Городской парк — это целый мир. Со своей фауной, флорой, правилами, звуками, запахами. Ирэн приходила сюда в каждую свободную минутку: утром до пар, в обед вместо столовой, вечером, чтобы выдохнуть перед сном. И сопровождали ее альбом с простым карандашом. Грифель скользил острым кончиком по шершавой бумаге, создавал из линий картины, которые видела перед собой Ирэн.
Вот бежит пес на поводке, пасть приоткрыта, язык свисает, а в глазах читается грусть. Ирэн вздыхает, ластиком стирает ошейник и у пса уже можно увидеть улыбку.
Чуть поодаль на траве голубка клюет семечки, оставленные карапузом в шортиках будто на вырост и панамке, съехавшей на лицо. Мальчонка не видит, куда краем глаза поглядывает голубка, от какого безобразия старается отвернуться. Зато это видит Ирэн, а грифель рывками штрихует, как урна пустует, а возле нее фантики, бутылки от газировки, пакеты от чипсов и других снеков, на газоне еще один пес, лапами будто закапывает мусор и… кучку… свою… которую явно хозяин не планирует забирать, ведь он даже не смотрит на питомца, в одной руке у него поводок, в другой дымится сигарета, большие наушники — человек пребывает в собственном мире.
— Ого. У тебя целая история на одном листе получается. — На лавочку возле Ирэн сел молодой человек. — Я Мишган, заметил, что ты сразу после пар сбегаешь сюда.
— И что? — Ирэн закрыла альбом, убрала его в сумку и попыталась вставать, но Мишган остановил ее, потянув за локоть.
— Да не убегай ты, как молоко на плите.
Ирэн рассмеялась.
— Вас на литературном учат необычным сравнениям? Или ты по жизни оригинал?
— А я и крестиком вышивать могу, — спародировал Мишган кота Матроскина.
— Ладно, говори чего хочешь. — Ирэн положила сумку на колени.
— Поболтать с красивой девчонкой.
— Ну-ну. У тебя этих девчонок в универе… То одной стихи читаешь, то другой ромашки даришь. Я-то тебе зачем? Говори прямо. А то карикатуру нарисую и заколдую.
Ирэн слышала, что ее ведьмой считали — ведь она конспекты рисунками заряжала на зачеты автоматом, перед экзаменами не волновалась, а сидела на подоконнике с альбомом, заходила в кабинет последняя и получала отлично. Жила в общежитии одна, как ни пыталась комендантша к ней соседку подселить, у девчонок всегда вариант повыгоднее находился.
Однокурсники Ирэн сторонились, ее это устраивало. Не собиралась она в тусовках участвовать, ведь приехала из маленького городка не за этим. У нее была мечта — открыть на берегу моря отель для животных. Хозяева отдыхают в гостиницах рядом и навещают питомцев в удобное время. Всем хорошо. Не нужно искать, куда отдать на передержку в своих городах. Больших. Душных. Далеких.
Дело осталось за малым, диплом по гостиничному бизнесу получить, денег накопить и… Если с первым все шло хорошо, то вот со вторым не очень. Замкнутость стала помехой. Непреодолимой помехой. Ирэн пыталась бороться с ней, пока безуспешно, аккаунты в нескольких соцсетях завела, скетчи выкладывала, корявенько услуги по рисованию предлагала. Заказов было примерно ноль. Ирэн осознавала, что одна не справится, нужна помощь. Человеческая. И вот появляется Мишган. Совпадение?
— А давай, — подмигнул он и откинулся на спинку скамейки, руки на нее же повесил, нога на ногу. Ждет.
— Что давай? — не поняла Ирэн, выплывая из размышлений.
— Ну чего-чего. Карикатуру. Я готов.
— Миш. Я не дура. Говори, зачем пришел.
— Ладно. У меня к тебе предложение.
— На свидание не пойду.
Неудачно шутить от братьев научилась, и привычно не ждала даже улыбки. Мишган склонил голову, сощурился, слова запустили какие-то мысли, они считывались по зрачкам. Ирэн с трудом сдержалась, чтобы не зарисовать растревоженный улей, который увидела взглядом художника в голове собеседника — мысли-пчелы летают, жужжат…
— А знаешь что, давай заключим пари, — Мишган протянул руку. — Если тебе мое предложение понравится, если оно даст тот эффект, который я вижу, то на свидание ты пойдешь. По-настоящему. Сразу после того, как сдадим последний экзамен.
Обидеться? Не из-за странного пари. А из-за подтекста — да, она не носит платья, не пользуется косметикой, значит, и прихорошиться перед свиданием не захочет? Мишган будто уловил мысли Ирэн и дополнил:
— Ну не сразу, прям сразу. А вечером или на следующий день. В общем, решим. Что скажешь?
Он сжал ладонь в кулак и еще чуть вытянул, ожидая, видимо, что Ирэн ударит в него своим в знак согласия. Но она зависла... И отказать не могла — не понимала же в чем предложение, и соглашаться по той же причине вот так сразу не собиралась.
— Ладно, к трухе условности, победу ведь нужно еще заслужить, — Мишган подмигнул и достал из кармана узких брюк смятый листок, расправил. — Эт самое, ты ведь тоже удивляешься, зачем на первом курсе нам впихивают непрофильные предметы. А Иваныч с геометрией своей да черчением совсем манданулся. Дайте, грит, мне ровные линии, чистоту композиции. Или не чистоту, а может, и не композицию. Я в его ящерковом щебетании ничего не понимаю.
— Ящерки шипят или фыркают.
— Во! Точно. Фыркает он, а мы мучаемся. Я-то с карандашом в руках не родился, и линейку вспоминаю как страшный сон о последнем звонке. Нас поливал дождь, и хоть кто-нибудь бы зонт предложил... В общем. Спасай.
Ирэн повертела листочек с каракулями.
— Н-да. И чего ты от меня-то хочешь?
