Начать читать сначала 👇 🔔
Продолжение ....
Я отпрянула от окна, стараясь унять дрожь в руках. Сердце колотилось так, что, казалось, его стук слышен на всю кухню. Мама продолжала нарезать хлеб — щёлк-щёлк-щёлк — звук был до отвращения ритмичным, механическим. Я заставила себя дышать медленнее. Паника сейчас — это смерть. Если я хочу выбраться из этого кошмара, мне нужен холодный рассудок.
Я снова посмотрела в окно. Толпа на улице не редела. Люди выходили из подъездов и вливались в общий поток, словно капли воды в реку. Никто не сопротивлялся, никто не задавал вопросов. Они шли к какой-то невидимой цели, ведомые одной общей программой.
«Система стабильна», — эхом прозвучал в голове голос матери.
Я перевела взгляд на неё. Она уже разложила идеально ровные ломтики хлеба на тарелке и теперь методично намазывала их маслом. Каждый кусок получал одинаковую порцию, без единого излишка. Это было не приготовление завтрака. Это было выполнение алгоритма.
Я сглотнула, пытаясь смочить пересохшее горло.
— Мам... я не голодна, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал так же ровно и безжизненно, как её. — Я... я чувствую недомогание. Мне нужно прилечь.
Она замерла на секунду, нож завис в воздухе. Я затаила дыхание. Вдруг она сейчас посмотрит на меня своим стеклянным взглядом и скажет, что сбоев в системе нет и я должна функционировать в штатном режиме?
Но она просто кивнула, так же медленно и механически.
— Принято. Отдых необходим для восстановления ресурсов организма. Рекомендовано пребывание в горизонтальном положении.
Я едва сдержала вздох облегчения. Сработало. Они реагируют на ключевые слова. «Недомогание», «отдых», «восстановление» — для них это просто команды, а не повод для сочувствия или беспокойства. Эмоций нет. Есть только протокол.
Не говоря больше ни слова, я вышла из кухни и направилась в свою комнату. Но как только я закрыла за собой дверь и прижалась к ней спиной, маска спокойствия сползла с моего лица. Я закрыла рот ладонью, чтобы не закричать.
Мне нужно было подумать. Телефон всё ещё был зажат в моей руке. Сети не было, но осталась камера и диктофон. Я быстро набросала план действий на обрывке бумаги:
1. Наблюдать. Выяснить их распорядок, слабые места.
2. Не выделяться. Копировать их поведение: медленные движения, пустой взгляд, отсутствие эмоций.
3. Искать других. Вдруг я не одна? Может, есть те, чей иммунитет оказался сильнее?
4. Найти источник. Понять, что это и как это остановить.
Я спрятала записку под матрас и легла на кровать прямо в одежде, уставившись в потолок. Из кухни доносились звуки: шум воды, звон посуды. Дом жил своей обычной жизнью, но эта жизнь была подделкой. Это была имитация.
Я должна была стать лучшей актрисой в мире. Я должна была стать одной из них.
Дверь в мою комнату бесшумно приоткрылась. Я не шелохнулась, продолжая смотреть в потолок пустым взглядом. В проёме показалась фигура мамы. Она просто стояла и смотрела на меня несколько долгих секунд. Я чувствовала этот взгляд физически — холодный и оценивающий.
— Сбой не обнаружен, — произнесла она наконец всё тем же ровным тоном и закрыла дверь.
Лишь когда её шаги стихли в коридоре, я позволила себе моргнуть. По щеке скатилась одинокая слеза.
Игра началась.
Часть 3
Продолжение следует ....