Розовый диско-автобус, или Как я не сдался после дурацкого «нам надо расстаться»
Всё шло хорошо. Правда. Мы встречались, смеялись, строили планы. Я уже мысленно переехал к ней на кухню (чистить картошку), она уже привыкла, что по утрам я варю кофе. Ни скандалов, ни интриг, ни новых людей. Тишь, благодать и запах свежесваренного американо.
И вдруг.
— Дэн, нам надо расстаться.
Чего?! Я даже не понял сначала. Думал, шутит. Смотрю — не шутит. Глаза сухие, губы сжаты. Как на первой встрече, когда она была «портье в бронежилете».
— Чего???
— Понимаешь, мне сейчас тяжело.
И она выложила. Родители разводятся. Отец переезжает в студию, где она живёт. Она возвращается к маме — поддерживать, чтобы та не осталась одна. И какие-либо отношения сейчас для неё — слишком тяжело.
Я слушал и не верил своим ушам.
— Что за бред? А мы тут при чём? Я не твой отец. Ты не моя мать. Какое отношение наши отношения имеют к их разводу?
Она не хотела слушать. Просто молча ушла. Через несколько дней я узнал, что она уволилась из отеля. Исчезла. Испарилась. Как не было.
А я остался. С дурацким чувством, что меня бросили не за то, что я сделал. А за то, что происходит у неё в семье. И это было обиднее, чем если бы она сказала «я разлюбила».
Я не сдался
Я искал встречи. Она отказывалась. Я писал — не отвечала. Работа — её там нет. Соцсети — тишина. Я уже начал думать: «Может, ну её? Может, не судьба?»
Но внутри сидела какая-то дурацкая уверенность. Мне хватит одной встречи, чтобы всё объяснить. Что я не чужой дядя. Что я готов ждать. Что её родители — это её родители, а мы — это мы.
Оставалось одно — придумать, как эту встречу организовать. И тут судьба подкинула шанс.
Корпоратив для избранных (и унижение для остальных)
В отеле решили устроить корпоратив. День рождения отеля, всё чинно-благородно. Но наши директора — самовлюблённые безтолковые управленцы из 90-х — ничего лучше не придумали, как организовать банкет в нашем же ресторане.
Пригласили только «сливки»: офис, руководителей среднего и высшего звена. А обычных смертных — официантов, портье, охранников — решили не звать. Не достойны сидеть с боярами за одним столом.
И это ещё не всё.
Обслуживать этот банкет должны были как раз те самые «недостойные». Мы.
Итог предсказуем. Девчонки с ресепшена обижены в хлам, кто-то даже плакал в подсобке. Официанты злые — работать на тех, кто смотрит сверху вниз. Охранники тоже счастьем не блестали. Настроение — как в день похорон надежды.
Господи, день рождения отеля. Неужели мы не достойны хотя бы куска торта? Не приглашать — ладно. Но заставлять прислуживать тем, кого не пригласили, — это, знаете, такое себе управление персоналом.
Я подхожу к стойке ресепшена — скопировать отчёт, как обычно. Вижу Лену, нашу старшую портье. Сидит красная, глаза на мокром месте.
— Лен, ты чего?
— Дэн, ты пойми. Мы тут сутками работаем. Весь негатив на себя принимаем. А для нас даже места за столом не нашлось?
— Лен, забей.
А сам думаю. И тут меня осенило.
Гениальный план
— Лен, а давайте замутим свой корпоратив? Для простых смертных. Без начальников. Без пафоса. С выпивкой, закуской и музыкой.
Она подняла глаза. Удивилась. Потом улыбнулась.
— Дэн, ты гений.
— Я знаю. Но ты это скажешь ему? — кивнул в сторону охраны.
— Скажу.
Дальше — как по маслу. Собрали деньги. Все были только за. Официанты скинулись, портье, горничные, охранники, техслужба. Никто не жадничал. Даже водитель автобуса скинулся — потому что «я тоже простой смертный, а не начальник».
Заказали пати-бас. Розовый. С неоном, дискотекой и столиками. Заказали суши — много, много суши. И вот в субботу вечером к отелю подъезжает огромный розовый автобус, в котором уже играет музыка.
И мы загружаемся. Все нарядные, красивые, счастливые. Человек двадцать — кто поместился. Остальные обещали догнать в следующем баре.
А Саша была среди них.
Да, да. Я пригласил её. Как бывшую коллегу. Наплевав на все её «мне тяжело» и «давай не будем». Просто написал: «В субботу вечеринка для своих. Будешь?» И она пришла.
Розовый автобус, суши и одна правильная ночь
Мы катались по Питеру. Неон светил в окна. Басы колотили по ушам. Мы ели суши пальцами — вилок не было, потому что это же пати-бас, а не ресторан для избранных. Пили шампанское из пластиковых стаканчиков.
Я смотрел на Сашу. Она смеялась. Настоящим смехом, не дежурным. У неё в глазах уже не было той брони, которую она надела, когда сказала «нам надо расстаться».
В какой-то момент автобус остановился у набережной. Мы вышли на воздух. Я протянул ей руку.
— Ты как?
— Нормально, — сказала она. — Впервые за долгое время — правда нормально.
— Саш, я не отпущу тебя. Поняла? Не из-за того, что я эгоист. А потому, что твои родители — это не мы. Мы — это мы. И я никуда не денусь. Даже если ты решишь уйти к маме, даже если будешь жить в другой квартире, даже если будешь говорить «мне тяжело». Я буду рядом. Просто — рядом. Без драм.
Она молчала. Смотрела на воду. Потом повернулась и сказала:
— Дурак.
— Знаю.
— Поехали обратно. Там суши ещё остались.
— Поехали.
Утро в отеле
Мы проснулись вместе. В отеле — да, я тогда ещё жил в том самом люксе на 14 этаже. За окном — Питер, серый, мокрый, но почему-то красивый. На тумбочке — остатки суши и пустые стаканчики из-под шампанского.
Она лежала рядом. Не в форме портье. В моей футболке. С растрёпанными волосами. Без макияжа.
— Дэн, — сказала она. — А в понедельник я ухожу на новую работу.
— Знаю.
— Я не вернусь на стойку.
— Знаю.
— Но я не хочу, чтобы мы расставались.
— Я тоже.
Она улыбнулась. Уткнулась носом мне в плечо.
— Ты придурок с этим розовым автобусом.
— Зато ты здесь.
— Зато я здесь, — повторила она.
В понедельник она ушла. Не на стойку регистрации — на такси, на новую работу. Но мы остались вместе.
И это была наша первая победа. Не над бывшими, не над обстоятельствами — над дурацким «нам надо расстаться», за которым стояли чужие проблемы. Мы выиграли. И даже не заметили, как это стало началом конца. Но об этом — позже.
А пока — розовый автобус, суши и она. В моей футболке. На 14 этаже. С видом на Питер.
Продолжение следует