Утром Светлана попросила у мужа десять тысяч. У нее обострилась проблема со спиной, и невролог настоятельно рекомендовал курс массажа.
— Свет, ну какой массаж? Опять деньги на ветер, — поморщился Игорь, завязывая галстук. — Помажь мазью, само пройдет. Я устал спонсировать твои бесконечные траты на всякую ерунду.
Вечером того же дня он вернулся домой с пакетом из премиального супермаркета. Выложил на кухонный остров кусок мраморного мяса, баночку красной икры и дорогой крафтовый сыр. Светлана молча смотрела на этот натюрморт, чувствуя, как внутри обрывается тонкая струна, державшая ее брак последние пятнадцать лет.
— Половину за квитанции переведешь мне на карту до пятого числа, — заявил Игорь с подчеркнутой гордостью добытчика. — И да, продукты теперь каждый покупает себе сам. Мама права, пора брать финансы под контроль. Будем жить как современные люди. Мои деньги — это мои деньги. Твои — твои.
— Раздельный бюджет? — Светлана аккуратно сложила кухонное полотенце. — Ты уверен?
— Абсолютно. Скидываемся только на коммуналку.
Игорь ждал скандала или слез. Но Светлана просто кивнула, выключила верхний свет на кухне и ушла в спальню. Впервые за годы жизни в её добрачной «двушке» она посмотрела на мужа не как на близкого человека, а как на соседа. Очень невыгодного соседа.
На следующий день она открыла приложение банка и методично отменила все автоплатежи. За домашний интернет. За кабельное телевидение, где муж смотрел спорт.
Затем она заблокировала дополнительную карту. Ту самую, которая была выпущена на имя Игоря, но привязана к её зарплатному счету. Именно ей муж привык пользоваться «на мелкие расходы», когда его собственная зарплата внезапно заканчивалась за неделю до аванса.
Первое столкновение с реальностью произошло в среду. Игорь раздраженно гремел шкафчиками на кухне.
— Света, а где кофе? Банка пустая!
— В магазине, Игорь, — спокойно отозвалась она, застегивая блузку. — У нас же раздельный бюджет. Я свой кофе купила и убрала к себе в шкаф.
В выходные Игорь уселся на диван, предвкушая трансляцию футбольного матча. На экране телевизора появилась серая надпись: «Нет подключения к сети».
— Света! Что с вай-фаем? Ты забыла оплатить?
— Я за свой мобильный интернет заплатила. А домашний мне не нужен. Реквизиты провайдера висят на холодильнике.
Игорь чертыхнулся и полез в телефон. Оказалось, что тариф стоит полторы тысячи. Плюс подписка на спорт — еще тысяча. Когда он попытался оплатить их привычной картой, пришел отказ.
Он ворвался в комнату жены, на ходу меняя тактику с нападения на снисходительность:
— Свет, ну ты чего как маленький ребенок? Обиделась на шутку? Давай, разблокируй карту, мне машину заправить надо. Хватит дуться, мама будет волноваться, если узнает, что мы ссоримся.
— Это не шутка, Игорь. Это современные финансовые отношения, — Светлана даже не оторвалась от ноутбука. — Мои деньги — это мои деньги.
Прошло две недели. В пятницу вечером в коридоре раздался шум голосов. Игорь ввалился в квартиру не один. С ним приехала его мать, Маргарита, и тетка Людмила.
— Светочка, принимай гостей! — громко возвестила свекровь, по-хозяйски скидывая плащ. — Мы с дороги, голодные как волки. Игорек сказал, у вас сегодня праздничный ужин!
Светлана вышла в коридор. На ней был удобный домашний костюм, а лицо выражало абсолютное спокойствие.
— Добрый вечер. Проходите на кухню.
Женщины радостно прошествовали в помещение и замерли. На идеально чистом столе не было ни скатерти, ни закусок. В центре сиротливо стояла одна тарелка. На ней лежал кусок жареного мяса.
— А... а где всё? — растерянно спросила Маргарита.
— Это ужин Игоря, — вежливо улыбнулась Светлана. — Он вчера купил себе стейк.
— Света, прекрати этот цирк! — Игорь густо покраснел. — Мама с тетей Людой с поезда. Доставай, что там у тебя есть.
— У меня есть порция овсянки на завтрак, — Светлана прислонилась к дверному косяку. — Игорь, ты забыл? У нас раздельный бюджет. Каждый кормит себя сам.
Маргарита задохнулась от возмущения.
— Это что за новости? Ты мужа не кормишь? И нас голодными оставишь?!
Игорь суетливо достал телефон.
— Сейчас, мам, не слушай ее. Я доставку закажу. Шашлыки, хачапури — всё будет через полчаса.
Он быстро натыкал заказ в приложении. Нажал кнопку оплаты. На экране высветилось: «Отказ. Недостаточно средств». Игорь нахмурился. Попробовал еще раз. Снова отказ. На его личной зарплатной карте было пусто — вчера списали кредит за машину. А доступа к деньгам жены больше не было.
На кухне стало так тихо, что было слышно, как гудит холодильник. Иллюзия успешного добытчика, которую Игорь старательно поддерживал перед родней, рассыпалась в прах. Оказалось, что «транжира-жена» годами перекрывала его долги, покупала бытовую химию, платила за интернет и незаметно тянула на себе весь дом.
Маргарита резко развернулась к выходу. Игорь бросился за ней в коридор. Светлана прекрасно слышала, как свекровь зло зашипела у входной двери:
— Ты же говорил, что полностью контролируешь её деньги! Реши этот вопрос немедленно, ты выглядишь как посмешище!
Входная дверь захлопнулась. Игорь вернулся на кухню. Злой, униженный и голодный.
— Ты меня перед матерью опозорила! — выплюнул он. — Я с такой эгоисткой жить не буду!
Светлана не стала спорить. Она подошла к кухонному ящику, достала оттуда прозрачную пластиковую папку и спокойно положила её на стол, прямо рядом с остывающим стейком.
— Не будешь, — согласилась она. — Здесь заявление на развод. Я подала его еще неделю назад.
Игорь осекся. Вся его спесь мгновенно испарилась, сменившись растерянностью.
— Свет... ты чего? Какой развод? Из-за продуктов?
— Из-за того, что твоя мама была права, — Светлана посмотрела ему прямо в глаза. — Нам действительно нужно жить как современные люди. А современные люди при разводе делят имущество. Но так как эта квартира — моя добрачная собственность, делить мы будем только твой стейк. У тебя есть неделя, чтобы собрать вещи.
Она развернулась и ушла в спальню.
Светлана не стала плакать или звонить подругам. Она открыла сайт туристического агентства и ввела данные своей карты. Через минуту на почту упали билеты и бронь в шикарный спа-отель в горах на десять дней. С полным курсом лечебного массажа. За свои деньги. И только для себя.