Живу в небольшом городке у Лэсси и Николаса. Они живут в этом городке всю жизнь и никогда не выезжали за пределы своего штата. В их городке все женщины ходят только в брюках.
А я уже давно живу в Америке и надоело ходить всё время в брюках. Тем более, на улице жара. Достаю из чемодана платье и надеваю его. Лэсси, увидев меня:
– Ты что, артистка?
– Нет. А почему такой вопрос?
– Я думала, что платья носят только артистки.
– Да в России все женщины носят платья.
– Я никогда не видела женщину в платье. Думала, что платья носят только артистки, когда снимаются в кино.
Вы читаете продолжение. Начало здесь
Фестиваль индейцев
Мне посчастливилось побывать на фольклорном фестивале индейцев. Он проходил в городе Кузбэй. До колонизации это была территория традиционного проживания индейцев племени кокилл.
На фестиваль съезжаются индейцы не только из разных штатов США, но даже из Мексики, Бразилии и других стран Южной Америки. Некоторые провели в дороге несколько дней. Съезжаются они на фестиваль за несколько дней до начала. Приезжают на машинах, в кибитках, в повозках, на велосипедах. Приезжают семьями и поодиночке, с маленькими детьми и стариками. Большинство индейцев одеты в традиционные нарядные одежды своего племени. Мужчины – в красочных роучах на голове, украшенных орлиными перьями, женщины – в ярких широких юбках и пончо разных расцветок.
Фестиваль продолжается три дня. Это весёлый праздник жизни. С раннего утра и до позднего вечера на специально построенной сцене огромного ангара демонстрируются танцы. Никакого ведущего (или я не заметила его?) нет, танцы просто сменяются один за другим. Каждое племя представляет свои танцы. Тут же, рядом с ангаром, индейцы продают свои сувениры: пончо, головные уборы, перья, изделия из кости, пряности и т д. Среди индейцев очень много людей и почти белых, особенно детей. Но все эти люди считают себя индейцами.
Я хочу сфотографироваться с колоритным индейцем. На его голове огромный красивый роуч. Прошу разрешения сфотографироваться с ним. Индеец достаёт из кармана картонку с надписью «10 долларов». У меня мало денег, и я жалею 10 долларов за фото с ним. Просто фотографирую другого – бесплатно.
Безотходное производство
Едем с Альбертом. Справа у дороги реклама: мужчина, на заднем фоне скворечник, из которого выглядывает птичка. Спрашиваю, что значит эта реклама.
– Там можно купить всякие изделия из дерева.
– Но всё это можно купить в строймаркете.
– Да, но до него далеко ехать. А если человеку надо купить одну доску, то можно и здесь купить, по дороге.
Заезжаем. В ста метрах от дороги стоит дом. На доме та же реклама. К нам подходит мужчина лет шестидесяти. Альберт традиционно спрашивает:
– Хау а ю? (как дела?)
И слышит от Глена (так зовут хозяина) ответное:
– Ай эм файн! (Прекрасно!).
Альберт говорит традиционное:
– Это Галина. Она из России и не говорит на английском. Она хочет посмотреть, как у тебя организован бизнес.
Глен ведёт нас посмотреть его «производство», которое располагается здесь же. Ровная площадка, на которой под навесом стоит небольшая ленточная пилорама. Здесь же рядом лежат четыре бревна. Глен говорит, что ему только что их привезли.
– Мы работаем вместе с женой, это наш семейный бизнес. Я покупаю брёвна, перерабатываю их полностью и делаю из бревна много разных товаров. Мне помогает жена. Она оформляет заказы, рассчитывается с продавцами и покупателями, упаковывает товар, помогает делать и раскрашивать скворечники.
– А куда деваете отходы: кору, горбыль, опилки?
– Кору мы перемалываем и делаем присыпку для мульчирования почвы.
– И есть желающие купить эту мульчу?
– Конечно! Некоторые люди хотят цветную мульчу, и часть коры мы специально красим. Цветную мульчу люди покупают даже чаще обычной.
– А с пилорамы что получаете?
– Много разного товара. Сначала укладываю бревно к пилораме с помощью подъёмного механизма. Потом распиливаю бревно таким образом, чтобы сделать из него прямоугольный брус. Для этого снимаю с четырёх сторон верхнюю часть бревна (по-русски это называется горбыль). Это отходы, но я разделываю их на дрова, которые люди охотно покупают для своих каминов.
– И остаётся брус?
– Да, но я редко его продаю. Выгоднее распилить его на доски разной толщины и продавать людям по их потребностям. Одну-две доски всегда распиливаю на рейки – они пользуются хорошим спросом. Иногда люди просят отпилить доску по их размерам. В большом магазине этого не делают, а я могу отпилить нужный человеку размер.