— Ну… Там Иваныч дал задание, нужно смандрячить а-ля проект. Я придумать могу, на словах описать, да даже на гитаре сыграть, но вот чтобы линии были ровными. Как ему нужно. Совсем никак.
Мишган, как ребенок, развел руками и насупился.
— А чего ты от меня-то хочешь? — повторила Ирэн, хотя уже догадалась.
— Нарисуй за меня схему по всем этим чертежным правилам-шмавилам. Не бесплатно, — он протянул купюру.
Ирэн сглотнула комок, казалось размером с огроменный шар. Деньги? Ей? И далеко не сто рублей? В чем подвох?
— Да меня родаки съедят, если я завалю непрофильник. Выручай.
От купюры Ирэн взгляд отвела, покрутила попытку рисунка и прыснула:
— Мой младший брат и то лучше карандашом орудует.
— Верю. Я в жизни их не держал, мне проще на струнах мелодию заиграть, чем с линиями совладать.
Карандаш у Ирэн, как питомец — жил сам по себе — он примерился к чужим линиям, позвал на подмогу ластик, и вот уже несколько штрихов подправили картину.
— Слу, а почему тебя Ирэн зовут? Это прям по паспорту или ты так захотела?
Самый частый вопрос.
— Мама — любительница классических романов, у нас целая полка всяких там Джейн Эйр, Унесенных ветром, масса французских, английских, немецких томиков. И каждому из детей она подбирала звучное имя.
— А сколько вас?
— Семь. И никаких там Вань, Мань и даже Свет.
— Во прикол, это если бы я родился в твоей семье, то Мишган было бы не прозвищем?
— Нет. Тебя звали бы Мишель.
— Р-р-р-р, — он покрутил невидимый руль, — и был бы я тогда Шумахером.
Ирэн удивилась, позволив губам съежиться, бровям сойтись, лбу наметить складки.
— Ну ты чего? Не слышала — это ж известный гонщик Формулы один. Врм-врм-врм. Я б тогда не на гитаре играл, а собрал карт, и девчонок катал.
— А его разве не Михаэль зовут?
Смех и интересные темы сближают, два часа пролетели. И схемы по заданию обсудили, и мнениями схлестнулись о домашних питомцах: стоит заводить или нет, учат они нас или мы их, что через них мы говорим внешнему миру.
— Вот посмотри, дамочка с собачкой подмышкой. О ком она думает? О песике? Ага, щас. Она всему миру кричит: найдись тот, кто будет меня на руках носить.
Мишган поглядывал на часы, и Ирэн его ткнула в бок.
— Беги уже к своим обожательницам. Чертеж зачетный отдам завтра.
И разговор, и предложение выбили Ирэн из привычного течения в лодчонке интроверта по не бурной реке одиночества. На время. Но стоило Мишгану уйти, как выплыла из подсознания стеснительность, захватив на пару сомнения — может, ну его? Эти схемы… За деньги… Смену настроения считали животные. Наверное. Или почему рыжий кот потерся о ноги Ирэн? Дернул хвостом, запрыгнул на скамью и помурлыкивая свернулся калачиком. С другого края на спинке устроился ворон. Иссиня-черные перья, взгляд пронизывающий, лапками помял перекладины, клювом постучал по ним, крылья расправил, каркнул то ли ободряюще, то ли осуждающе.
— И чего? Вы тут соберете армию уговорителей? Ну, поверю я вам. А дальше что? Поверить и людям? Кому как ни вам знать, что двуногие часто строят из себя тех, кем не являются.
***
— О, Ирусик! Приветусик, — Мишган чмокнул Ирэн в щеку и шепнул. — Ну? Готова схематосина?
Ирэн протянула лист, тот трепыхался, будто в коридоре бушевал ветер.
— Фига се! Крутяк. С меня реклама, как и обещал. И полетят к тебе лавандосы, лавандосы, лавандосики, — пропел он хрипловато и сымитировал пальцами перебор струн.
Слово Мишган сдержал, вот только Ирэн не была готова к наплыву заказчиц. Следующим утром стоило зайти в универ, как ее обступили девушки, тараторят чего-то, листочки с набросками суют, толкаются, спорят: кому первой Ирэн должна помочь. А Ирэн сжимается и почти не дышит, чувствуя себя курицей, которую подселили в чужой курятник, местные квочки кудахчут, кудахчут, на место новенькую ставят…
— А ну, разошлись, — гаркнул преподаватель.
Девчонки тут же вспомнили, что куда-то спешили, раз, и уже никого возле Ирэн, только предатель-листочек, раскачиваясь, планировал вниз. Его поймал преподаватель.
— Вот оно что. А я думаю, как это Игнатьев со своими руками-крюками проект за ночь наваял. Что ж. Тебе пять, ему пара.
— Как пара? Почему пара?
Откуда появился Мишган Ирэн не поняла, ее бросило в жар, она понимала, что нужно что-то сказать, оправдаться, поспорить, но могла только рыбкой губы открывать и закрывать.
— Ну Иваныч… Ой. Дмитрий Иваныч. Ну как же… Там же идея какая, а… Вы же заценили вчера.
— Идея да. Есть. Молодец. Ладно, поставлю за нее трояк. А вот схемка…
— А что не так в схеме? — отмерла Ирэн, она с художки взрывалась, когда плохо отзывались о ее работах, она привыкла отстаивать свои детища порой чересчур рьяно. — Да, я там специально допустила парочку ошибок, чтобы картина не выглядела идеальной. Но основные-то правила композиции учтены.
— Глянь-ка, — преподаватель посмотрел на Мишгана и кивнул на Ирэн. — Не просто нарисовала профессионально, еще и придумала, как тебе не спалиться. Так и быть, поставлю четыре и не баллом больше, — брови свел и грозно посмотрел на Ирэн.
— Спасибэлло, сэнсэй! — Мишган, сложив ладони, поклонился и попятился.
