К концу 80-х имя Владимира Шевелькова было у всех на устах. Исполнитель роли благородного гардемарина Никиты Оленева из культовых «Гардемаринов, вперёд!» быстро завоевал сердца многочисленных поклонниц. Однако в самый разгар успеха актёр бесследно исчез с киноэкранов на целых 12 лет, оставив зрителей в недоумении.
За внешним лоском скрывалась глубокая драма его рода. Мама артиста выросла в многодетной семье, где горе следовало за горем.
Её старший брат (родной дядя Шевелькова) погиб совсем юным — в 19 лет. В 1941-м немецкая авиация разнесла железнодорожный эшелон с новобранцами, который так и не ушёл на фронт. Потеря сына оказалась непосильной для бабушки будущей звезды — она ушла из жизни вскоре после похорон. Второй брат матери скончался в детстве. Овдовевший дед остался с четырьмя дочерьми на руках: старшей едва исполнилось 13, а младшей — всего два года.
Уже с 11 лет мать Шевелькова корчевала лес на лесоповале. Добравшись до Ленинграда, она пошла работать слесарем на завод, а позже — уборщицей.
Финал её жизни был мучительным: женщина стремительно теряла зрение, ноги отказывали, а память начала её подводить. Врачи ампутировали одну ногу. Она пережила мужа всего на 10 дней, но так и не узнала о его смерти — разум помутился задолго до этого.
«Жизнь нашей семьи поделилась на два этапа: счастливый и несчастливый. В какой-то момент чудные отношения родителей стали расползаться. Мама начала пилить отца, нервные срывы, ревность к папе, причем совершенно безосновательная. Жуткое было время, и продолжалось оно очень долго. Мама практически спалила отца — у него было три инсульта… После смерти родителей пришло страшное в своей очевидности осознание: они ушли навсегда, и с этой поры никогда больше ни один человек не будет относиться ко мне так, как они. Свыкнуться с этой мыслью было невыносимо…» —делился в интервью Шевельков.
Уже в 17 лет Владимир впервые появился на съёмочной площадке, причём сразу с главными ролями — в пронзительной ленте о первой любви «В моей смерти прошу винить Клаву К.» и в экранизации «Приключений принца Флоризеля».
«В 17 лет я оказался на «Ленфильме». После отбора, длившегося два месяца, был утвержден. Мне, никому не известному пацану, свезло играть главную роль в настоящем кинофильме в компании знаменитых артистов!" — рассказывал актер.
В отличие от многих юных артистов, Шевельков не стал почивать на лаврах, а решил обзавестись фундаментальным образованием. Он поступил во ВГИК в мастерскую Евгения Матвеева.
Примерным поведением студент не отличался: запросто игнорировал скучные или, на его взгляд, бесполезные предметы, позволял себе вольности и регулярно нарушал порядок. В итоге он довёл своего руководителя до такого раздражения, что Матвеев попросту выгнал дебошира. Однако это не поставило крест на дипломе — Шевельков продолжал активно сниматься параллельно с учёбой, и к тому моменту за его плечами уже был приличный список работ.
Он вернулся в родной Ленинград, где его сразу зачислили в штат «Ленфильма». А затем случился тот самый звонок от Харатьяна и Жигунова — предложение, от которого Шевельков просто не имел права отказаться, хотя сомнения его терзали с самого начала.
Сам Шевельков впоследствии называл своё попадание в «Гардемаринов» случайностью, а сам проект — откровенно слабым. Режиссёр Дружинина, судя по всему, чувствовала его прохладное отношение к картине.
В итоге образ князя Никиты Оленева собирали с миру по нитке: на экране блистал именно Шевельков, голосом персонажа стал актёр Андрей Гриневич, а песни за героя исполняли Дмитрий Харатьян и Олег Анофриев. Подобная практика для кино — обычное дело, так персонажей «лепили» сплошь и рядом. Но Шевелькова такой расклад явно задел.
«Лично мне „Гардемарины“ пользы не принесли», — резюмировал артист.
««Гардемарины» — не кино, а бутафория. Попса. Вроде песенного хита «Белые розы» на эстраде. Я понял это уже в начале съемок. Вслед за частным открытием пришло другое, более глобальное: в ближайшие годы только «попсовый» жанр и будет востребован», — говорил Шевельков.
