*НАЧАЛО ЗДЕСЬ*
Глава 42.
- Проворонили мы его. Как же ловко он нас провёл, я не ждал такого, - Василий Кирсанов рассматривал бумаги, разложенные на столе, покрытом зелёным сукном.
- О чём это говорит? – спросил с нескрываемой горечью в голосе Матвей Селиванов, - Мы недооценили их. Мещеряков, то есть, настоящая его фамилия - Бирюков, был полицаем, это мы предполагали и раньше, но вот кто стоит за ним? Городская ниточка, которой была Светлана Белова, она же Порываева, оборвалась с её смертью. Тот, кто играет в эту игру, всегда на шаг впереди нас!
Матвей посмотрел на размятую в руках папиросу, которую так и не прикурил, в сердцах бросил её в урну и снова стал смотреть на документы. Василий стоял рядом с товарищем и тоже пристально рассматривал Степановы бумаги, которые Наташа передала Анюте перед своей страшной кончиной.
За покрытым зелёным сукном столом сидел человек в форме с военной выправкой, чувствующейся во всей его фигуре. Только левый рукав гимнастёрки был заправлен за пояс, руки у него не было почти до самого плеча. Человек устало потёр переносицу и постучал пальцами по столу.
- Что скажете про его товарища, про Гаврила Пескова? Вы присутствовали при его… опросе, так скажем. Допрашивать-то его не за что, кроме дружбы, которую он водил с мнимым Мещеряковым, ни в чём таком он не замечен, характеристики у него сплошь положительные.
- Да, такие положительные, что даже странно, - сказал Василий Кирсанов, закрывая папку, которую долго листал, - И все документы у него такие… комар носа не подточит! И знаете, что я думаю… не бывает так, вот что. Сколько живу, ни разу не видел вот такого идеального человека! Не женат и не был женат, детей нет. Воевал, однако ни единой серьёзной царапины… какой везунчик! С его комплекцией это вдвойне странно, хорошая мишень для любого стрелка, промахнуться трудно. А что, запрос на него посылали, есть ответ?
- Есть ответ, - вздохнул человек в форме, - Такой же идеальный, как и вся биография этого Пескова. Медаль за Отвагу, наградной лист, настоящий, не поддельный. Все бумаги у него в полном порядке. До войны жил в деревне под Львовом. Думаю, на этом они с Бирюковым и сошлись. Земляки, вроде как.
- Подозрительно. Нужно копать дальше. По тем частям, где он служил, нужно найти тех, кто с ним служил, и получить от них описание его внешности, - Василий хмурился всё больше, понимая, что ни единой зацепки нет.
- Конечно, уже делается, - кивнул человек в форме, - А что на опросе он показал? Я видел протокол, но столько листов у меня нет времени читать, после прочту, а пока в двух словах введите в курс дела. Скоро совещание, времени мало.
- Говорит грамотно, но в рамках диалекта и прослойки населения. Держит себя в руках, явно обдумывает то, что скажет, - стал говорить Матвей, - Если вкратце, о прошлом Мещерякова знать не знал, и о том, что тот не Мещеряков вовсе, а Бирюков, понятия не имел. Познакомились ещё на войне, а потом встретились в поезде, когда ехали сюда работать на лесозаготовке. Характеристику с работы дают положительную, жена, ну, то есть женщина, с которой Песков сейчас проживает, подтверждает, что в день пожара Песков никуда не отлучался. И до этого тоже почти все вечера проводил дома. Ездил на рыбалку в позапрошлые выходные, с Бирюковым и ещё одним товарищем. Свинцов Капитон, он раньше здесь в медпункте работал, недавно откомандировали в Ступино, там фельдшерский пункт не справляется, народу стало много, приехали три бригады сплавщиков. Песков показал, что со Свинцовым познакомились здесь, сдружились на теме рыбалки. Опрошен тремя методами, ни разу не сбился.
- Какой вывод делаете из этого?
- Вывода два. Либо не врёт и говорит правду, или подготовлен очень хорошо, настолько хорошо…
- Понятно, - вздохнул человек в гимнастёрке и прошёлся по кабинету, - Ладно, придерживаемся разработанного плана. Пескова под наблюдение, но не светитесь. Кстати, на опросе он вас двоих видел?
- Нет, разумеется, - ответил Василий, - Нас не видел, с ним говорил наш участковый, и прибывшие сотрудники УГРО.
- Продолжайте в том же духе. Василий… скажи, как девочка, которая документы передала? Ведь вся семья у неё… А она маленькая совсем.
- Анюта, - кивнул Василий и они с Матвеем снова опустили голову, чувствуя вину за случившееся, - Ничего, держится. Храбрая, почти не плачет. Полина моя с нею… Анюта с моей младшей дочкой Марусей дружит. Пока у нас живёт. Ну и… товарищ полковник, просьба у меня.
- Говори, что нужно?