Иваныч лишь покачал головой. Грозность была показная, Ирэн видела искорки во взгляде, как у щенка, который рычит на хозяина, держа в пасти игрушку, а сам хвостом довольно виляет.
— Ты осторожнее с ними. Сядут на шею, ножками будут болтать, а ты схемки за них рисовать, — Иваныч вернул подобранный листок. — Если не за спасибо, то еще ладно. Понимаю, что на стипендию колбаски нормальной не купишь. Но подумай сто раз.
— Я не ради колбаски. На мечту коплю, — буркнула Ирэн.
— На мечту — это хорошо.
Прозвенел звонок.
— Ты загляни после пар. Расскажи. Вдруг я чем помогу, подскажу.
Ирэн так и сделала. Разложила наброски на преподавательском столе.
— Вот. Я хочу открыть отель для животных. На море. У меня есть земля, в наследство от бабушки досталась. Папа — столяр, братья с руками. Обещали построить особняк любой сложности. Все только в деньги упирается, вот я и коплю. Как умею.
— Ну-ка, ну-ка, — Иваныч взял один набросок, второй, покивал одобрительно.
— На чердаке будет птичник. С зеркальцами, тросточками.
— Не передерутся? Птички-то?
— Не знаю. Но я хочу проработать все-все-все с зоологами, заводчиками, дрессировщиками. На втором этаже будет кошачий рай: с когтеточками, мячиками всех мастей, лесенками. Во дворе все для собак.
— А приходи ко мне по вечерам. Я факультативно занимаюсь со студентами, выделю окошко и для тебя, мы проект доработаем, дорисуем.
— Но… у меня же нет возможности занятия оплатить, — Ирэн сникла и стала собирать листы.
— А кто сказал, что я за деньги? У меня кот. Когда в командировку уезжаю, соседку прошу позаботиться. А тут море. Да Матвеюшка будет первым твоим постояльцем.
Из кабинета Ирэн вышла в приподнятом настроении, но его — настроение — тут же проткнули иглой, как воздушный шарик, и тот со свистом поскакал по коридору, заставляя пульс биться в висках неравномерно.
— Слышь ты, — ее под руку подхватила крашеная блондинка с утиными губами. — Ты схемку мою взяла, вернешь прорисованной к вечеру, принесешь в комнату триста пять. И от Мишани моего держись подальше. А то узнаешь, где сраки воюют.
— Раки зимуют?
— И они тоже.
От прикосновений блондинки осталось мерзкое ощущение, Ирэн долго терла сгиб локтя, захотелось в душ, а кофточку сжечь, ведь она даже за пару минут общения пропиталась сладкими духами. Очень сладкими. Приторно-сладкими. До тошноты. Чтобы их выветрить, Ирэн отправилась в парк, а там решила отыграться. Скетчами.
На одном блондинка предстала в виде медузы, выброшенной на горячий песок. Ее жалило солнце, ранили камни, перекидывали из ведерка в ведерко детишки. Получился мини-комикс. Без слов.
На другом дамочка попала в ловушку, в лесу сеть опутала и раскачивала, пока под ней собирались волки, они вставали на задние лапы и кусали, кусали, кусали. В третьем комиксе блондинка убегала от пчел, в четвертом упала в колодец, там ее окружили огромные крысы, в пятом провалилась в дырку деревенского туалета.
— Ого! С тобой явно лучше дружить.
Как подошел Мишган, Ирэн снова не заметила. Он был в спортивном костюме и… от него пахло далеко не парфюмом. Пробежка. Что делать.
— Чего тебе Миш? Снова нарисовать что-то?
— Ага. Почти. Я с Иванычем столкнулся, он посоветовал отплатить тебе не только деньгами. Ты проект какой-то же мутишь? И тебе на него нужны лавандосики. Так я это…
Ирэн отпрянула, заморгала часто. Как? Зачем? Он что… сейчас даст ей деньги? А что взамен попросит? Тут же вспомнились наставления матери, не подпускать парней близко, им бы дружка пристроить на время и побежать дальше. Мишган же сел на скамью, открыл соцсеть и повернул телефон экраном к Ирэн.
— У меня есть идея, как тебе раскрутиться. Что ты видишь?
— Дамочек с собачками.
— Ну…
— Что ну?
— Дамочки с собачками тратят на них столько лаванды: грумеры, шрумеры, одежка, прическа. Не удивлюсь, если у них есть личные массажисты, косметологи…
— У дамочек-то?
— У собакенов.
— И? Я тут при чем? Грумить не умею, одежду шить тоже.
— Зато ты классные скетчи рисуешь.
— И?
— Ириш, ну ты чего? Не понимаешь? Вот, — он полистал ленту соцсети. — Есть всякие там стихи на заказ, личные сказки для детей. А ты можешь рисовать скетчи про любимчиков. Сечешь?
— Эм...
В красках, с жестами, даже напевая, Мишган объяснил задумку: завести блог под псевдонимом и писать на заказ комиксы про домашних питомцев.
— Ты пока перевари идею. А завтра приходи сюда в пять.
— На свидание? — Ирэн подмигнула и закусила губу, сдерживая улыбку. — Миша от ее вопроса завис.
— Ну а чего, — он, как в русском народном танце похлопал по коленям. — Я красавчег, ты милашка, чего оттягивать?
— Да шучу я. Мы же еще не сдали экзамены. Да и идею я пока не заценила, может, она не выстрелит.
— Э нет. Слово у нас кто?
— Комар надоедливый, — Ирэн хлопнула в ладоши и растерла их. — Раз и нет его. Все, Миш. Я в общагу. Устала, хочу в душ и баиньки.
— Я провожу, — он согнул руку в локте, приглашая пройтись, как парочка.
— Нет, Миш. Так получится, что у нас сегодня незапланированное свидание. Давай отложим.
— До завтра. Здесь. В пять. Буду ждать. Отрепетируем свиданьице, — он отправил воздушный поцелуй и побежал.
