— Не то чтобы коварная… Но приличная с т е" в а. Знаешь, они, оказывается такиею Сначала в рот заглядывают, изображая влюбленность, каждое твое слово ловят, каждое желание. А чуть ближе подпустишь в свою жизнь — все. Ты-то вот неженат, и правильно. Я тоже крест на этом деле поставил. Ну их всех. Короче, ты сам понял.
Брат не ответил. Посмотрел на гостя с интересом, и вновь склонился над тарелкой.
Виктор приободрился:
— А сам-то чего? Или вас, инженеров человеческих душ, во ВГИКе уму-разуму научили: не женитесь, мальчики.
Тщательно прожевав жаркое и запив глотком минералки, Владимир обезоруживающе улыбнулся:
— Да нет, никто нас ничему не учил. Смолоду нерешительный был — ты ж знаешь, я всю юность с книжками просидел. Потом вроде как… Ну, скажем, осмелел маленько. Однажды даже всерьез подумывал жениться. Но куда мне ее было вести? Сюда, в коммуналку, она категорически отказалась идти, а лучшего я в то время предложить не мог — и так на учебу времени почти не оставалось. Уж ты-то знаешь, что мне никто не помогал, сам выкарабкивался.
— А к ней? Или она тоже не москвичка?
— Москвичка. В том-то и дело, что москвичка. Папочка какая-то шишка на ровном месте. Родители ее были против брака. Дескать, ему от тебя только прописка нужна. Короче…
Владимир помолчал немного, для чего-то отпил еще минералки, словно от длительной речи пересохло в горле, хотя сказал совсем не так уж много, как хотелось бы Виктору.
— Не сложилось, — с открытой улыбкой добавил он. — Тогда переживал, а сейчас даже рад. Правда, мне те отношения нелегко дались. Я после нее решил завязать. И, представь, выполнил установку. Мимолетные связи ведь не считаются? Сначала обида была слишком сильна, потом как-то навалилось все враз, времени совершенно ни на что не хватало: там халтурка, тут халтурка — как раз сериалы стали один за другим запускать, не отказываться же от работы? А еще нужно было помнить про себя — сюжеты сами просились на бумагу. Вот и…
Брат понимающе закивал головой. После сочувствующей паузы ответил:
— Ну и хорошо. Ты даже не представляешь, как тебе повезло! С этим племенем вообще лучше никаких дел не иметь. Или… уж коль природа нас такими создала, что без них никак, то правильнее всего заводить себе разовую подружку. Ну их! Давай, что ли, выпьем по этому поводу? А то сидим, закусываем, а за встречу…
— Не, Вить, за встречу вечером. У меня сегодня прямой эфир на радио, я там такого наговорю! А вот после интервью уже посидим по-человечески. Я так понимаю, что ты не на один день приехал?
От его пронзающего насквозь взгляда Виктору стало не по себе. Попробуй утаи от такого "инженера" что-нибудь — вмиг расколет. Не стал врать:
— Не на один, верно. Сам не знаю, насколько. От тебя зависит — как скоро ты меня выгонишь. Мне возвращаться некуда. Если меня кто-то и ждет, то начальник на работе. Да и тот, поди, уже не ждет — два утра подряд не подал машину, так что место мое пропало.
— А с женой что?
— С женой… А что с ней сделается? Хозяйкой себя почувствовала. То нельзя, это нельзя… В общем, обычная история. Все женщины одинаковые: первое время изображают из себя невесть кого, а потом открывают свое истинное лицо. Считай, что тебе сильно повезло, когда тебя та москвичка кнула. Крупных неприятностей избежал.
Не спеша с ответом, Владимир налил чаю из фарфорового пузатого чайничка, заботливо накрытого сложенным махровым полотенцем. Бросил в чашку два кусочка рафинаду, тщательно размешал, стараясь не звенеть ложкой. Отпил маленький глоток, словно пробуя на вкус, удовлетворенно причмокнул губами и только после этого ответил с сомнением:
— Не знаю… С одной стороны — да, ты, наверное, прав. И зачем мне такая жена, которая не собирается разделять со мной трудности и успехи? Подозреваю, что от нынешних моих успехов она бы очень даже не отказалась, а вот трудности мои ей ни к чему.
Пока чай не остыл, приложился к чашке еще раз, и продолжил:
— А с другой стороны… Понимаешь, что получается. Я писатель…
— Инженер человеческих душ, — не удержался от подколки Виктор.
Брат оставил его комментарий без ответа, только посмотрел чуть удивленно и едва заметно кивнул, соглашаясь.
— И в душах людских должен разбираться на раз-два. А для меня и сегодня женская душа — потемки. Не знаю я их. Вернее, знаю по той, по первой. Вернее, единственной — говорю ж, после нее у меня так никого по большому счету и не было.
