- Этот дом требует огромных вложений, – говаривал он с улыбкой и делал сам все что только мог, дабы сэкономить. Он жаловался, но все равно очень любил свой дом. Эти стены приютили множество поколений их семьи, и он заботился о своем доме, как заботился бы о престарелых родителях, с любовью и нежностью.
Он нанял местную кейтеринговую компанию для организации фуршета, и нескольких помощников, которые следили за тем, чтобы бокалы у гостей всегда были полными, а грязные тарелки вовремя исчезали со стола. Но он не был расточительным, поэтому вечеринка получилась домашней, хотя на праздник приехала почти сотня гостей.
Дима заехал за Инной за несколько минут до начала вечеринки.
Он позвонил в звонок. Дверь открылась, и сердце у него замерло, а щеки обдало жаром.
– Ого, – только и вымолвил он.
Инна просияла, принимая удивленное выражение его лица за комплимент. Она выглядела изумительно. Копна каштановых волос, две завитые пряди у лица, сияющий взгляд. По такому случаю она купила новое платье, темно-зеленое, вельветовое, с глубоким v-образным вырезом, открывающим взгляду ее соблазнительное декольте. Ткань облегала бедра и шлейфом ниспадала на пол. Она была в черных туфлях на каблуках, а в руках сжимала маленький черный клатч.
Дима лишился дара речи. Она чувствовала, что он хочет сгрести ее в объятия, поцеловать и погладить каждый сантиметр ее тела.
– Ты в порядке? – наконец со смехом спросила Инна.
Дима встряхнул головой и наконец восторженно выдохнул:
– Ты прекрасна. И сексуальна. А при взгляде на платье у меня просто дух захватывает.
Он признался в этом с такой простотой, смешанной с вожделением, что раненое сердце Инны еще немного раскрылось ему навстречу. Она нежно поцеловала его в губы и ощутила покалывание, словно крошечный электрический разряд пробежал между ними.
Поняв, что их чувства вот-вот могут выйти из-под контроля, она отстранилась и позвала Рому – тот побежал прямо к машине и запрыгнул на сиденье.
Они хорошо смотрелись втроем. На Диме были темно-синий костюм, нежно-голубая рубашка и галстук с мелким фиолетово-зеленым рисунком. Костюм выгодно подчеркивал его мускулистое тело, а волосы были зачесаны назад вместе с той прядью, что вечно падала ему на один глаз. Инна подумала, что он словно сошел со страниц журнала. На Оксане было красное вельветовое платье с широким атласным поясом. На ногах у нее были белые колготки и черные лаковые кожаные туфельки на ремешке, и она явно была довольна тем, что так нарядно оделась. Рома был одет в брюки цвета хаки, темно-синий блейзер и рубашку с воротничком, а Инна повязала ему на шею красный галстук… Наряд, которым он, казалось, отчасти гордился и который отчасти повергал его в смущение.
Они свернули на подъездную дорожку, и Инне показалось, что ей все это снится: великолепный особняк украшен и подсвечен, машины все прибывают, а некоторые гости уже собрались на веранде бокалами шампанского в руках.
«Мне все это кажется, – подумала она. – Я что, и правда еду на рождественскую вечеринку в сопровождении красавца, в особняк, и меня пригласил сюда настоящий дворянин, который к тому же теперь мой отчим?»
При мысли обо всем этом безумии она чуть было не засмеялась.
Она оглянулась на заднее сиденье, и ее наполнила нежность. Не веря в свое счастье, Рома смотрел на все огромными глазами, широко открыв рот.