Публика, впрочем, судила иначе. Премьера четырёхсерийной ленты состоялась по телевидению 1 января 1988 года — и эффект оказался сопоставим с фурором от «Д’Артаньяна и трёх мушкетёров» десятилетием ранее.
Разве что мальчишки во дворах не носились со шпагами, но взрослая аудитория была совершенно очарована сюжетом: здесь сплелись воедино любовные драмы, дворцовые заговоры и суровые расправы. К тому же в кадре появился Михаил Боярский, наглядно доказавший, что навыки фехтования он ничуть не растерял.
После невероятного успеха "Гардемаринов" режиссер Светлана Дружинина тут же принялась за работу над вторым фильмом. Речь шла о юной немецкой принцессе, которой суждено было стать императрицей Екатериной II Великой. Любопытная деталь: Шевельков был бы не против вновь примерить образ Никиты Оленева, однако режиссёр Дружинина по неким своим соображениям не позвала его обратно. Место занял Михаил Мамаев, чей персонаж тоже говорил чужим голосом — на этот раз его озвучивал Андрей Градов.
Что касается самого Шевелькова, он снялся ещё в нескольких проектах. Среди них особенно выделяется дилогия «Сердца трёх» по Джеку Лондону — там его партнёром стал Сергей Жигунов, который к тому моменту тоже покинул «гардемаринов» и в третьей части саги не появился. Однако повторить успех знаменитой ленты не удалось: «Сердца трёх» не произвели того же фурора. И тогда Шевельков на длительный срок исчез с киноэкранов.
"После фильма «Сердца трех» почувствовал, что живу не так, как душа просит, и сказал себе: «Ничего этого я больше не хочу». Я испугался той невероятной славы, узнаваемости, которые прямо влезли в мою жизнь. Все глазеют, проходу не дают… Не хотелось мне нравиться всем. Я перенасытился актерством. Притом что перспективы вырисовывались вполне приличные. Я закрылся ото всех на 12 лет…" - рассказывал актер.
Шевельков действительно оставил кино — причём надолго. В лихие 90-е он даже устроился барменом в один из петербургских баров, который благодаря известному сериалу прозвали «бандитским». Однако этот «побег» оказался не таким уж долгим. Да и полностью рвать с профессией он не стал — просто ушёл в тень: занимался рекламными проектами, пробовал себя как монтажёр и режиссёр.
Как раз в тот период он и женился. В отличие от многих коллег по цеху, артист выбрал спутницу один раз и на всю жизнь. Его избранницей стала студентка-филолог Ирина, которая была моложе него на восемь лет. Они расписались в 1992 году и с тех пор прошли рука об руку через все перипетии — и творческие поиски, и житейские бури.
"Я открыл для себя прелесть семейной жизни. На момент нашего знакомства Ире было 19 лет. Для меня в этой девушке совпало все: сексуальность, великолепная внешность (высокая, белокурая, божественного сложения) плюс характер, интеллект, человеческие качества, безупречный вкус, чувство стиля. Ира превосходила всех. В 1992 году мы поженились: мне был 31 год, Ире — 22», — делился актер.
У пары двое детей. Сын выбрал юридическую стезю. А вот младшая, Александра, пошла по отцовским стопам: она окончила ВГИК, где училась на курсе Владимира Меньшова и Веры Алентовой, и уже несколько лет снимается в кино.
А сам Шевельков со временем нашёл себя в режиссуре. Преимущественно это была работа над телевизионными многосерийными картинами. Среди тех проектов, которые он поставил, — «Спасская», «Тайны следствия», «Тест на беременность», «Станица», «Васильевский остров», а также «Опера. Хроники убойного отдела».
«Я никогда не был в тренде. Я не заслуженный, не народный, у меня нет выданной государством квартиры, машины, дачи, я не принимаю участия в жюри фестивалей… Тем не менее я считаю, что мне и моим близким есть чем гордиться. Старался жить честно и искренне, не врал, не угождал, не изворачивался, никого не обижал, гадостей не делал. Несколько раз начинал с нуля и кое-чего в профессии добился…" - говорит Владимир Шевельков.
Также смотрите: