Лицо Мейли, до того угрюмое, слегка прояснилось. Его откровенная глупость даже вызывала смех. Неужели он не знал, что я заколдовала Санена? Не понимал слабости своих щитов?
Я убедилась в отсутствии артефактов, легко потянувшись к его разуму нитью магии. Студенты-боевики отошли от стен, освободив небольшое пространство, напоминавшее арену, окруженную любопытными взглядами.
— Постарайтесь не ранить своих одногруппников, — предупредила я, когда Мейли начал демонстративно разминаться, перекидывая огненный шар в руках. Моя магия была менее зрелищной, и я просто ждала его готовности.
Это нервировало его, заставляя еще больше распускать перья, словно это могло помочь ему победить.
— Что будет, если ты проиграешь? — неожиданно спросил он, и от подобной наглости я растерялась.
— А чего бы ты хотел?
– Вы признаете, что вам не место в академии, - он выпалил это на одном дыхании, оглядываясь к друзьям за поддержкой. - А еще поцелуете меня.
Я посмотрела на него со смехом в глазах, и от этого часть бравады в его глазах исчезла.
- Посмотрим, Мейли. Посмотрим…
Он наконец встал ровно, готовя руки к боевому заклятию. Я подозревала, что он и в самом деле был неплохим колдуном – потому что иначе, вероятно, побоялся бы спорить. Но сколько бы Мейли ни знал заклинаний, ему не пришлось использовать ни одного.
- Три, два ... один!
Как только Артей закончил отсчет, Мейли начал бормотать себе под нос. Я стояла спокойно, ожидая. Он все бормотал и бормотал, но с его пальцев не срывалось ни одной искры. Постепенно его лицо начало наливаться красным, когда он все никак не мог вспомнить, как поставить пальцы в простейшем плетении.
За его спиной послышался недовольный гул боевиков, и это только добавило Мэйли паники. Красный, как рак, он пытался наколдовать хотя бы что-то, но руки оставались пустыми, а магический фон в коридоре даже не пошатнулся.
- Мне ждать вечно, Мейли? - спросила я лениво, склоняя голову. - Кажется, вы не так уж и хотите, чтобы я вас целовала.
Он поднял ко мне испуганные глаза, и только тогда, когда пересекся взглядом со мной, в них появилось гневное понимание.
- Ты! Что ты со мной сделала? - он стоял на месте, опустив руки. В его теле не было и капельки магии, и как только он это понял, стал беззащитным, как котенок.
- Ничего, - сказала я медленно, с удивлением и непониманием в голосе. - Неужели это моя беда, что ты не знаешь никаких чар?
За спиной Мейли боевые колдуны неуверенно засмеялись. Все они переводили взгляд с меня на Мейли и пытались понять, лгала ли я. А я только смотрела на парня с сочувствием, от которого тот становился только багрянее.
Я тихо и с удовлетворением вздохнула — такое унижение было вполне заслуженным ответом за разгром, который он учинил в моем кабинете. В том, что это был именно Мейли, я не сомневалась ни на миг — мысли об этом постоянно крутились в его поверхностном сознании, и их можно было уловить даже без всякой ментальной магии.
Когда всеобщее презрение к Мейли достигло апогея, я услышала за спиной четкие и уверенные шаги. Моя спина мгновенно напряглась.
— Что здесь происходит? — Ярош подошел ближе и, нахмурившись, перевел взгляд с меня на Мейли, окруженного студентами-боевиками. — Я же велел начинать тренировки без меня.
Я недовольно щелкнула языком, и его взгляд сразу же устремился на меня.
— Госпожа Белена, что вы здесь делаете? И почему со студентами?
Голос Яроша оказался гораздо мягче, чем я ожидала. Я заметила, как он в последний момент остановил руку, которая уже тянулась к моему плечу. Это заставило меня одновременно сделать шаг назад и приблизиться к нему. Я процедила:
— Мы первые заняли этот зал и даже взяли ключ!
Я указала на ржавую железяку, воткнутую в дверь и никак не желавшую поворачиваться. Ярош тоже посмотрел на нее, а затем достал из кармана точно такой же ключ, но блестящий и явно новый.
Я раздраженно взглянула на Артея, но тот лишь пожал плечами.
— Ну, нам тоже нужен этот зал. Как будем делиться?
В его словах явно скрывалось что-то большее. Это был не просто вопрос о зале, и я это чувствовала. Его голос и слегка протянутая ко мне рука выдавали его намерения. Я скрестила руки на груди и склонила голову набок.
- Решим поединком.
Какое-то мгновение Ярош смотрел на меня пустыми глазами.
- Что?.. - спросил он.
- Кто победит, тот и останется в тренировочном зале. Проигравший убирается прочь.
На этот раз я не была уверена в победе. Ярош стал ректором Академии молодым не из-за денег семьи. Он был сильным колдуном, но слишком честным. Я же не страдала от честности.