— Так одной вполне достаточно! — опять встрял Виктор. — Они все одинаковые — поверь мне! Уж я-то их повидал на своем веку…
— Вот и я думал, одинаковые. А мне читательницы на встречах стали этим упрекать. Мол, из романа в роман одинаковые героини кочуют. Герои меняются, а женщина одна, только имена разные. Да они-то мне не особенно и нужны, у меня все книги в основном про мужчин Но без них-то все равно никак, понимаешь? Тем более, пишу я детективы, а половина мотивов связана с ними. Любовь, ревность, месть. Ну, скажем, мстить не обязательно женщине, а вот любовь с ревностью, как ты понимаешь, только с ним связаны. Если, конечно, герой не гомик. В жизни я прекрасно научился без них справляться, а вот в литературе… Чувствую, что не хватает опыта.
— Да чушь! — возмутился брат. — Читал я твои книги! Немного, правда, но читал. Даже названий не упомню — ты ведь знаешь, я вообще не сторонник литературы. Но пока в машине сидишь, шефа ждешь, что угодно прочитаешь, чтоб от скуки не сдохнуть.
— Вот спасибо, — усмехнулся Владимир. — Редкий комплимент.
— Да ладно, ты еще на меня обижаться будешь. Короче, пару штук твоих я точно прочитал. У меня жена почитать на ночь любит, вот я у нее и таскаю периодически. И все там у тебя про баб правильно: стервы и нытики, все им чего-то не хватает.
Собеседник неуверенно выпятил нижнюю губу и ненадолго задумался.
— Не знаю, — протянул он. — Понимаешь, я уже сам чувствую, что повторяюсь. Я ведь знаю только один тип женщины: мою несложившуюся.
— Так у них вообще один тип! Все они такие, все, как одна!
— Ну да, — возразил Владимир.
Виктор радостно улыбнулся:
— Это тебе с моей надо познакомиться!То ей денег не хватает, то внимания, то в поликлинику ее отвези с ребенком…
— О, так у меня есть племянник?
— Племянница. То с огородом без меня не управляется… Говорю же — нытик еще тот! И в то же время отменная стерва.
Владимир мечтательно прикрыл глаза:
— Вот бы мне такую! Для романа, — тут же поправился он. — Мне живости не хватает в женских персонажах.
— Так в чем проблема? — усмехнулся Виктор. — Езжай к моей, она тебе быстренько свой характер продемонстрирует.
Хозяин стрельнул в него возмущенным взором:
— Глупости не говори. Я вот вообще подумываю: а не пора ли мне жениться? Тридцать три, возраст Христа. Он дозрел до спасения человечества, а я, быть может, хотя бы для женитьбы?
— А я, получается, дозрел до развода. Говорю тебе: не женат — и радуйся, ни за кого отвечать не надо. Я вот разведусь, и алименты придется платить тринадцать лет, представляешь? Такой хомут на шею повесил!
— Но ведь почему-то же ты на ней женился? Значит, было в ней что-то такое, что выделило ее среди других.
— Да что там выделило? Просто забеременела, вот и пришлось жениться. Она б без меня не управилась — сирота, что с нее взять.
Владимир нахмурился:
— Так как же ты ее бросил? Она же одна, как она без тебя проживет?
— Проживет, — злобно прошептал Виктор. — Такая проживет, не бойся. Такие — самый живучий народ. Ты никогда не задумывался, почему по всему миру продолжительность жизни мужчин лет на восемь-десять короче, чем у женщин? Да потому что они все силы из нас вытягивают.
— Интересная версия, — Владимир посмотрел на часы. — Начинаю опаздывать. Если хочешь, поехали со мной. Или тут посиди. Может, поспишь с дороги?
— Да я бы… — гость замешкался с ответом, не зная, что предпочесть — заманчивы были оба варианта. — Хочется, и другое интересно. На радио не был никогда в жизни, и усталость чувствуется. Сосед в поезде храпел так, что только днем вчера прикорнул малость. Но радио все-таки… А, поехали!
— Радио как радио, ничего интересного. У меня послезавтра телевидение, вот там действительно интересно. Я, собственно, и сам впервые туда пойду — раньше не решался. Я человек не публичный, мне это повышенное внимание как…
Он сделал характерный жест ребром ладони по горлу, демонстрируя явление, которому не нашел подходящего слова, и продолжил недовольно:
— Я бы и дальше отсиживался, да издатель настаивает. Говорит, бренд надо раскручивать, повышать тиражи. Оно-то все верно — не засветив лица, известным нынче не станешь. Вот ты, например, книги читал, а на автора внимания не обратил. Так?
Рассказ "Два брата" 11 часть
А еще, в дзене появились донаты. Поддержать автора можно 👉ТУТ👈