Ирэн смотрела, с какой легкостью парень бежал, как ему шел спортивный костюм. Как и все. Прическа, как у Роналду. Джинсы, брюки, рубашки навыпуск, худи, футболки. А какие глаза — голубые. Улыбка. Большие передние зубы, чуть выпирающие. Бритость. Гладкая. Ежедневная. Без всяких щетин, бород и усов.
Хватит! Угомонись! Ирэн мысленно похлопала себя по щекам. Он с другой планеты. Ему просто что-то нужно, вот и павлинит хвостом. Ты зачем здесь? За дипломом. Вот и удерживай мысли возле учебы.
Но куда там, эти мысли по венам потекли, карандаш оживили, отображая в скетчах мечты. Два кота на подоконнике смотрят на полную луну и обнимают друг друга хвостами. Пчелки устроились на один цветок, зяблики на одной ветке.
Стемнело. Фонари в парке зажглись, вместо детей парочки появились. Ирэн собрала альбом в сумку и отправилась к общежитию. Возле него на лавочке сидела молодежь. Ирэн скривилась, позволяя внутри бабульке поворчать: мусорят семечками, бутылки звенят, бычки до урн не долетают. Она не всматривалась — кто там сидит. А вот ее узнали.
— Ой, как же здорово быть котом, — промурлыкала блондинка.
Ирэн даже дыхание задержала, уловив запах сладких духов.
— Кормят сметанкой, лоток убирают. Живи в свое удовольствие. Подушки, игрушки… А тут? Преподам угоди, линии четкие начерти. Как хорошо, что есть, на кого этот мусор скинуть.
— Слу, Иваныч чет отжигает совсем. Завернул половину проектов. Мы ему че, чертилы? Накуа нам вообще его линии четкие? Я проект наболтаю любой, этому меня учат, а чертят дизы пусть и всякие там мелкопузы, — высказался худой парень и запустил в воздух бычок.
Ирэн так и хотела дать ему подзатыльник и заставить поднять мусор, но сжала зубы и поспешила скрыться за дверью общаги, уже открыв ее и ступив на порог, она услышала:
— Ой. Как же в животном мире все просто, там убогих изгоняют, а тут… ходят всякие, морды воротят…
— Ах ты ж блевотина тухлая. Да я ж… — Ирэн скрипнула зубами.
Конечно, на улицу она не вернется, не выскажет в лицо дамочке, но так она не оставит нападки. Достала листок блондинки с сырой схемой по заданию Иваныча, хотела сперва разорвать, но в голову пришла другая идея. Ирэн нарисовала идеальную схему, на первый взгляд — все четко, ровно, не придерешься. Если не знать тонкости. Она подсунула под дверь триста пятой комнаты листочек и расплылась в улыбке, представляя, как Иваныч будет распекать блондинку: не соблюдены пропорции, конструкция хлипкая, нет штриховки, не так падают тени. Ну а чего она хотела?
Месть сладка и страшна, пока не столкнешься с реакцией на нее — блондинка поймала Ирэн в столовой.
— Ты… Что ты мне подсунула?
Ответить Ирэн не успела, появился Мишган, приобнял, чмокнул в щеку, шепнул:
— Ириш, все хорошо?
Блондинка растянула в улыбке накаченные губы.
— Мишуль, а я там столик заняла, скоро ролы принесут, как ты любишь. Ждем тебя.
— Светуль, — он протяжно произнес ее имя, изображая тон из юморных зарисовок про подобных ей девушек. — А я же говорил тебе, что в блондофестах больше не участвую.
— О. Ну прости, — она прикрыла длиннющими розовыми ногтями рот. — Ты в рванину ударился? Ну поиграй, поиграй. Как надоест — знаешь, где меня найти.
— Не обращай… — Мишган обернулся, чтобы успокоить Ирэн, но та вырвалась и убежала.
Да, она ходила в рваных джинсах, причем дырки не заводские, да, она носила оверсайз футболки, худи — потертые, застиранные. Ну и что? Разве от этого она становится человеком отбросом?
Мишган догнал ее, прижал к себе, поцеловал в висок.
— Да не слушай ты ее. В голове этой блондинистой сплошные помои.
— Ага. Но зачем на меня-то их выливать? — всхлипнула Ирэн, уткнувшись в его плечо.
Мужчины боятся женских слез, а девушкам порой нужна тишина, выплакаться, чтобы ничего не говорили, не успокаивали, просто почувствовать поддержку. Молчаливую.
— Ну? О пробном свидании не забыла? Жду тебя в пять. Хорошо?
Ирэн вытерла глаза, всхлипнула и кивнула. Какой же он замечательный. Пока. А как наиграется... Да и пусть. Ирэн не верила в чудеса, понимала кто Миша и, кто она, но решила, что примет подарок судьбы и проведет время с человеком, который ей помогал, защищал и… давал возможность почувствовать себя девушкой. Настоящей. Той, что имела право мечтать о принце.
Перед выходом Ирэн задержалась у зеркала, хотя обычно пробегала мимо, стараясь не замечать отражения. Сейчас же осмотрела себя, пощипала щеки, взъерошила волосы. Распущенные в этот раз. Покрутилась. Вздохнула. Заплела косу, подрисовала простым карандашом стрелки на глазах. Стерла их. Походила по комнате. То брала подмышки альбом, то убирала его в комод.
— Да чего я? Это просто дружеская встреча. Поболтаем о проекте, о сказках для животных. Воздухом парковым подышим. И все. Какая разница, как я выгляжу? Ну нет у меня платья и что?
Аутотренинг не сработал. Ирэн упала на кровать и уткнулась в подушку. Никуда она не пойдет. Все это шутка какая-то. Посмеется Мишган над дурехой. Ну уж нет. Ирэн не позволит.
Истерика постепенно стихла, дыхание восстановилось, нос правда не дышал. Ирэн повернулась на спину и провела по потолку пальцем, на расстоянии. Угол, линия, угол, линия, паутинка, трещинка. Стало чуть легче. Но тут в дверь постучали. Ирен перевернулась на живот и накрыла голову подушкой. Пусть все идут лесом!