У меня были грязные приемы. Верес посмотрел на меня, но отступил, увидев мой тяжелый вздох и сжатую челюсть.
— Как скажешь, — сказал он. — Какие правила?
Я улыбнулась.
— Никаких.
Ярош не пугал меня огненными шарами. В его глазах была уверенность: он не собирался проигрывать.
Верес отбросил меч под стену. Я не хотела, чтобы он поддавался, но промолчала.
Артей начал отсчет.
Три.
Ярош прищурился и улыбнулся мне хищной, опасной улыбкой, которой мне не доводилось видеть никогда прежде.
Два.
Я почувствовала, как мое лицо нагревается против моей воли, но не отвела взгляда. Времени на смятение нет.
Один.
Мы с ним использовали волшебство одновременно. Он-ледяную стрелу, прошившую пространство между нами меньше, чем через мгновение, я – щит. Он устоял, но я пошатнулась назад от силы заклятия, и едва успела отбить следующее – молнию, едва не опалившую мне брови.
Ярош послал третье заклятие. Четвертое, пятое, я только успевала восстанавливать защиту. Он не давал мне даже мгновения на то, чтобы перейти в атаку, нанести ему хоть один удар. После седьмого или восьмого удара, которого я чудом избежала, я решила рискнуть.
Сняла щит всего на мгновение, чтобы захватить под свой контроль его руку.
Удалось! Глаза Яроша на мгновение округлились, когда он понял, что уже не имеет власти над частью своего же тела, но для меня было поздно – я не успела стряхнуть с его ладони дуновение ветра, и он снес меня с ног.
— Неплохо, Тава, — сказал Ярош, крутанув рукой. Я пыталась подняться, но он ударил молнией по полу там, где только что была я. Я успела увернуться, но почувствовала, как камень под спиной раскалился. В ответ я подставила ему подножку.
Это были простые чары, даже дети так могли. Ярош отбил их, но пропустил следующую ментальную атаку и упал на землю — у него отказала нога.
— Неплохо, Ярош, — прошипела я, поднимаясь на колени. — Но меня так просто не одолеешь.
Мы снова атаковали одновременно. Заклятия столкнулись в воздухе и разлетелись искрами. Я знала, что Ярош ударит коварно, поэтому бросилась в другую сторону коридора. В тот же миг пол задымился и разразился потоком раскалённого пара.
Я послала вслед за своими чарами ещё одни. Ярош начал часто моргать, ничего не видя.
— Грязный трюк, Тава, — прорычал он. В его голосе я уловила восхищение. Он дёрнул за свою защиту, и мне пришлось отпустить её, чтобы увернуться от шаров света, которые Верес начал посылать во все стороны без разбора.
Студенты, сначала пытавшиеся подобраться поближе, теперь сидели под стенами, напуганные, и старались не высовываться, чтобы случайно не получить коварным проклятием в голову.
Я моргнула, пытаясь сбросить с глаз слезы от чересчур яркого света, а в следующее мгновение Ярош оказался уже совсем близко: он держал в руке какое-то темное и точно опасное проклятие и метил им мне в сердце.
Я выставила руки вперед, готовясь к трюку, который всегда ставил в тупик моего учителя. Он не использовался даже такими опытными менталистами, как он сам, а это означало, что трюк был мощным оружием.
Заклятие направлялось прямо в мои ладони. Ярош расширил глаза, поняв, что я не ставлю защиту. Он попытался остановить шарно было уже поздно. Я вливала силы в руки, готовясь отразить заклятие, как зеркало, но…
Оно ударило меня, как молния и гром. Я перевернулась в воздухе и упала на каменную кладку, выбив весь воздух из легких. Видела тень Яроша на граните и попыталась подняться. Уперлась в ладонь, но ничего не вышло.
Из горла вырвалось низкое рычание. Я изо всех сил ударила кулаком по полу. Опять этот проклятый ошейник! В металле заискрило, и несколько магических искр обожгли шею.
Сбоку раздался унизительный смех.
— Вот это слабачка! Ни на что не годна! — Мейли.
— Как вы ее, господин Верес!
Перед моими глазами появилась протянутая ладонь, и я за нее злобно ухватилась, вытягивая себя в вертикальное положение. В глазах Яроша была сталь, но смотрел он не на меня, а на своего студента.
- Тава, можешь занять зал, - сказал он ледяным голосом. Его глаза все еще сверлили Мейли, и тот съежился. - Думаю, моим студентам нужно сначала научиться уважению, а не бою.
Я наполовину скрипнула зубами, а потом остановилась. Мне не нужны подачки.
...Но ценой еще одной маленькой мести Мэйли? Что ж, однажды я смогу это принять.
