке волосами - он понял окончательно и бесповоротно: он вернулся домой. По-настоящему. Утром Борис ушёл устраиваться на завод. Ольга хлопотала по хозяйству, перебирала его вещи, стирала армейскую форму, которая пахла казармой и дальней дорогой. В квартире постепенно появлялся уют. Она переставила чашки в серванте, повесила на окно новые занавески, купленные ещё вчера по дороге из парка. Жизнь начинала обретать очертания того самого счастья, о котором она столько лет мечтала, даже не смея надеяться.
Ближе к обеду, в дверь громко, нетерпеливо постучали. Ольга замерла у плиты. Настойчивый, злой стук повторился. Она вытерла руки о полотенце, подошла к двери. Спросила:
- Кто там?
- Открывай, Борис! Свои.
Ольга узнала этот голос. Тарас. Сердце ухнуло вниз. Она приоткрыла дверь, оставив на цепочке. В щель увидела его: взлохмаченного, с красными от недосыпа глазами, в промасленной куртке. От него разило перегаром и злостью. Ольга холодно спросила:
- Чего надо?
Тарас дёрнул дверь, но цепочка держала.
- Олька? Ты чё тут делаешь? Борис где?
- Бориса нет. И не будет. Ушёл по делам.
- А Надька, где? Дома её нет, у тётки твоей нет, у наших нет. Куда она делась, ты знаешь?
Ольга смотрела на него и чувствовала, как внутри закипает злость. На этого человека, который когда-то называл себя другом. Который украл у сестры не просто жениха, а будущее. Который даже сейчас думает только о себе.
- А ты у неё спроси. Или совесть замучила?
Тарас сплюнул под ноги:
- Слушай, не твоё дело. Мы муж и жена! Я её найти должен.
- Ищешь - ищи. Только не здесь.
Она захлопнула дверь, но Тарас забарабанил снова:
- Открой, дура! Борису скажи, пусть выйдет. Поговорить надо!
- Не с кем тебе разговаривать, Тарас. Уходи.
Она отошла от двери и села на табуретку. Руки дрожали. Стук продолжался ещё минут пять, потом стих. Ольга подошла к окну и увидела, как Тарас, пошатываясь, идёт через двор к соседнему дому. Она перевела дух и набрала номер Бориса.
- Борь, тут Тарас приходил. Надю ищет. Злой, пьяный.
Борис помолчал, потом ответил спокойно, но жёстко:
- Не открывай ему больше. Я скоро буду.
Предыдущая часть: Письма сестры невесты. Часть 2.
Продолжение: Письма сестры невесты. Часть 4.
Если заметили опечатку/ошибку, пишите автору. Внесу необходимые правки. Буду благодарен за ваши оценки и комментарии! Спасибо.
Фотографии взяты из банка бесплатных изображений: https://pixabay.com и из других интернет-источников, находящихся в свободном доступе, а также используются личные фото автора.
Другие работы автора:
- за 2023 год: Навигатор 2023
- за 2024-2025-2026 год: Навигатор 2024
- подборка работ за 2020-2025-2026 год: Мои детективы