Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Счастливый амулет

Калинов хутор. Часть 3. Глава 57

Егор влетел во двор дома Матвея, легко перемахнув через забор, он надеялся, что Матвей просто не зажигал ещё лампу над крыльцом… Может просто сидит на скамейке возле смородины, и задумчиво смотрит, как вечер наливается синью. Но двор был пуст, Егор крикнул, позвав хозяина по имени, но отклика не получил. Тишина показалась Егору сейчас совсем иной – опасной, звенящей, и хранящей многолетнюю страшную тайну. Нельзя мешкать, думал Егор, быстро шагая к своему дому, мысли его были расчётливыми, холодными и чёткими. Бабушка ждала его у окна, и только завидев внука, шагающего со стороны соседнего дома, вышла на крыльцо. Тайга, весь день прождавшая ушедшего на работу Егора, радостно подпрыгнула, но тут же села, вытянувшись, как положено серьёзной собаке. Радость на собачьей морде сменилась озабоченностью, от хозяина пахло тревогой… - Егорушка, ты к Матвею заходил? Что-то нет его до сей поры? Говорил, сегодня придёт… - Бабушка, ты как себя чувствуешь? – спросил Егор, входя в дом и начиная собира
Оглавление
Картина художника Дмитрия Станиславовича Светличного
Картина художника Дмитрия Станиславовича Светличного

*НАЧАЛО ЗДЕСЬ*

Глава 57.

Егор влетел во двор дома Матвея, легко перемахнув через забор, он надеялся, что Матвей просто не зажигал ещё лампу над крыльцом… Может просто сидит на скамейке возле смородины, и задумчиво смотрит, как вечер наливается синью.

Но двор был пуст, Егор крикнул, позвав хозяина по имени, но отклика не получил. Тишина показалась Егору сейчас совсем иной – опасной, звенящей, и хранящей многолетнюю страшную тайну.

Нельзя мешкать, думал Егор, быстро шагая к своему дому, мысли его были расчётливыми, холодными и чёткими. Бабушка ждала его у окна, и только завидев внука, шагающего со стороны соседнего дома, вышла на крыльцо.

Тайга, весь день прождавшая ушедшего на работу Егора, радостно подпрыгнула, но тут же села, вытянувшись, как положено серьёзной собаке. Радость на собачьей морде сменилась озабоченностью, от хозяина пахло тревогой…

- Егорушка, ты к Матвею заходил? Что-то нет его до сей поры? Говорил, сегодня придёт…

- Бабушка, ты как себя чувствуешь? – спросил Егор, входя в дом и начиная собирать свой рюкзак, - До села сможешь дойти? Только не бродом, иди через мост, там как раз должен последний рейс из Ступино идти, если поторопиться, как раз на него успеешь.

- Дойду, не переживай, - ответила Агафья Никитична и тоже стала собираться.

Ни к чему расспросы, лишние слова, и так понятно, что-то стряслось, и Егор знает, что делать.

- Бабушка, в Архангельском иди к Марусе, скажи, пусть скажет Андрею, что ей нужно в Верхнеусково к отцу. Я напишу записку, пусть Маруся покажет её Андрею. Они знают, что делать дальше, и знают, куда я пойду, за меня не беспокойся, со мной Тайга будет. А ты обратно на хутор сегодня не возвращайся, побудь у Маруси до завтра, или у Веры, хорошо?

- Хорошо, внучек. Ты, Егорушка, за меня не волнуйся, делай, что должен. Завтра по утру вернусь домой-то, тебя ждать стану.

- Утром можно, - кивнул Егор, перекидывая за спину моток крепкой верёвки, которую самолично проверил, теперь всегда так делал.

Вырвав листок из тетради, Егор торопливо написал несколько строк, и если бы кто-то прочитал сейчас написанное, решил бы, что Егор повредился умом.

«Мыши съели зерно, послезавтра нужно травить, иначе урожаю конец» - гласила записка, но Агафья Никитична её и не читала, сложив и спрятав в карман.

- С Богом, Егорушка, - сказала Агафья, когда Егор обнял её, собранный, с рюкзаком на спине.

Ни слезинки не проронила, только сжала сильнее натруженные руки, глядя, как вышел Егор за калитку, за ним промелькнула Тайга, и сумрачная пелена скрыла их обоих. Закат, красный и тревожный, угасал за лесом, от реки стал наползать лёгкий туман, когда Агафья заперла дверь на замок и пошла к калитке.

Рыжик сидел на заборе, глядя туда, на лесную тропу, где только что скрылись Егор и Тайга. Усатая мордочка не была сейчас надменной, как бывало обычно… видать и кот чувствовал витавшее в воздухе беспокойство.

- Ты, Рыжик, за главного до завтрашнего утра, - Агафья погладила мягкую спинку, - Пригляди тут, будь другом.

За поворотом уже тарахтел старый ЗИС, это был вечерний рабочий рейс из Ступино в Архангельское, и Агафья заторопилась, как раз выйдет на дорогу, когда автобус будет ехать мимо хутора. Вскоре она устроилась на сидении автобуса, среди весёлых молодых сплавщиков, радующихся окончанию их смены.

Между тем, Егор и Тайга быстро шагали знакомой Егору тропой. Ночная тьма уже сгустилась здесь, среди широких юбок раскидистых елей, но Егор и в темноте мог найти тропу. Усталости он не чуял, внутри от беспокойства за Матвея холодела душа… только бы успеть!

Матвей ушёл на старый рудник, Егор это знал, и то, что он не вернулся… значит что-то случилось там, на заброшенных штольнях! И уж точно дело не обошлось без этого «Икса», вычислить которого Егор желал больше всего на свете!

Если идти всю ночь, то к рассвету они с Тайгой будут на месте, а там… Тайга отыщет след, Егор был уверен! Как и в то, что Матвей жив, иначе просто не может быть! Только вот там, на старом руднике, нужно будет быть осторожнее…

Тайга шла уверенно, значит впереди не было никакой опасности, Егор знал, что собака учует чужака до того, как тот услышит их шаги, потому шагал без опаски. Словно в помощь путникам на небосводе показался месяц, разлив по лесу свой серебряный свет. Небосвод был усыпан звёздами, осенняя ясная ночь обещала быть холодной, но разгорячённый быстрой ходьбой Егор не ощущал ночной прохлады, видавшая виды брезентовая куртка служила ему верой и правдой.

А тем временем Агафья Никитична уже входила в калитку дома, где жила молодой фельдшер Мария Кирсанова. Ни у кого такая картина и не вызвала бы удивления – пожилая женщина, повязанная платочком, пошла к фельдшеру, тут бывает такое и не по разу в день, кому до больницы идти не хочется, то и дело заглянут измерить давление, или попросить совета, к какому доктору в город поехать со своей болячкой.

- Вера, вы дома? – Маруся вышла со своего двора спустя минут пять-десять, и стукнула в дверь к Карповым, - Андрей, помоги мне пожалуйста, не могу открыть кладовку, замок заело что ли…

Андрей взбежал на Марусино крыльцо с пассатижами в руке, за ним следом пришла и Вера. Молодёжь то и дело пробегала мимо забора, спеша в клуб на киносеанс, или просто на прогулку, село жило обычной своей жизнью. И никто внимания не обратил, что через четверть часа после означенных событий из гаража лесхоза вырулил небольшой грузовичок, и запылил по дороге в сторону Верхнеусково. А перед той поездкой Андрей Карпов имел коротенький телефонный разговор из кабинета завгара, с кем, и о чём, никто и не расслышал, про мышей что-то толковал.

Вера с Агафьей Никитичной сидели в кухне дома Карповых, чайник закипал на плитке, позванивая крышкой, лица обеих женщин были беспокойными, но они старались этого не показать.

