В большинстве стран люди водят машину левой рукой, а правой переключают передачу. А, скажем, в Англии, Индии или Австралии — наоборот. И это не чья-то блажь. Когда-то давно никто не сочинял правила дорожного движения, сидя в тёплом кабинете, — всё решалось на марше, в седле или на облучке телеги. И решения эти были продиктованы то страхом, то амбициями, то запредельным практическим умом простого возницы. Мир поделился на две стороны не вчера и не случайно.
Логика меча: почему левая сторона была безопаснее
Представьте себе узкую тропу, глухой лес и двух всадников, которые едут навстречу друг другу. В те времена никто не был застрахован от внезапного нападения: впереди мог оказаться враг или банальный разбойник. Если разъезжаться по современным правилам (правыми боками), то противник окажется прямо напротив вашей боевой руки. А вот если взять левее — вы окажетесь к нему лицом к лицу, и правая рука с мечом будет полностью готова к удару.
Это не просто красивая теория. Археологи находили остатки римских каменоломен, где левая колея от повозок всегда была разбита значительно сильнее правой. А на серебряных денариях, датированных 50 годом до н.э., римляне чеканили сцены, где всадники разъезжаются именно левыми сторонами.
Именно Римская империя, завоевавшая полмира — от Испании до Британии, — и насадила эту привычку. И если континентальная Европа со временем от неё отказалась, то Англия и её будущие колонии зафиксировали «левизну» как национальную особенность.
Пётр I, Елизавета и возницы: как Россия стала «правой» на 100 лет раньше Европы
Пока в Европе всадники махали мечами, в России всадники думали о том, как бы не перевернуть телегу. Логика русского извозчика была сугубо практичной. Большинство людей — правши, а значит, и самая сильная рука у кучера — правая. При разъезде на узком зимнике, чтобы пропустить встречного, проще было перехватить вожжи именно правой рукой и оттянуть сани к обочине, а не бросать их в сугроб.
Первым эту логику на уровне государства начал внедрять Пётр I. В 1683 году он издал указ, которым не только запретил кучерам «бить прохожих хлыстами» (видимо, проблема была насущной), но и ввёл правила разъезда по правой стороне. Окончательно же точку в вопросе поставила императрица Елизавета Петровна. 5 февраля 1752 года она подписала указ, официально закрепивший в Российской империи исключительно правостороннее движение для карет и извозчиков.
Так мы стали одной из первых крупных стран, кто на государственном уровне отказался от «средневековой левизны», сделав выбор в пользу анатомии.
Британский акт о Лондонском мосте: как одна переправа изменила карту мира
Англия пошла своим путём. Спустя четыре года после указа Елизаветы, в 1756-м, британский парламент принял акт, касавшийся Лондонского моста. Чтобы повозки не создавали пробок, им строжайше предписали держаться левой стороны. Штраф за нарушение был драконовским — один фунт серебра (по тем временам — состояние).
Британцы спорят до сих пор, почему выбрали именно левую сторону. Одна из версий — морская: английские корабли исторически расходились правыми бортами, и традиция перекочевала на сушу. Как бы то ни было, к концу XVIII века привычка так укоренилась, что в 1835 году её закрепили для всех дорог королевства. А там, где проезжала британская карета, оставались британские правила. Огромные территории от Австралии до Индии стали левосторонними именно из-за колониального наследия.
Кстати, США могли бы тоже остаться «левыми», но молодое государство так сильно хотело отстроиться от британской короны, что демонстративно приняло правостороннее движение.
Наполеон Бонапарт: как левша посадил Европу на правую сторону
Если Британия консервировала старые привычки, то Франция их яростно ломала. Во времена Великой Французской революции 1789 года вышел декрет, который предписывал всему «простонародью» двигаться по правой стороне дороги. А левую оставили аристократам, чтобы тех было видно издалека.
Легенда гласит, что окончательно моду на правую сторону в континентальной Европе закрепил Наполеон. Дело в том, что император, по распространённой версии, был левшой. Если большинство всадников носило оружие справа, то Бонапарт якобы носил его слева — соответственно, ему было удобнее разъезжаться со свитой именно правыми боками. Впрочем, многие историки считают, что дело не в леворукости императора, а в сугубо военной логистике: огромная армия на марше требовала единого стандарта движения, и Наполеон этот стандарт установил. Там, куда доходили его войска — Германия, Италия, Польша, Голландия, — устанавливалось правостороннее движение. Страны, которые сопротивлялись Наполеону, по инерции оставались «левыми».
Неожиданные исключения: самураи, Швеция и африканские колонии
Не всех загнали в рамки колонизаторы. Япония приняла левостороннее движение сама. Причина — всё те же мечи, но уже в исполнении самураев. Существует красивая гипотеза: оружие (катану) они носили на левом бедре, и если бы простолюдин случайно задел ножны при встрече, ему грозила мгновенная смерть. Поэтому люди инстинктивно обходили друг друга с левой стороны. Позже, когда британцы помогали японцам строить железные дороги, они не навязывали правила, а просто построили колею под левостороннее движение — Япония не стала спорить.
Самый же масштабный день перемен случился в ХХ веке. 3 сентября 1967 года Швеция, оставшаяся к тому времени «левым» островком посреди правосторонней Европы, перешла на привычную всему миру сторону. День вошёл в историю как Dagen H (от шведского Högertrafik — «правостороннее движение»). В 4:50 утра все автомобили в стране остановились, аккуратно перестроились на другую полосу, и в 5:00 движение возобновилось. Об ошеломляющей стоимости и логистике этой операции ходят легенды до сих пор.
Левая полоса — лишь один из примеров того, как исторически сложившиеся привычки сохраняются веками. Это касается не только правил движения. Взять хотя бы британские мили, пинты и стоуны: страна до сих пор использует их наравне с метрической системой, несмотря на общемировой тренд. Почему так вышло и что из этого получается — читайте на канале Best Travel Guide: Почему в Британии до сих пор мили и пинты?