Вот только гости не собирались сдаваться, позвали на помощь комендантшу. Сердобольная старушка открыла комнату запасным ключом и потормошила Ирэн.
— Девонька, ты чего это? Приболела шоль? Врача вызвать мож? У меня от давления только таблетки есть.
— Не надо, баб Сань. Я в порядке.
— Ну эт хорошо, а то жоних твой вон извелся.
На пороге переминался Мишган.
— А чего? Я ждал, ждал. Ты не пришла. Ну понятно, что девчонки любят опаздывать, но ведь не на час. И не ты. Прибежал, спрашиваю, в какой комнате Ирэн. Меня тряпкой мокрой прогнали. Я обстучал сотню дверей, пока не узнал, где искать тебя. Ты не ответила, я запаниковал. Мало ли. Ну там поплохело.
— Спасибо, — Ирэн сжала руку комендантши.
— Ну давай, девонька. Водички может принести? Окошко открыть, проветрить?
— Нет. Все хорошо. Я просто устала. Сессия близко, подготовка выматывает, вы же понимаете.
— Витаминчиков бы ей принес, что ли, — буркнула старушка. — И это. В комнате я вас не оставлю одних. Выметывайтесь. Тут вам не дом свиданий какой. А ну! Кыш-кыш-кыш.
Комендантша вытолкала Мишгана, но дверь не закрыла.
— Ты иди, на улице меня подожди, — Ирэн встала с кровати, подушку взбила.
— Нет уж. Закроешься еще, как огурцы консервированные. Буду ждать на пороге и взглядом надоедать.
Мишган ладонями лапки изобразил, язык свесил. Ну точно щенок. Ирэн почувствовала, как тепло разлилось по телу. Да банально. Да во всех любовных романах так пишут. Но это было так приятно, что Ирэн мысленно подпрыгнула и завизжала, держась при этом за комод. Быстро переплела косу, похлопала по щекам, подмигнула отражению. Потянулась к альбому, но отмахнулась. Не сегодня. Не сейчас.
— Минус два часа. Это грабеж, — бурчал Мишган, спускаясь по лестнице. — Придется без прелюдий…
Ирэн остановилась.
— Ты чего?
По выражению лица Миши она поняла, тот не думал, что сказал что-то плохое. Ну конечно. Обычные же дела. К чему ведут прогулочки вечерочком в парке? Ага... Держания за ручки только разогрев к основному блюду после свидания. Пусть и только пробного.
— Тогда пойдем обратно, — Ирэн кивнула в сторону своей комнаты.
— Зачем?
— Так чтобы время не тратить.
До мужчин бывает, долго доходит...
— Ну ты и шутница. Я про сюрприз. Думал подготовить тебя к нему, а придется сразу к делу переходить. — Мишган щелкнул Ирэн по носу. — Нет. Я если что не против твоего предложения, но сначала сюрприз.
— Какой сюрприз? — Ирэн почувствовала, как напряжение неприятной догадки уходит, оставляя слабость в ногах. Не упасть бы…
— Ириш, сюрприз на то и сюрприз, его держат до последнего в тайнике.
Добирались до сюрприза на такси. Так необычно находиться на заднем сидении с парнем. Ирэн не знала, куда деть руки, ноги, куда смотреть. Мишган же взял ее ладонь в свою, переплел пальцы и молчал. Хотя на него это было не похоже, обычно он тараторил, шутил, напевал что-то, а сейчас смотрел в боковое окно. Вот бы узнать, о чем он думал. Ирэн закрыла глаза, задержала дыхание, представила, как пододвинется ближе, положит голову ему на плечо, он повернется и случайно коснется ее губ своими, их обоих пронзит током.
Бам!
Ирэн больно ударилась рукой, выставив ее из-за резкого торможения.
— Ах ты ж шавка блохастая. Потявкай мне еще, — водитель жестом погрозил псу, бросавшемуся на колеса, выдал тираду матную. Тихонечко. Сквозь зубы. Но пассажиры услышали.
— Вы бы полегче, тут девушка.
— И не все собаки бродячие плохие, вас бы вот так выбросить, не так бы лаяли на проезжающих.
— Защитнички нашлись.
Мишган сжал руку Ирэн.
— Забей. Я тут все думаю, как бы объяснить тебе про сюрприз. Перебрал туеву тучу вариков. Но…
Так вот почему он молчал, от осознания, что дело не в ней, Ирэн захотелось захлопать в ладони.
— Ну и ладно. Чего круги на воде разводить. Просто доверься. Скажи, что хотя бы попробуешь.
— Эм… если это не съемки в …о…но ролике, — из-за ухабов часть звуков Ирэн проглотила и чуть не выплюнула их обратно, заметив, как брови Мишгана поднялись.
— Порно ролике? Хорошего же ты мнения обо мне…
— Надеюсь, не у меня в машине? Я вас быстро высажу. Прямо здесь! — возмутился водитель.
Ирэн почувствовала, как горят щеки.
— Говно ролике, — прошептала она и, вырвав из рук Мишгана ладонь, отвернулась к окну.
Неловкость теснила, Ирэн хотела выпрыгнуть из машины на ходу, она боялась посмотреть на спутника, ругала себя. Ну куда поперлась? Зачем? Надо было соврать, что заболела... И сюрприз этот мне ни к чему. Обойдусь.
— Приехали, — оповестил водитель.
Мишган буквально выскочил из машины, Ирэн замешкалась, посмотрела в вечерние сумерки, может, его укачало? Но дверца с ее стороны открылась, и друг протянул руку. Джентльмен. Поцеловал кисть, легким касанием губ, приобнял и зашептал на ухо:
— Ты прости. Я перенервничал. Дружбан мой зазнакомился с меценатами, а те постоянно устраивают разные конкурсы, движи, приглашают тех, кому нули на банковском счете жмут и за счет их взносов раскручивают понравившегося ноунейма.