- Хозяева, есть кто дома? – у калитки раздался голос Эдуарда Морозова, и когда Вера откликнулась, он вошёл в дом, - Здравствуйте. Вера, а муж твой где? Мне бы с ним переговорить… Агафья Никитична, добрый вечер. Вера, я не знал, что у вас гости.

- Здравствуй, Эдик, - ответила Агафья Никитична, - Как твоё здоровье?

- Ничего, спасибо, на мне как на собаке заживает, - рассмеялся Морозов, - Уже на работу выписали.

- А я вот в гости заглянула, тоже по своим делам в селе была, решила погостить. Ноги уж не те, чтобы пешком на хутор-то ходить.

- И правильно, тем более уже стемнело, да и прохладно уже, - Морозов поёжился, - Вера, так где Андрей-то?

- Вызвали зачем-то, - спокойно ответила Вера, - Видимо снова поломка где-то, надо груз перехватить. Сам же знаешь, Андрея постоянно и зовут, потому что он всегда дома, найти его легко.

- Ну, не стану вам мешать, чаёвничайте, - раскланялся Морозов и вышел за дверь.

Вера смотрела через окно, как сосед вышел за калитку. Чуть постоял у забора, посмотрел на замок, который висел на двери Маруси, и зашагал вниз по улице, чуть прихрамывая.

- Ничего, доченька, - сказала ласково Агафья Никитична, - Ты не переживай, всё хорошо будет. Муж у тебя разумный, не позволит плохому случиться! А ты себя поберечь теперь вдвое больше должна! Себя, и дитя своё.

- Откуда вы узнали, бабушка? Я ведь никому не говорила, только Андрею, - Верины щёки порозовели, она села к столу и стала перебирать кончик скатерти.

- А как мне не знать. Когда я тебя вот этакой девчушкой помню, - улыбнулась Агафья, - Да и такое дело… лицо у тебя теперь светится, женщина, носящая дитя, иная, она - святая.

Как-то и спокойнее стало Вере. Хорошо, что Агафья Никитична нынче у них погостит до утра, одной Вере и вовсе было бы беспокойно.

А тем временем Маруся с Андреем добрались до Верхнеусково уже затемно, машина протарахтела по тихим улочкам и остановилась у забора, покрашенного синей краской. Марусино сердце стукнуло, когда она увидела в окне родительского дома неяркий свет лампы. Мама зажигала её, когда не спала ночью… когда раньше кто-то из детей болел.

Полина вышла на крыльцо, зажгла фонарь и пошла отпирать калитку.

- Маруся, ты? – Полина обняла выскочившую из кабины дочку, - Вы что же, ночью? Ты как узнала, я ведь только утром хотела тебе звонить!

- Узнала – что? – Маруся похолодела и отстранилась от Полины, - Мама… что случилось?

- Да ничего, - Полина старалась говорить спокойно, только тёмные круги под глазами и чуть подрагивающие губы выдавали её беспокойство, - Отец ушёл на Старый Ключ, и до сих пор нет, должен был сегодня вечером вернуться. Я думала, может попутно с кем доехал до Архангельского… спина его беспокоила в последние то дни. Я говорила, чтобы к тебе съездил, Ласточкин у вас хороший доктор, назначения бы дал. Вот и решила, что послушал меня…

- Мамуль, ты не волнуйся, может мы с ним разминулись просто, - улыбнулась Маруся, она крепко взяла себя в руки, чтобы не волновать маму ещё сильнее, - А мы с Андреем проездом заглянули, нужно в Бобрихино, за препаратом.

- Хорошо, что заехали, доченька. Идёмте, покормлю вас.

- Мамуль, некогда, правда, - Маруся снова обняла мать, - Я в выходные приеду к вам, а сейчас нам надо ехать.

Полина убежала в дом, положить им с собой пирожков, а Маруся забралась в кабину машины и испуганно посмотрела на Андрея.

