Рубрика вопрос - ответ.
❓ "Лариса Геннадьевна, а у Вас нет историй про совсем взрослых, кто работал с вами в детстве с СМА? Так хочется узнать о таких людях. Вот совсем нет в интернете никакой информации про взрослых уже людей, у кого была СМА."
А действительно, почему нет историй о взрослых людях, преодолевших СМА?
Ответ очень простой.
Если совсем коротко: неоткуда взяться таким историям!
Стоит, пожалуй, дать классическое, из учебника по логопедии, определение СМА.
Недостаточность речи при моторной алалии приводит к некоторому снижению понимания вторичного характера, поэтому в большинстве случаев встречается моторная алалия с сенсорным компонентом или сенсомоторная алалия. Первичная же сенсорная недостаточность отмечается при сенсорной алалии.
Теперь немного расширю и аргументирую свой крайне короткий ответ о том, где же взрослые, которые в детстве имели диагноз СМА. Уточню, что говорю от своего имени и опираюсь на свой 40-летний профессиональный путь.
Первое: начинала я работать в речевой школе, где в мой 0-ой класс попали дети с моторной алалией, органическим заиканием, сильной дизартрией, ринолалией и (не удивляйтесь) с аутизмом. 🔹Почему был 0-й класс, а не 1-ый, ведь детям было по 7, а то и по 8 лет?
🔸Потому что все эти дети не владели разговорной речью. То есть для освоения школьной программы их нужно было дотянуть хотя бы до уровня ОНР 2-3.
Это как в ВУЗах для иностранных студентов: им дают подготовительный год для изучения языка страны, где они хотят получить образование.
Понятно, что историй про взрослых с СМА из той поры, я вам рассказать не могу. Не было у меня таких детей в классе.
Второе: дальше я работала в речевом детском саду на группе ОНР+дизартрия. Самые сложные дети, попавшие туда, извините, по блату (как и те, которые были с аутизмом у меня в школьном классе), имели диагноз моторная алалия.
Вывод повторяется: не было у меня тогда в работе детей с СМА.
Третье: потом я более чем на 10 лет погрузилась в тему раннего детского аутизма (так в то время называли РАС). Затем уехала работать в другую страну. Там тоже учила детей, имеющих РАС.
И снова не могу рассказать из того периода о детях с СМА.
Вот уже и понятно, что люди, которым сейчас за 40 лет, никак не могли попасть в подборку рассказов о моих учениках. По времени не получается.
Когда же я стала вести детей с СМА?
Когда начала работать в Центре Д. Е. Зайцева. Там сложились объективные условия для возможности вести детей с сенсомоторной алалией.
🔹Были сложные дети с самыми разными диагнозами, не организовались группы с узко очерченной симптоматикой. Была бóльшая выборка, чем в речевой школе или в саду.
❗Внимание! Самое, на мой взгляд, важное для появления в работе детей с СМА: 20 лет назад в городе уже сложилась система ранней помощи неговорящим детям. Они стали приходить на занятия в 3 года, а не 6-7 лет, как 40 лет назад. Что это значит?
Дети с СМА, которые имеют много шансов получить диагноз РАС, не успевали набрать аутистическую симптоматику, так как мы учили их говорить.
А далеко не каждый ребёнок с РАС оказывается таковым, если у него вызвали речь до 5 лет. То есть те дети, с которыми я в первые 20 лет своей трудовой деятельности работала, как с аутистами, возможно, таковыми не являлись. Но с ними тогда занимались психологи по методике "погрузись в мир ребёнка, иди за ним". Считалось, что таким образом получится расколоть аутистическую скорлупу, ребёнок раскроется и САМ заговорит. Их реально не учили речи! В поле зрения логопеда дети попадали после 7 лет.
Симптомокомплекс аутизма сложился, что там было в основе, уже не раскопаешь.
Дети с СМА могли оказаться в школах для слабослышащих, для детей с интеллектуальной недостаточностью. Именно там их обследовала Н. Н. Трауготт, когда собирала материалы по алалиям.
Где были места в образовательной школьной системе, туда и попадали дети, в анамнезе у которых были проблемы не только с говорением, но и с пониманием речи.
Думаю, по этой же причине и у моих коллег нет историй о взрослых людях с СМА в детстве. Поэтому не найти таких рассказов на просторах интернета.
✅ По ссылке рассказ о Васе, мама которого записалась на консультацию ещё когда я работала за границей. Она надеялась, что я вернусь домой побыстрее, и мы скорее начнём учить говорить её мальчика. Так и случилось: я прилетела в Россию и через неделю мы уже приступили к занятиям. Практически, это первый ребёнок, который появился у меня с официальным диагнозом СМА.
А потом уже, привлечённые сарафанным радио, потянулись в кабинет на Лиговском родители с малышами, которые не только не могли сказать свои первые слова, но и не понимали обращённую речь. Тогда и стали копиться истории преодоления СМА, которые вы читаете на канале.
Всем успехов в развитии речи!
Спасибо тем, кто откликнулся на кнопку "Донаты"