Колеса массивных чемоданов с резким, царапающим звуком проехались по светлому дубовому паркету. Елизавета Андреевна аккуратно поставила чашку на кухонный остров. Она сделала ровный вдох и не проронила ни слова. Просто наблюдала, как Кристина проходит в центр помещения и критически оглядывает пространство.
— В общем, так, Елизавета Андреевна, — невестка небрежно бросила свою сумку на диван. — Наш криптопроект прогорел. Квартиру мы потеряли. Жить теперь будем здесь. Переберетесь в малую гостевую, а нам для работы нужна просторная гостиная и мастер-спальня. Располагаться начнем прямо сейчас.
Следом в прихожую шагнул Вадим. Сын даже не поздоровался. Он вытащил из внутреннего кармана пиджака пластиковую папку и бросил ее на стол.
— Мам, давай без эмоций, — его голос звучал сухо и жестко. — Завтра утром приедет нотариус. Подпишешь генеральную доверенность на управление всеми твоими счетами и недвижимостью.
Елизавета Андреевна взяла салфетку и стерла со стола невидимую пылинку.
— А если я откажусь? — спокойно поинтересовалась она.
— Тогда мой юрист дает ход вот этой папке, — Вадим похлопал по пластику. — Здесь подготовленный донос в налоговую. Пара очень убедительных договоров с фирмами-однодневками, на которых стоит твоя мастерски подделанная подпись. Пока экспертиза будет доказывать, что ты не верблюд, все твои счета арестуют на годы. Будешь жить на минимальную пенсию и таскаться по допросам. Выбирай: или ты отдаешь управление мне, или я стираю твою спокойную старость в порошок.
В гостиной стало неестественно тихо. Слышался только гул кондиционера. Елизавета Андреевна оценивающе посмотрела на сына. Он был абсолютно уверен в своей безнаказанности.
— Понимаю, — деловым тоном произнесла она. — Весьма прагматичный шантаж.
Она отвернулась, достала из холодильника апельсины и включила соковыжималку. Кристина победно переглянулась с мужем — старая крепость пала без боя.
— Бумаги подпишу завтра, — добавила Елизавета Андреевна, ставя перед визитерами два стакана с соком. — Мне нужно время, чтобы позвонить своему бухгалтеру и предупредить о передаче дел. Разбирайте вещи.
Остаток дня прошел в суете. Вадим заперся в мастер-спальне, а Елизавета Андреевна ушла в малую гостевую. Она открыла защищенный канал связи на планшете и отправила три коротких распоряжения: в службу безопасности холдинга, совету директоров и в юридический отдел.
Следующее утро началось ровно в девять ноль-ноль. Вадим пошел открывать дверь, ожидая увидеть нотариуса. Но на пороге стояли трое мужчин в строгих костюмах.
— Вадим Николаевич? — вежливо уточнил старший из них. — Юридический департамент аудиторской компании «Глобал Консалтинг».
Вадим растерянно отступил. Из коридора, одетая в безупречный брючный костюм, вышла Елизавета Андреевна.
— Что здесь происходит? — в гостиную выскочила Кристина.
— Происходит инвентаризация иллюзий, — мягко произнесла свекровь.
Юрист извлек первую папку.
— Данные апартаменты никогда не являлись частной собственностью, — произнес мужчина. — Это корпоративная резиденция компании, в которой Елизавета Андреевна является мажоритарным акционером. Проживание посторонних лиц запрещено. Вам надлежит освободить коммерческую площадь в течение пятнадцати минут.
Вадим судорожно сглотнул. Он попытался возразить, но юрист достал второй документ.
— Касательно вашего криптопроекта. Ваш стартап финансировался через венчурный фонд на Кипре. Вы не знали, но единственным бенефициаром этого фонда является ваша мать.
Елизавета Андреевна сделала шаг вперед.
— Вчера вечером, угрожая главному инвестору подлогом, ты нарушил базовые условия договора, — холодным тоном пояснила она сыну. — Процедура досрочного взыскания кредита запущена. Ты банкрот с многомиллионным долгом.
Кристина побледнела. В ее глазах читался панический математический расчет. Никакой роскошной жизни. Только суды и нищета. Елизавета Андреевна повернулась к невестке.
— Кристина, — голос свекрови стал вкрадчивым, почти дружеским. — Моя служба безопасности знает, что макеты моих поддельных подписей рисовала ты. Но я ценю прагматизм. Прямо сейчас ты отдаешь мне флешку с исходниками этого компромата и пароли от ноутбука Вадима. Взамен я оформляю тебе статус свидетеля, а не соучастницы. Твои личные счета останутся нетронутыми. Решай. У тебя минута.
Кристина не колебалась ни секунды. Она бросилась к своей сумке, вытащила металлическую флешку и вложила ее прямо в ладонь свекрови.
— Крис, ты что творишь?! — взревел Вадим, бросаясь к жене.
Один из корпоративных юристов молча, но жестко преградил ему путь.
— Я не подписывалась на тюрьму ради твоих амбиций, неудачник, — процедила Кристина. Она подхватила свою сумку и пошла к выходу. — Сам разгребай свои долги.
Через пятнадцать минут Вадим оказался на лестничной клетке. С одним рюкзаком, заблокированными картами и полным осознанием катастрофы.
Елизавета Андреевна заперла дверь. Она подошла к столу, положила металлическую флешку Кристины рядом с ноутбуком и открыла банковское приложение. На экране высветилась сводка по кредитным счетам сына.
Баланс показывал ноль. Абсолютный, идеальный ноль.
Она спокойно закрыла ноутбук.
Месяц спустя Елизавета Андреевна выходила из дверей дорогого ресторана после успешных переговоров. Осенний ветер приятно холодил лицо. Швейцар предупредительно распахнул перед ней дверцу премиального такси.
В этот момент мимо по тротуару, сутулясь под тяжестью огромного желтого короба доставки, торопливо прошел мужчина в дешевой куртке. Он смотрел только себе под ноги и не заметил элегантную женщину. Елизавета Андреевна скользнула по фигуре сына равнодушным взглядом, села в теплый салон автомобиля и назвала водителю адрес своей идеальной, тихой квартиры.