— И?
— Ириш, я думаю это шанс. Сегодня собираются художники разных мастей. Им будут позировать собакевичы мелкие, а ты можешь не просто нарисовать шерстяную мосю, но и комикс. Да к тебе дамочки силиконовые в очередь встанут за сказкой о самом мусипуси любимке.
Ирэн посмотрела на окна особняка. Было ли ей страшно? Да. Было ли ей любопытно? Тоже да. Она шагнула вперед, но заметила, что Мишган остался на месте.
— Это… Ты иди. И обязательно покажи класс. А я здесь тебя подожду.
— Если ты хотел так подбодрить, то вышло наоборот.
— Ириш… Я… Да в помойную яму, — он ударил кулаком себе в ладонь. — Я идиот… Поцапался с Димоном. Докопался до меня, чтобы я в сторону музыки двинулся, а не к духоте офисной стремился. Будто не знает батю моего. Не могу я туда зайти.
— Миш. Мы или идем вместе, или прямо сейчас уходим. Я одна туда не пойду.
— О! Мишган! — из темноты будто выплыл странного вида тип. — Рад, что ты все же приехал. Мэн, а это и есть девушка с волшебными ручками? Дмитрий, — он взял руку Ирэн, коснулся губами.
Но если от прикосновения губ Миши у нее остались приятные ощущения, то от этих хотелось стереть следы. С мылом. Жесткой теркой.
***
***
Спасибо Мише, он защищал Ирэн, как рыцарь. Помог устроиться возле мольберта, сам обсуждал все с натурщиками, вернее, их хозяевами. Подмигивал, приносил сок, воду, канапешки. Брал визитки, договаривался о сказках и комиксах.
Вечер вымотал Ирэн, она не помнила обратную дорогу, а стоило оказаться в общаге, сразу же упала на подушку и открыла глаза от трели будильника.
Дни с тех пор закрутились, будто время перешло на турборежим: подготовка к экзаменам, дополнительные встречи с Иванычем, прогулки в парке с Мишей. Ну какой он Мишган? Нет. С ней он самый милый Мишутка. Один из вечеров до сих пор отдавался сладостью в сердце.
Пошел дождь. Слепой. Мелкие капельки не отвлекли от обсуждения очередного комикса на заказ. Но подул ветер и как ливануло… Бежали, взявшись за руки, до ближайшего дерева. Там прижались к стволу и друг к другу. Ирэн ждала, что вот-вот случится их первый поцелуй, но к ним под крону присоединился еще народ. Жаль.
Когда дождь ослаб, они побежали к общаге. Миша всегда ее провожал, здоровался с комендантшей, та ворчала беззлобно, но позволяла подняться до комнаты. Обычно он целовал руку Ирэн и уходил, но в тот раз задержался. Ирэн прижалась к стене, он провел пальцами по ее щеке, подбородку, поднялся по другой щеке до виска. Коснулся губ и прошептал:
— Совсем скоро. Ты же помнишь? Когда сдашь последний экзамен, мы пойдем на свидание. Настоящее.
Как же она хотела перемотать время вперед. Считала дни, часы, удивлялась каждой смс о новом заказе и все еще не верила, что счет-копилка "на мечту" рос. Регулярно. Да не крохами, а приближаясь к заветной сумме Х с той же турбоскоростью, с которой пролетали дни.
Вместе с Мишей они придумывали истории питомцев, она их зарисовывала под аккомпанемент то стука пальцев по скамейке, то шелесту сминаемой бумаги. Миша ни разу не повторился, как и Ирэн.
Для французского бульдожика выбрала роль короля вечеринок, хозяйка делилась потом фотографиями, как украсили холл особняка на день рождения Азэлстанчика — в стиле отвязной студенческой вечеринки, а приглашенных питомцев нарядили в костюмы — все, как придумала Ирэн в мини-комиксе.
Для пушистого комочка шпица Айлин идея сказки пришла от значения имени — освещающая ночной путь. По словам хозяйки, собака боялась темноты, вот Ирэн и придумала, что у Айлин появились волшебные башмачки, которые загорались лампочками и подсвечивали путь, куда бы малышка ни отправилась. Хозяйке это так понравилось, что она попросила мужа найти что-то похожее и теперь в их доме на полу встроенные светильники, которые Айлин лапками умеет включать.
— Тебе нужно бизнес-инкубатор открывать, — смеялся Миша.
— Да куда там. Я же всего лишь рисую, и на бумаге возможно все.
— Ты вдохновляешь других. Я… Все же сделал это. И… вместо стажировки у отца летом буду выступать с кавер-группой, — он перебрал пальцами будто по струнам гитары.
А Ирэн завизжала и обняла его.
— Вот видишь, а ты не хотел идти в тот особняк, ссорой прикрывался, а получается, мы оба выиграли.
Миша улыбнулся, пробежался пальцами по косе, взял ее кончик, приблизил к губам, как микрофон и пропел:
— Мечты сбываются, в них нужно верить, особенно если рядом есть человек, который поддержит, подбодрит, ведь он верит в тебя.
— Новая песня? — с придыханием спросила Ирэн.
— Да. Про тебя. И я ее спою тебе уже завтра. Ты же помнишь?
— Ах, ну да, свидание.
Ирэн забрала косу, открыла альбом и стала штриховать лист, бездумно, чтобы скрыть дрожь в руках. Миша встал перед ней на колено, заглянул в лицо.
— Ты обещала. Не включай рака.
— Миш, раз обещала — приду, — она произнесла это медленно, чтобы не выдать пересохшее горло. Ирэн охватила паника, с одной стороны, она хотела, чтобы завтрашний день настал поскорее, с другой, все же боялась — что если…
Грифель сломался, и Ирэн это восприняла как знак. Хороший. Хватит сомнениями портить предвкушение. Все будет отлично, Миша уже много раз показал какой он на самом деле. С ней.