- Это… что происходит, Андрей? – спросила Маруся и сжала похолодевшие руки, - Дядя Матвей, и отец мой тоже… теперь вот Егор на старый рудник пошёл… А что написано в записке… Мыши? Кто эти «мыши»? Ты знаешь?

- Все знают, кому положено, -спокойно ответил Андрей, лицо его было сосредоточенным, - А ты, Маруся, вот что… оставайся у мамы. Я поеду, тут до Старого Ключа недалеко, а оттуда до рудника пешком всего-ничего! Я Егору на подмогу пойду.

- Нет! Я с тобой! И не отговаривай! Там через Тонкое ущелье перебираться надо, как будешь один? Всё, не спорь, едем вместе. Маме – ни слова! Я думаю, что и отец туда отправился. Ты всё передал?

- Да, всё, - кивнул Андрей, и принял от Полины завёрнутые в бумагу пирожки, - Полина Петровна, спасибо! А какой аромат, я прямо сейчас съем парочку! Ну, пора в путь, надо вовремя добраться.

Полина провожала машину, стоя у калитки. Всё она понимала. И улыбка Марусина её не обманула, что-то беспокойное так и витало в воздухе… почему-то вспомнились те тревожные дни, когда она вот так же стояла у калитки, ожидая весточки о муже.

А тем временем Егор с Тайгой всё шагали по лесным тропам, рассвет уже чуть забрезжил над грядой, низинами стелился туман, сырая прохлада проникала Егору за шиворот. Они вышли на опушку леса, он заканчивался у пригорья, оборвался резко, словно скалы выскочили неожиданно из-под земли в этом месте. Егор тихонько позвал Тайгу:

- Иди ко мне, Тайга. Сидеть, девочка. Вот умница.

Достав бинокль, Егор стал пристально осматривать окрестности. Сейчас никак нельзя обнаружить себя, если те, кого они так много времени стараются выявить, сейчас поймут, что Егор неспроста пришёл искать Матвея именно сюда… Тогда к пристани в Ступино можно не ходить! «Икс» хитёр, просчитывает свои шаги намного вперёд…

- Тайга, что чуешь? – спросил Егор и пристально посмотрел на собаку, но та не показала беспокойства, - Вот и я ничего не вижу. Ладно, станем пробираться кустами! Вот, гляди. Ищи, Тайга, ищи! Только тихо!

Егор достал из кармана прихваченную из дома Матвееву рукавицу, в которой тот дрова колол во дворе, и теперь дал её Тайге почуять. Собака обнюхала рукавицу и посмотрела на Егора умными глазами, а тот понял – есть след. Человек и собака давно понимали друг друга без слов!

Тайга пошла осторожно и тихо, как и просил Егор, она то и дело пригибалась на лапах и поднимала нос – Егор понял, есть чужой запах. Но Тайга уверенно указывала ему на главную штольню, ту самую, куда Матвей водил Егора не раз, там они много времени провели за тренировками.

- Молодец, Тайга! – прошептал Егор и сжал собачий загривок, - Значит, он в штольне… А тот, чужой? Так, значит его не чуешь поблизости… Ладно. Но мы не станем рисковать. Вот что, мы с тобой не пойдём к большой штольне! Я знаю, что делать, только тебе, Тайга, это не понравится.

Егор поманил собаку, и они пропали в сумерках, окунувшись в кусты, покрывающие пригорье. Матвей не раз говорил Егору, что здесь нужно быть осторожным – запросто можно провалиться в узкую штольню, пробитую для вентиляции рудника. И одну такую штольню Егор отлично помнил.

Продолжение здесь.

От Автора:

Друзья! Рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ ВОСКРЕСЕНЬЯ.

Итак, рассказ выходит шесть раз в неделю, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.

Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.

© Алёна Берндт. 2026

Когда поют цикады | Счастливый амулет | Дзен