– А куда деваете остатки, маленькие куски досок?
– Из них делаю скворечники. А опилки собирает жена и упаковывает в пакеты. Тоже хорошо люди покупают.
В завершение разговора Глен ведёт нас в небольшой ангар, где ровными рядами лежат доски разных размеров, рейки, пакеты с дровами, пакеты с мульчой и пакеты с опилками. Пакеты разные: на пять килограммов, на десять, на двадцать. На каждой доске и каждом пакете – этикетка. А на полках стоят скворечники разных видов и расцветок. Глен гордится тем, что из бревна он делает больше десяти видов товара, полностью перерабатывает бревно и от него не остаётся никаких отходов.
Задаю традиционный вопрос:
– Ду ю хэф гуд бизнес, Глен? (Хороший у тебя бизнес, Глен?)
И слышу в ответ радостное:
– Итс э вэри гуд бизнес. (Очень хороший.)
На прощание Глен дарит мне скворечник. Я отказываюсь, говорю, что не могу принять подарок, потому что мне далеко ехать.
– А откуда ты?
– Из России. Ты слышал про такую страну?
Думаю, что он тоже скажет, что не знает ничего о России. Но Глен, радостно улыбаясь, говорит:
– Да, я слышал об этой стране. Это страна, где президент – алкоголик*.
Ну и что я должна была ему ответить?!
(*Автор описывает середину 90-х гг. ХХ века. – Ред.)
Русские
Я встречалась с десятками русских. Большинство из них перебрались в США в последнее десятилетие, когда это стало возможно. Большинство людей зрелого возраста работают на предприятиях, молодые пытаются открыть свой бизнес. Несколько раз моими переводчиками были студенты колледжей – родители отправили их учиться в Штаты. Они свободно владеют языком и уже адаптировались к жизни в Америке.
Зрелые люди, приехавшие в Штаты с надеждой на лучшую долю, с горечью отмечают, что живут лучше, чем жили в СССР, но живут очень нервно.
– Почему?
– Закредитованы все, живём всё время в кредит. И поэтому боимся потерять работу и оказаться на улице. В СССР ты знал, что если совсем туго придётся, можешь обратиться к родственникам, к родителям, к друзьям, к соседям, в конце концов. А здесь мы как голые перед жизнью.
– А с другими русскими знакомитесь, общаетесь?
– Практически нет. Каждый выбирается сам, как может. И у них такие же проблемы.
Но все они с радостью общаются со мной. Я так понимаю, что они тоскуют по России и по возможности поговорить на родном языке.
Когда нужны перемены
Разговариваем о политике, хотя не хочется.
– У вас в США такая сложная система выборов. До конца неизвестно, кого выберете.
– Да нет, всё просто. Когда у меня лично всё хорошо, я голосую за действующего президента. А когда у меня лично не всё окей, я голосую за другого кандидата. Потому что нужны перемены. И так же голосуют все другие люди.
– То есть вам не принципиально, победит республиканец или демократ?
– Нет, конечно. Каждый выбирает сам, какой президент ему нужен. Америка – страна свободных людей. Вам трудно нас понять, потому что Россия никогда не была свободной страной.
Весёлый доллар
Заседание ХХХ-ского клуба. Ведущий объявляет:
– Сегодня у нас «Весёлый доллар». Кто у нас сегодня весёлый?
Один из сидящих весело поднимает в руках карточку:
– Я сегодня весёлый. Моя дочь поступила учиться в тот колледж, куда хотела. И теперь она едет учиться в другой штат.
– И на сколько долларов ты весёлый?
– На двадцать долларов.
Мужчина вынимает деньги и кладёт их на середину стола.
– А я тоже весёлый, – улыбается мужчина за другим столом – Мы с женой купили новый прекрасный водяной матрац. И я теперь всю ночь сплю и чувствую, что качаюсь на волнах океана.
– И насколько ты весёлый?
– На пять долларов.
Мужчина радостно кладёт деньги на стол. И так один за другим члены клуба делятся своей радостью и делают вклад.
– А я весёлый на десять долларов, потому что мой сын на соревнованиях занял третье место в школе. (Кладёт деньги).
– А я весёлый на двадцать долларов. Я поехал в другой город на соревнования, в которых участвует мой сын. Но соревнования не состоялись. Зато я неожиданно встретил там своего старого друга, которого не видел несколько лет.
Заседание продолжается. Каждый хочет разделить свою радость с другими. Деньги эти – общая копилка клуба. Иногда денег много, и тогда принимается решение:
– Мы все сегодня весёлые на сто долларов, потому что дарим эти деньги на установку кондиционера в одном классе нашей школы.
Бурные аплодисменты присутствующих.
Продолжение здесь. Начало здесь
Tags: Проза Project: Moloko Author: Дениско Галина