— Игнатьев! — промурлыкала блондинка, откуда только взялась… — Ты чего ж это перед дворняжкой уже на коленях стоишь? Ведьма все же тебя приворожила? Может, помощь нужна?
— Тебе она нужна, — буркнул Миша, взял Ирэн за подбородок, приподнял, чтобы их взгляды пересеклись. — Не обращай внимания. Мне хорошо с тобой, легко. А тебе?
Вместо ответа Ирэн обняла его и почувствовала, как сердца начинают стучать в унисон. И пусть все блондинки этого мира обзавидуются, она будет ловить каждый миг счастья и наслаждаться. Вопреки.
***
Вот и последний экзамен. Но не от него с утра поджилки Ирэн тряслись. Было ли это предвкушение вечера или… интуиция предупреждала о катастрофе.
— Воронова, тебя ждет декан. Срочно!
— Я… Сейчас экзамен сдам и приду.
— Срочно! Ты не слышишь?
Ирэн смотрела на секретаря, на ручку двери в кабинет, где шел экзамен. Рванула туда, села возле преподавателя.
— Пожалуйста, дайте любой билет, я без подготовки отвечу. Соглашусь на любую оценку.
— Хорошо, хорошо, что случилось-то?
За Ирэн ответила, зашедшая следом студентка:
— К декану вызывают. Приплыла девочка. Выпрут. И поделом.
— Так. Котова, билет взяла и села готовиться. А ты Воронова вот. Быстро и по существу расскажи по первому вопросу билета.
Ирэн сбивчиво что-то говорила, преподаватель кивал.
— Все. Спасибо. Не отлично, конечно, но хорошо поставлю, давай зачетку.
— А что, так можно было? — выкрикнул один из студентов.
— Тебе нет!
Преподаватель протянул зачетку и сжал руку Ирэн.
— Уверен, что там какое-то недоразумение. Все перемелется, не накручивай нервы раньше времени.
Ирэн шла по коридору и благодарила себя за верно выбранную тактику с первого дня — дружба со студентами отвлекает, а вот быть на хорошем счету у преподавателей, не спорить, конспекты красиво оформлять — приносит плоды. Вовремя.
***
Декан расхаживала по кабинету, указала вошедшей Ирэн на лист бумаги на столе.
— Воронова, давай сделаем это быстро. Подписывай приказ на отчисление. Документы вон в папке, уже готовы. Ты меня так удивила, так разочаровала. Я бы и не поверила. Нет, я все понимаю, стипендия небольшая. Но это!
— Ч-что эт-то? — Ирэн чувствовала себя мороженым в руках малыша, вот-вот уронит на асфальт, еще и растопчет, чтобы наверняка.
— Она еще делает вид, что не понимает. Ну какова. В стенах этого заведения проституткам места нет.
Ухватившись за спинку стула, Ирэн моргала и раскрывала рот, не зная, что сказать, как реагировать.
— Вот. Погляди!
На стол упали фотографии, на ней Ирэн то в объятиях одного мужчины, то другого.
— Да это же фотошоп. Разве вы не видите склейку? Вот, посмотрите, тут свет падает иначе, тут линии неровные.
— Умная, да? А как эти фото появились у меня не догадываешься? Кому дорогу перешла? Ведь это ты, — декан ткнула в фото, — и это тоже ты.
Ирэн присмотрелась внимательнее и узнала некоторые кадры — их сделали на том вечере с меценатами, где она рисовала. Так вот почему так волновался Мишган. Все это было подстроено? Но за что? Почему? Как он мог?
Сквозь туман паники проклюнулась злость. Ирэн села на стул, сложила на груди руки.
— Я не собираюсь уходить. Фото поддельные, у вас нет доказательств.
— Ох, зря, не начинай ты войну. Мы счета твои проверили. Откуда крупные поступления?
— Как вы могли? Вы не имеете права, — закричала Ирэн, но зажала рот и выдавила никому не нужные объяснения: — Я за сказки про животных получала, могу показать переписку, комиксы.
Декан вздохнула, села, побарабанила по столу.
— Ладно. Я все понимаю. Давай сделаем так. Ты переведешься на заочный. Но уедешь прямо сейчас. Не надо показываться на глаза тем, кто все это затеял. Пожалей и себя, и меня.
Из кабинета Ирэн вышла потерянная, она шла и не видела ничего перед собой, на автомате собрала вещи, порадовалась, что их немного, уместились в рюкзак. Повертела в руках телефон, выключила его, положила на стол. Смотрела, смотрела, мысленно выговаривала, мол как он мог. Телефон? Или Миша? Достала симкарту, разломала ее. И вышла из комнаты.
— Пока, теть Сань, — Ирэн обняла комендантшу, вернула ключи.
— Все? Свобода?
— Да, — как же двусмысленно звучал вопрос. — Всего вам хорошего, спасибо за все, за заботу, защиту.
— Эт чего это? Ты будто насовсем прощаешься. Жду тебя в сентябре. О такой жиличке только мечтать можно: чистота, не шумит, компании не водит.
Ирэн обняла старушку, та похлопала ее по спине.
— О! Вон жоних твой идет.
— Баб Сань, не говорите, что я здесь. — Ирэн отскочила за угол.
— Вы поругались шоль?
— Нет. Я сюрприз ему готовлю. Вы скажите, что я уже в парк убежала. И… можно я через черный ход выйду?
— Иди. Все скажу. Там открыто.
Ирэн не без труда оказалась на железнодорожной станции. Что теперь? Домой? Или… Достала альбом, карандаш и написала родителям:
«Мам, пап, у меня все хорошо. Сессию сдала, перевелась на заочный, получила интересное предложение по стажировке. Связи не будет. Потом все расскажу. Целую. Буду часто писать, а по возможности звонить. Всех там обнимите. И повторюсь — у меня все хорошо. Честно-честно».
Нашла конверт, почтовый ящик. Мысленно усмехнулась — когда-то такие вот весточки были единственной ниточкой связи. И ничего, люди справлялись. И она справится.