- Помощь нужна, документы мы с Полиной оформить хотим, чтобы Анюта у нас осталась. Я думаю, так будет лучше.
- Хорошо, я договорюсь, всё сделают быстро, -кивнул полковник и записал что-то в лежащем перед ним блокноте, - Сейчас ещё напишу тебе записку, пойдёшь в наш отдел обеспечения, там тебе дадут книжку, по ней станешь получать довольствие на всех детей, включая Анюту. Если нужен врач, говори, отправим в госпиталь.
- Спасибо, товарищ полковник. Думаю, что у нас в селе доктор пока справляется, да и девчушка сама очень стойкая. Не перестаю удивляться…
- Ну а ты, Матвей, как на хуторе своём устроился? Всего хватает? – спросил полковник.
- А много ли мне надо, один я, - ответил Матвей, сдерживая горький вздох, - По соседству у меня бабушка и внук, люди хорошие, меня как родного приветили.
- Будьте осторожны. Есть подозрение, что был использован какой-то яд. Здесь мы не смогли определить, нет такой лабораторной возможности. Отправили материал в Москву, там должны точно сказать. Но… понимаете, что это значит? Если мы здесь не можем определить, значит яд этот… не тараканов да крыс морить разработан, в аптеке такое не купишь. Возможно… оттуда. Будьте внимательны, берегите себя, вы нужны стране, людям! Кто же, если не мы, вычистит эту погань, которая по щелям забилась!
- Есть, товарищ полковник, - отрапортовали Василий и Матвей, и вышли из кабинета в гулкий коридор.
- Пошли через подвал, - позвал товарища Матвей, - Чтобы нас никто не видел, вот чую я, не просто так всё. Хоть майор из УГРО и не согласен со мной, считает, что Степан всё это устроил, да не рассчитал силы.
- А что, какая версия у них? – спросил Василий, сворачивая на лестницу, ведущую в подвал
- Ну, считают, что Степан сам всё устроил, один. По словам Анюты, Наташа нашла документы, тут и Галина сама подоспела, пришлось Степану убрать свидетелей, но он не знал, что часть документов Наташа отдала младшей сестре и велела отнести тебе. Но сбежать он сам не смог – майор считает, что у Степана прихватило сердце, а может упал, или Галина его как-то поранила. Результаты экспертизы пока только предварительные, полные будут позже. Ну, в двух словах, версия УГРО такова – Бирюков, мнимый Мещеряков, бывший полицай, скрывался здесь у нас, а когда Наташа нашла его документы, которые он хранил, убрал свидетелей и по какой-то случайности погиб сам. Но мы с тобой знаем, что такие случайности часто оказываются вовсе не случайны. Правду сказать, я таких случайностей не видел. Чтобы убийца, который явно готовился, вдруг оказался таким глупцом. А Галина… она совершила страшную ошибку – встретив по пути Анюту с документами, бегущую к нам, она побежала в дом. Это, кончено, понятно, там внуки ведь у неё остались. Не смогла с собой совладать, а надо было звать людей на помощь, к тому же участковому бежать. Может что-то пошло бы по-другому. Хотя, что сейчас говорить… Люди погибли, две улицы в селе дотла выгорели… Эх, плохо мы с тобой работаем, вот что! Ведь Степан как мастерски нас отвлёк, мы-то за складом следили, за сторожем. Думали – он жертва! Провёл нас!
- Я согласен с тобой, - кивнул Василий, показывая стоявшему на выходе из подвала патрульному свой документ, - Слишком много странных случайностей здесь. Полковник прав, ты, Матвей, будь осторожен на хуторе. Помнишь, как немцы в деревнях колодцы травили? Почему-то я уверен, даже если столичная лаборатория ничего не сможет распознать, без яда здесь не обошлось. И действует здесь ас.
- Ты прав. За меня не беспокойся, я приму необходимые меры. И ещё, Василий… скажи, чем вам с Полиной помочь? Ведь пятеро теперь у вас, непросто будет.
- Ничего, справимся. Спасибо тебе, Матвей. А помочь… ты лучше в гости почаще бывай, ребятня тебя ждёт всегда. И Полина тоже, жалеет тебя, всё женить хочет, то одну в невесты тебе прочит, то другую. Жизнь-то идёт.
- Невесту? – Матвей рассмеялся, - Да поздновато мне уже женихаться-то, - и тут же посерьёзнел, - Однолюб я, Вася… потому и один. Не смогу обманывать, не смогу говорить, что люблю. Потому что каждый день помню…
Василий похлопал друга по плечу, и оба отправились проулками меж городских домов к базе, где грузилась лесхозовская машина. На ней они и отправились обратно, через Верхнеусково, дальше, в Архангельское.
Полина старалась не показывать вида, как у неё внутри всё скручивает от боли. И от злости тоже… Глядя на застывшую, словно замёрзшую Анюту, Полина всем сердцем ненавидела этого Степана! Корила и себя, за то, что брала у него еду, а потому… как ей на Галину сердиться за то же самое? Никак… не виновата Галина, что так жизнь ей припекла, вынуждена была терпеть этого Степана…
А ещё думала Полина, что она сама по краешку пропасти прошла, когда позволяла Степану бывать у них в доме… ещё и жалела его, что одинокий, несчастный! Вспомнив те дни, Полина тут же принялась обыскивать свой дом под видом генеральной уборки. Что, если этот Степан и у них что-то мог спрятать? Ведь никто и не подумает, и искать не станет! Но ничего чужого Полина не обнаружила, хотя поиски были грандиозными. Даже обыск, который приехавшие из города сотрудники делали у Гаврила Пескова, был не таким тщательным, какой Полина сама у себя устроила!
- Неправда это, Гаврил мой ни при чём, - с жаром говорила Антонина Шалахова женщинам, с которыми она работала в конторе лесхоза, - Жалел он Стёпку этого, потому как самому пришлось отведать в жизни горя-то! Вот потому и жалел! Разве это грех, пожалеть человека? откуда ему было знать, что Стёпка этот - полицай! Это Правлению надо лучше глядеть, кого на работу принимает! Почему никого из Правления не наказали за то, что такого человека тут пригрели?! У нас всю избу наизнанку вывернули, всё искали чего-то! Спрашивали, что Степан делал, когда у нас бывал, не оставил ли чего! А чего он делал? Да жрал в три горла, вот чего делал! А Гаврил тут ни при чём! И нечего напраслину на честного человека наводить, только за то, что он Стёпку этого пожалел!
После этого случая, за дружбу со скрывающимся от правосудия полицаем, Гаврила Пескова и в самом деле не раз даже в город приглашали, на беседу, так сказать. Антонина тогда тряслась сильно за него, плакала, и боялась, что обратно Гаврил уже не вернётся. Но ничего, всегда возвращался, даже бровью не вёл и никому не позволял сомневаться в своей невиновности. На работе его хвалили, характеристики давали отличные, хоть и укоряли, что-де живёт с женщиной, а не женат.
Гаврил внял. Осенью Антонину замуж позвал, та от радости проплакала всю ночь, уже и не ждала, что позовёт. Зажила семья Песковых, как все прочие, не лучше и не хуже. Ничего приметного не случалось, если не считать того, что пару раз Антонина в больницу попадала, по причине беременности, которая каждый раз заканчивалась несчастьем – ребёнок погибал в утробе. А после такого – всё… как ни хотела Тоня маленького от второго своего мужа, ничего не получалось. Успокоила себя тем, что Гаврилушка и так её любит, её и двоих её детей, от первого-то мужа.
Прошло время, отстроились в Верхнеусково новые улицы, вроде бы немного сгладились в памяти людей страшные эти события. Не позабылись, конечно, но жизнь продолжалась, заботы и дела… Когда поутихло всё в Верхнеусково, Гаврил Песков семью свою увёз в Бобрихино. Как-то тихо и незаметно это случилось, продали дом приезжему доктору, собрались, да и уехали. Тоня рада была, Бобрихино – большое село, получше будет Верхнеусково-то. По секрету сказала соседке – рада, что уезжают. Здесь все за ними только и следят, словно они враги какие-то.
Отчасти права была Антонина, не то, чтобы следили, а так, присматривали. Василий Кирсанов всё одно при своём мнении остался, хоть и спорил порой с ним участковый.
- Не может такого быть, чтобы не нашли, не разъяснили! – говорил молодой усатый мужчина в милицейской форме сидевшему напротив него Василию, - Понимаю тебя, Василий, что сердит ты на таких вот, как Бирюков этот. Все мы этих недобитков ненавидим! Но Песков – в чём его вина? Нет за ним ничего, живёт себе человек, ни в чем не замечен.
- Не в моей злости дело, - вздыхал Василий, - Чую я… вот ты, Савелий, знаешь ли, что такое чутьё? Ну вот…
- Чутьё твоё к делу не пришьёшь, как говорится, - хмурился Савелий Малышев, - Ладно, скажу бобрихинским на участке, пусть приглядят.
Побежало время, растили Кирсановы детей, всех, на своих и приёмных не делили. Анюта с Марусей ещё крепче сдружились, и по окончанию школы собирались вместе учиться на медсестёр, а пока – готовились. Наравне с братьями, которых Василий как заправский тренер пестовал, потому и лучшими все Кирсановы были и в учёбе, и в ГТО.
И вот пришёл день, когда со слезами глядела Полина, как её девочки стоят на линейке по случаю последнего звонка. Вот и выросли, да какие красавицы стали! Теперь вот новая, взрослая жизнь их ожидает.
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья! Рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ ВОСКРЕСЕНЬЯ.
Итак, рассказ выходит шесть раз в неделю, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2026