Молодогвардейская – самая протяженная улица в дореволюционной Самаре – как известно, дойдя до перекрестка с Панской (Ленинградской), превращалась в центральный торговый проспект, затем служила преддверием грандиозной Соборной площади и, не случись Октябрь 1917-го, вполне могла со временем занять место главной в городе.
Начало же улицы, поднимавшейся от крутого берега Самарки, долго хранило почти загородный вид. Зеленый речной берег служил местом отдыха и прогулок, ежегодно в мае «Самарская газета» извещала горожан, что «На реке Самарке, по Соборному спуску, открыта для публики общественная купальня с общими мужскими, женскими и номерными отделениями».
Территория спуска, присутствуя на городских планах, была, естественно, так же издавна поделена на усадебные места. Район был небогатый – стоимость карабкавшихся вверх по склону деревянных или, в лучшем случае, полукаменных домиков не превышала одной-двух сотен рублей.
Одним из участков, сейчас имеющим адрес по Молодогвардейской, 20 в начале 1870-х владел мещанин Г. Т. Селиверстов. В 1883-м году дворовое место со стоявшим на нем одиноким деревянным флигелем оказалось в собственности его наследников, а спустя восемь лет собственницей стала А.А. Евстратова.
Новая владелица сразу показала себя деятельной и предприимчивой. Первым делом расширив существующий флигель, подвела под строение каменный этаж, затем возвела каменную кладовую, а спустя несколько лет затеяла строительство нового трехэтажного каменного дома.
Активность хозяйки не случайно совпала по времени с крупным событием общегородского значения – началом строительства гавани на Самарке для зимнего отстоя судов. В стоянке для барж и пароходов город давно нуждался, но средств не находилось. В 1890-х после неурожая, притока в Самару на заработки жителей деревень и угрозы голода государственная казна, убежденная доводами думского гласного Сергея Лаврова, выделила Самаре средства на оплату общественных работ: «Выхлопотал для Самары устройство гавани даром за счет казны без всяких обязательств города устройство мостовых третья часть расходов казны долгосрочная ссуда без процентов получите официально предложение Лавров».
В начавшемся в 1892-м году строительстве участвовали тысячи крестьян - пришлых с дальних и ближних уездов, что породило спрос на съемное жилье. Лишь немногие – самые предприимчивые - сумели «закрепиться» на относительно бесхозной территории в районе нынешнего Запланного переулка. Как только гавань начала принимать суда, в прибрежной полосе сформировалась промзона – пролегли железнодорожные пути с товарной станцией, поднялись лабазы и судоремонтные мастерские. Поскольку рабочих мест хватало всем, потребность в жилье только росла.
Доходный дом на усадьбе Евстратовой стал самым видным «на районе» . На наружной отделке заказчица не экономила – щедро декорированное трехэтажное с подвалом здание имело черты редкого в Самаре так называемого викторианского стиля со свойственными ему вертикальными акцентами, сложными очертаниями кровли, декоративной насыщенностью и яркими цветовыми решениями.
Главный фасад имел симметричную 11-осевую композицию с центральным ризалитом где располагался парадный вход и лестничная клетка с витражным вертикальным остеклением. Горизонтальное членение выполнено узорчатыми междуэтажными карнизными поясами. Лучковые окна первого этажа и входной проем оформлены сандриками, повторяющими форму перемычек, окна второго этажа дополнены замоквыми камнями, наличниками-очельями и подоконными досками с сухариками по краям. Полуциркульные окна третьего этажа оформлены образующими аркаду архивольтами, опирающимися на междуоконные пилястры, завершенные в подоконном поясе фигурными висячими лопатками. Во фризе проходил двойной пояс сухариков. Венчала здание аттиковая стенка над ризалитом с рядом поребрика и ступенчатыми машикулями и угловые парапетные столбики .
Внутри все выглядело более аскетично – узкая крутая лестница, тесноватые комнаты. Небогатый контингент явно избалован комфортом не был и чрезмерных запросов не имел.
Напрашивается вопрос, как смогла безвестная жительница бедной окраины стала хозяйкой трехэтажного доходного дома. Думается, помог банковский кредит. Дело было конечно, рискованным – ведь, оформлялся кредит под залог недвижимости и, нарушив график платежей , владелец своего дома быстро лишался. Но в данном случае расчет оказался верен – финансирование работ в бухте и окрестностях шло из госбюджета под контролем Министерства путей сообщения и задержек с выплатой зарплаты не наблюдалось. Квартиранты, соответственно, были платежеспособны. Дом благополучно оставался в собственности А.А. Евстратовой, радовал хозяйку и приносил ей доход вплоть до национализации.
Думается, с победившим пролетариатом практичная и расчетливая хозяйка все же сумела найти общий язык и скоротала-таки свой век в домике с резными наличниками. Точных сведений нет. Оба усадебных здания в советское время успели побыть объектами культурного наследия, потом и аккуратный резной хозяйский теремок, и бывший доходный дом - единственный в городе пример "викторианского" стиля - из списков исчезли. Службу свою продолжают уже вторую сотню лет, стоят крепко, смотрятся достойно