— Да? — спросила она у бродячего кота, с которым поделилась половинкой столовской котлеты.
В ожидании поезда Ирэн посматривала по сторонам, она надеялась, что появится Миша, все объяснит, обнимет, вернет. Но нет. Чуда не произошло. Под равномерный стук колес она отправилась в новую жизнь. Без Миши. Нет без Мишгана...
***
Спустя пять лет
На берегу черного моря волнами разлетелись флаеры с приглашениями.
«Необычный отель для животных открывает свои двери для первых постояльцев».
Разрезать ленточку готовилась Ирэн. Она волновалась, будет ли спрос, оставит ли кто-то питомцев или все хорошо было лишь в ее голове. Спасибо отцу, братьям — особняк вышел, каким она видела его во снах. За время учебы нашла единомышленников, они помогали советом, делом, рублем. И вот сегодня все станет по-настоящему.
Ирэн чикнула ножницами по голубой ленточке, окинула взглядом толпу и попятилась — там Иваныч с мейкуном на руках и Миша с красавцем ВЕО. Видимо, два постояльца сегодня точно заселятся?
На закате за столиком на веранде Ирэн пила чай с Мишей. Он не изменился: та же прическа, гладко выбрит. Только мозоли на пальцах добавились — такова плата за игру на гитаре.
— Я искал тебя, — прошептал он.
— Не вышел из тебя Шерлок, — подмигнула Ирэн, а ведь она ждала. Верила. Просматривала порой его профиль, радовалась успехам — в учебе, на сцене.
Миша рассказал, как все вышло. Он пришел в тот день в общежитие, чтобы сообщить Ирэн о переносе свидания — по времени и месту. Кавер-группу пригласили выступить загородом, и Миша собирался взять с собой Ирэн. Но не нашел, не дождался. Лето закрутилось в репетициях и гастролях. Миша считал, что Ирэн у родителей и ждал сентября. Но узнав, что она перевелась на заочное, разозлился. Ведь он писал, звонил на каникулах, а в ответ — тишина…
Учебный год не давал скучать. И блондинка Света тоже. Она вилась возле Миши ужом, но тому было на нее, по сути, плевать. Тусовки — окей. Ничего незначащие обжимашки, даже секс — всего лишь разрядка. На вечеринке по случаю окончания второго курса Света призналась, как избавилась от соперницы, вот только приз больше не радовал.
— Я так и думала, — фыркнула Ирэн. — Не удивил. А что за фотосессия? Я вроде бы не видела блондинку в особняке. Хотя… я и не смотрела никуда кроме мольберта.
— Хочешь — верь, хочешь — нет. Но и там «невиноватая я», — прокричал Миша, голосом героини из кино.
Димон — фотограф, Ирэн его вдохновила, и он весь вечер не выпускал ее из объектива. Показал кадры Мише, хотел отправить в агентства модельные, но Миша запретил даже подходить к Ирэн с подобным предложением. А потом...
— Снова Света?
— Говорила, что случайно заглянула не в ту папку — у Димона по датам все разложено. Она скачала свои фото и твои захватила, пока растяпа Димон отвлекся.
— Погоди, ладно фото, а счет как мой увидели?
Миша отвел взгляд.
— Понятно. Нужно знать, кто ее родители?
— Брат.
— Миш, зачем ты мне все это рассказываешь? Время ушло, я забыла тот случай. Ладно, почти забыла. У меня новая жизнь. Мечта вон осуществилась. Я не хочу прошлое ворошить. Совсем не хочу.
Он кивнул и молча ушел. Но стул недолго его пустовал, появился отец Ирэн. Он сжал руки дочери и рассказал, что Миша приезжал к ним.
— Расспрашивал где ты, как ты. Я ж его…
— Коромыслом по хребтине пригрозил?
— Ну… Еще братья твои вышли. Все думаю, сбежит парнишка. Ан нет.
— Да он готов был навоз жрать, только бы доказать, что у него к тебе все серьезно, — появился старший брат и присел на корточки возле Ирэн.
— Билеты на концерт Металлики для Симоны — его рук дело? И новый мотор для мотоцикла твоего? Да вы… блин… вы ему продались?
— Э нет, — отец поднял палец вверх. — Мы ни словом не обмолвились про тебя. Он просто ждал. Терпеливо.
— Ирусь, — пискнул младший брат, вылезая котенком из-под стола. — Не гони его сразу.
— Что он тебе обещал?
Варфоломей потупил взгляд.
— Я хотел в картинге тренироваться…
Ирэн резко встала, развернулась и охнула. В зеленой арке веранды на колене стоял Миша, в одной руке огромный букет роз в виде сердца. Тяжелый. Упирается в ногу. В другой протянута бархатная коробочка.
— Выходи за меня.
Из-за спины появился ВЕО, лизнул хозяина в нос и попытался дать лапу, только не ему. Если уж пес из приюта, а их Ирэн узнавала по взгляду и внешнему виду, доверился Мишгану, то, может, и ей стоит?
— Да, — она потянулась к кольцу, но взяла лапу пса. — Хитрец, снова без прелюдий? — она подмигнула Мише, все-таки Мише. Ее милому Мишутке.
***
Под звуки салюта в честь отеля и зарождения семьи Ирэн и Миша смотрели на звезды. Их согревали пледы и осуществившиеся мечты.
— Я всегда буду рядом. Веришь?
— А как же пес? Ты его бросишь? Первая ночь на новом месте волнительна, а я коврик запасной положила…
— Хоть на коврике, хоть на пороге, но я не уйду.
Ирэн ткнула его в грудь.
— Я же шу…
Он прервал ее поцелуем. Первым. Долгожданным. Реальным. Спустя всего лишь пять лет.
Автор: Жанна Ди
Источник: https://litclubbs.ru/writers/8374-mechtat-ne-vredno-vredno-ne-mechtat.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: