21 января 1793 года в 10 часов 22 минуты утра на парижской площади Революции (ныне — площадь Согласия) палач Шарль-Анри Сансон — тот самый, который некогда служил королевским палачом при Людовике, — привёл в исполнение смертный приговор. Нож гильотины упал. Французский монарх, правивший страной почти два десятилетия, был обезглавлен по решению Национального конвента.
Для Франции это событие стало поворотным моментом: тысячелетняя традиция абсолютной монархии рухнула, и на её место пришла республика, построенная на крови.
Но отголоски этого удара докатились и до России, заставив императрицу Екатерину II кардинально пересмотреть свою внешнюю и внутреннюю политику.
Как французские события докатились до Петербурга
В 1789 году, когда во Франции вспыхнула революция, Екатерина II отнеслась к ней насторожённо, но без паники. Она видела в происходящем временное «недомогание», которое пройдёт само собой. Однако по мере того, как события во Франции набирали обороты — падение Бастилии, отмена феодальных привилегий, принятие Декларации прав человека и гражданина, — тон императрицы менялся.
Особую тревогу вызывала сама идея, что подданные осмелились судить и казнить своего законного монарха. Для Екатерины, которая взошла на престол в результате дворцового переворота и на протяжении всей жизни укрепляла самодержавную власть, это был вызов не только французской, но и всей европейской монархической системе.
После того как в августе 1792 года королевская семья была заключена в Тампль, а 21 сентября монархия во Франции была официально отменена, Екатерина II заявила, что французские события «угрожают спокойствию всех монархий».
Казнь как шок
Известие о гибели Людовика XVI потрясло императрицу. В личных письмах и официальных заявлениях она называла казнь «чудовищным злодеянием», «беспримерной жестокостью» и «попранием всех божеских и человеческих законов». Для неё это было не просто убийство, а символическое уничтожение принципа легитимной власти.
Екатерина немедленно прервала все дипломатические отношения с Французской республикой. Французский посол был выслан из Петербурга. Российским подданным предписывалось покинуть пределы Франции. Началась подготовка к формированию антифранцузской коалиции.
Внутренняя реакция: борьба с «французской заразой»
Казнь Людовика XVI стала для Екатерины II тем спусковым крючком, который заставил её ужесточить внутреннюю политику. Революционные идеи, проникавшие в Россию через книги, статьи и эмигрантов, отныне воспринимались как смертельная угроза.
При императрице был создан целый ряд цензурных ограничений. Запрещался ввоз французских книг и газет. Под надзор попали масонские ложи и частные типографии. Вольтер и Руссо, кумиры просвещённой императрицы, теперь читались под иным углом: в их произведениях видели не мудрость, а источник крамолы.
Известно, что Екатерина отдала распоряжение внимательно следить за настроениями дворянства и разночинной интеллигенции. Любое проявление «якобинства» пресекалось на корню. Доносчикам платили, вольнодумцев отправляли в ссылку.
Рождение антифранцузской коалиции
Екатерина II не ограничилась словами. Она начала активно подталкивать европейские державы к объединению против революционной Франции. В 1793 году между Россией, Англией, Пруссией, Австрией и другими государствами были подписаны соглашения о совместной борьбе с «французским безумием».
Россия обязалась выставить военный корпус для действий против французских революционных войск. Был снаряжён флот для блокады французских берегов. Правда, до активных боевых действий на суше дело не дошло — войска были отвлечены на подавление восстания в Польше, а затем на её разделы. Но сам факт участия России в коалиции означал разрыв с идеями просвещённого абсолютизма, которые сама же Екатерина некогда пропагандировала.
Перемены в умах
Для российского дворянства казнь французского короля стала шоком, но шоком разным. Часть аристократии, напуганная радикализмом революции, сплотилась вокруг трона, видя в самодержавии единственную защиту от хаоса. Другая часть — прежде всего те, кто читал Вольтера и ездил в Париж, — задумалась о цене, которую платят монархи, не желающие перемен.
Екатерина II прожила после казни Людовика XVI менее четырёх лет. Она умерла в ноябре 1796 года, так и не увидев окончательного разгрома революционной Франции. Но её реакция на события 21 января 1793 года во многом предопределила ту жёсткую внутриполитическую линию, которую затем продолжил её сын Павел, а потом и внук Александр I, которому уже пришлось воевать с Наполеоном.
Казнь короля стала тем рубежом, когда Российская империя окончательно перешла от либерального любопытства к консервативному противостоянию.
А вы знали, что Людовика XVI казнил тот же палач, который при нём служил королевским палачом?
Как вы думаете: Екатерина II искренне считала французскую революцию угрозой для России или использовала её как повод для усиления внутренней реакции?