- Спасибо, - кивнула я и сразу же нахмурилась от боли, пробегавшей по позвоночнику. Ярош, все еще не глядя на меня, поддержал мою спину ладонью и провел по ней пальцами.
Потом быстро убрал ее, словно только что понял, что сделал.
Он кивнул мне, и в его взгляде на мгновение мелькнуло извинение и что-то еще, чего я не поняла. Затем он повернулся к своим студентам.
— Пойдемте, — махнул он рукой. — Пора поговорить о том, что давно назревало.
Он направился к выходу, а студенты-боевики неохотно последовали за ним. Я услышала обрывок слов Яроша:
— Я простил вам лабораторию, закрывал глаза на прогулы и вылазки. Но больше я не...
— Кхм, — я вздрогнула и посмотрела на своих студентов, которые жались друг к другу. Артей сглотнул и взглянул на меня расширенными глазами.
— Это было... невероятно! — выдохнул он.
Я отвернулась, чувствуя себя неловко. Да какое невероятно? Ярош просто позволил мне занять зал из жалости.
— Ерунда, — отмахнулась я. — Мы все здесь. Я проиграла.
Это не было стыдом, но все же неприятно. Артей посмотрел на меня с недоумением и медленно покачал головой.
— Вы не понимаете, — тихо сказал он. — Это же Верес! Сильнейший колдун короля! Никто из нас не может выдержать его удара. Он бьет так быстро, что мы не успеваем ни защититься, ни атаковать.
Леонард натянул очки и сжал учебники так, что костяшки побелели.
— Мы думали, что ударить его заклинанием невозможно. Никто раньше не мог этого сделать.
Я улыбнулась, стараясь скрыть волнение. Может быть, все не так уж плохо. Я знала, что Ярош сильный.
Артей, все еще изумленно глядя на меня, поднял в воздух новенький ключ, оставленный Ярошем, и наконец открыл боевой зал. Помещение оказалось просторным, с крошечными окошками под потолком и без мебели. Идеальное место для использования магии без лишних волнений.
Волноваться не пришлось — как и использовать чары. Я уже в четвертый раз объясняла, как тянуть за нити магии, но чувствовала, что мои слова уходят в пустоту. Никто ничего не понимал.
— Не так резко! Ты же не шарами огня кидаешь, успокойся!
Артей смотрел на меня квадратными глазами, явно не понимая, чего я от него хочу.
— Но я и так спокойно все делаю. Всегда так использую магию, — он развел руками, а я с досадой ударилась лбом о сложенные ладони. Ситуация казалась безнадежной.
Оглядевшись, я увидела такую же картину: пятнадцать человек разбрелись по залу, пытаясь вызвать хотя бы искру ментальной магии. Они размахивали руками, глубоко дышали, концентрировались на глазах противника, но результата не было.
Никакого результата.
Я медленно сползла по стене и села на пол, уткнувшись лицом в колени. Пыталась сосчитать до десяти, надеясь успокоиться. Должен был быть способ объяснить им что-то, открыть понимание менталистики, ее медленного, плавного движения...
— Что, мы совсем безнадежны? — спросила Грета, грустно накручивая косу на ладонь. Я посмотрела на нее снизу вверх, не зная, что ответить.
И тогда я поняла.
Я подскочила на ноги и посмотрела на своих студентов так, словно впервые их видела.
- Что? - спросил Леонард, опуская ладони после очередного неуспешного заклятия. У него вообще за все эти недели не было ни одного успешного – и он, без преувеличений, был самым безнадежным из всех. И все же я одарила его широкой улыбкой и поманила студентов к себе пальцем.
- Сейчас вы полные бездари, – сообщила их я,- но это может измениться. Я знаю один способ, который поможет вам понять и почувствовать магию. Так когда-то менталистике научили и меня.
Я увидела, как на лицах половины из них расцветает надежда.
- Но ... - я остановилась и обвела их внимательным взглядом. - Ректору это не понравится. Могут возникнуть проблемы, поэтому кто не готов попробовать, заставлять не буду.
Я не ожидала, что кто-то откажется, кроме, возможно, Леонарда, но он стоял тихо. Но всего за несколько мгновений в воздух неуверенно поднялась рука Артея.
- Что? - нетерпеливо спросила я.
Он отвел взгляд, но все же тихо сказал.
– Я не могу, - он уловил мои прищуренные в недоверии глаза и пояснил. - Я здесь только благодаря королевской стипендии. И я не могу ее потерять.
Я медленно кивнула. Что ж.
– Ладно. Как и обещала, заставлять не буду.
Остальные студенты стояли тихо, даже Грета, которая также поступила в Академию только благодаря стипендии. Очевидно, ее тяга к знаниям перевешивала возможные последствия. Все студенты смотрели на меня, ожидая хоть каких-то объяснений, и я их дала.
- На следующем занятии будем применять кое-что запрещенное.
Среди студентов распространился довольный и пораженный гул.