Ольга Панфилова

До сделки оставалась одна ночь. Триста тысяч уже были у продавца, свекровь выбирала мебель, а Сергей уверял меня, что отступать поздно. Но прежде чем переводить остальные деньги, я решила выяснить, что именно муж успел оформить без моего согласия. – Дом оформим на маму, так надёжнее, – сказал Сергей и положил на кухонный стол синюю папку. – Завтра Валентина Петровна подпишет договор, ты переведёшь деньги продавцу, и наконец закончим эту эпопею. Я всё уже организовал. До встречи с продавцом оставалось четырнадцать часов...

До платежа оставалось три дня. Часть заёмных денег действительно прошла через наш семейный счёт, поэтому слова Сергея звучали убедительно даже для моей сестры. Но на семейную встречу я попросила его принести не удобный кусок выписки, а весь договор. Сергей положил передо мной телефон и дважды постучал пальцем по экрану. — У тебя на вкладе миллион четыреста тысяч. Завтра снимешь деньги и переведёшь мне. В пятницу я должен закрыть платёж, поэтому тянуть больше некуда, — произнёс он тем деловым тоном, которым обычно сообщал, когда собирается менять резину на машине или вызывать сантехника...

Через неделю после моего дня рождения Алла потребовала триста тысяч и заявила, что упала из-за мокрого пола. Родственники уже советовали мне «заплатить по-семейному», когда я заметила: один ролик в семейном чате обрывался слишком рано. — Поскользнулась у тебя — плати за лечение! — Алла положила передо мной листок и прижала его ладонью. — Я вообще не понимаю, почему мы сидим и что-то обсуждаем. Здесь всё просто: я получила травму в твоей квартире. Триста тысяч, и мы закрываем этот вопрос без лишнего шума...

Через несколько дней я узнала о трёх кредитах и договоре займа на 4,6 миллиона. Но Галина Михайловна всё равно была уверена: квартиру можно оставить себе, а долги удобно назначить невестке. – Долги сына твои, а квартиру я заберу! – Галина Михайловна положила ладонь на кожаную папку и посмотрела на нотариуса так, словно вопрос уже был решён. – Квартира куплена Виталием до брака. Здесь даже спорить не о чем. А кредиты появились, когда он жил с женой. Вот пусть жена и разбирается. Я медленно повернула голову к ней...