***
***
Вечером Игорь пришёл рано, настолько рано, что Кира не успела даже удивиться. Она сидела на кухне в старой растянутой футболке, с растрёпанными волосами, за ноутбуком, готовила курсовую. Кира не пошла на лекции, впервые за всю учёбу, потому что не могла заставить себя надеть джинсы и выйти в мир, где всё ещё светило солнце и люди улыбались. Решила еще пострадать дома, занять себя сложной курсовой, расчётами, и увлеклась, напрочь позабыв про душевные метания. Так что приход Игоря ею был встречен даже с раздражением, отвлекает же от сложной работы.
Игорь переступил порог, скинул кроссовки и замер, увидел её. Не ожидал, и это неожиданное «дома» выбило его из колеи.
— Ты чего не на парах? — спросил он, даже не поздоровавшись.
— Не пошла, голова болела.
Он хмыкнул, прошёл на кухню, открыл холодильник. Пусто. Закрыл. Открыл шкафчик с крупами — тоже не густо. Повернулся к ней и его прорвало.
— Слушай, Кира, — голос его зазвенел. — Это свинство какое-то. Я прихожу, есть нечего, денег нет. Ты ходишь в этой… — он кивнул на её футболку, —в старье. Что за жизнь? Что за отношения? Ты себя видела в зеркале?
Кира подняла голову. Смотрела на него, не моргая.
— Моль невзрачная, — продолжал Игорь, распаляясь. — Заучка. Тебе, чтобы кавалер появился, оплачивать его надо. Не будет денег, не будет и мужиков у тебя. Ты сама по себе никому не нужна. Поняла? Никому.
Слова падали, как пощёчины, одна за одной.
Кира молчала. Внутри всё сжалось в тугой, холодный комок. И вдруг странно, неправильно, но ей стало легко, будто нарыв лопнул, и боль, которая копилась, вытекла, освободив место спокойствию и холодной злости.
— А раз нет ничего, — Игорь уже не кричал, он почти шипел, — я пошёл.
Он вышел из кухни, прошёл в спальню. Кира слышала, как он что-то достал из шкафа, как зашуршал пакет. Она встала, запела дверь, убрала ключи.
Игорь вернулся в коридор с уже собранной сумкой: большой, дорожной, явно приготовленной заранее. Дернул дверь.
- Ты чего, заперла? Ты меня так не удержишь, не на такого напала. Ключи давай.
— Да сдался ты мне. Я сначала проверю, не прихватил ли ты чего лишнего.
- Что тут у тебя брать-то? Ха-ха-ха, - натянуто засмеялся Игорь, но глаза его заметались.
Кира прошла мимо него в спальню, открыла шкаф, достала с верхней полки резную, дубовую шкатулку, бабушкин подарок, поставила на кровать, подняла крышку.
Шкатулка была полупустая, половины достаточно дорогих украшений не было. Серёжки, цепочки, кольца, те, что дарили родители, братья, тетя с дядей, исчезли. Остались только дешёвые фенечки да пустые ячейки.
Кира смотрела на пустоту в шкатулке и чувствовала, как внутри догорает последний уголёк, в котором ещё теплилось что-то похожее даже не на любовь, а на симпатию или уважение.
— Или ты всё выкладываешь, — сказала она, не поворачиваясь, — или я вызываю полицию.
Голос её звучал ровно, без истерики и угрозы, просто факт.
— Докажи ещё, что у тебя было, — огрызнулся Игорь из коридора. — Мало ли, ты сама потеряла.
— Все чеки есть, — Кира наконец повернулась к нему. — Сегодня днем как раз опись делала, фотографировала и маме сбрасывала, чисто случайно с датами. Выкладывай.
Она смотрела на него в упор, не отводила взгляд. Игорь замялся, заметался, а потом с силой рванул молнию на сумке, вытащил пакетик и швырнул на кровать.
— На, подавись.
Кира спокойно взяла пакетик, развернула. Украшения, её украшения, высыпались на покрывало. Она перебрала их, как заправский ювелир на экспертизе.
— Серёжек с бриллиантами не хватает, тех, что бабушка подарила на совершеннолетие.
Игорь побелел так, что веснушки, которых Кира раньше не замечала, выступили на лице чёткими рыжими точками. Он помедлил, потом полез во внутренний карман куртки, вынул серёжки, протянул, глядя в сторону.
Кира забрала, положила в шкатулку, накрыла крышкой.
— Теперь всё, — сказала она. — Иди.
Она подошла к двери, повернула ключ, открыла. Игорь вылетел в подъезд, даже не оглянувшись. Сумка ударилась о косяк, он чертыхнулся, застучал ботинками по ступенькам: быстро, гулко, даже не стал вызывать лифт.
Кира стояла у двери, сжимая в руках ключ, проводила его взглядом, дождалась, пока хлопнет входная дверь на первом этаже, и закрыла свою.
Повернула ключ обратно, замолчал мир за окном. Её окутала тишина: густая, плотная, какая бывает после бури.
Кира вернулась в спальню, села на кровать, положила руки на шкатулку. Пальцы дрожали. Она сжала их в кулаки, подождала, пока дрожь утихнет.
Потом открыла телефон, нашла номер Вики.
— Привет, — сказала, и голос всё-таки дрогнул. — Всё, он то ли ушел, то лия его выгнала. Нет, скорее сам ушел, еще меня обворовать хотел. Приходите с Мишкой, не хочу одна быть дома.
— Выезжаем, — коротко ответила Вика.
Кира положила телефон, обхватила себя руками и закрыла глаза.
Вокруг была пустота. И в этой пустоте, где-то на самом дне, прорастало что-то новое, горькое, но живое, похожее на надежду, что однажды можно будет открыть глаза и увидеть в жизни счастье, взаимную любовь, а не предательство.
Она ждала подругу и брата, радуясь, что у нее за спиной есть опора, ее семья.
Кира сидела на кровати, гладила резную крышку шкатулки и думала о том, как странно устроена жизнь. Иногда, чтобы понять, кто ты есть, надо сначала потерять всё, остаться одной.
А где-то в другом конце города Игорь уже набирал номер Марго.
— Алло? Кто это?
— Это Игорь, помнишь, договаривались пересечься? Можно к тебе сегодня?
— Ой, — голос Марго был сонным, но довольным. — А ты чего такой… быстрый?
— Освободился раньше, чем планировал.
— Ладно, приезжай.
Он сбросил звонок, выдохнул и пошёл через парк, в темноту, которая пахла сырой листвой и начавшимся дождём. Он не ждал, что в будущем с Марго его ждет много неожиданных сюрпризов.
Вика с Мишкой приехали к Кире через сорок минут, с тортом, с вишнёвым соком, с пакетом продуктов: сыр, фрукты, что-то вкусное к чаю.
— Откроешь? — спросила Вика в домофон.
Кира открыла, впустила их в квартиру. Они обняли её молча, и это молчание было громче любых слов.
— Я справилась, — сказала Кира и улыбнулась.
— Рассказывай, что там у тебя пытался прихватить этот красавчик? – полюбопытствовала Вика.
- Цепочки, браслеты, серьги. Кольца не брал.
Мишка хмыкнул:
- Хотел выдать, что ты ему подарила, а кольца, типа, не подходят.
- Да, хорошо, что тут не самые дорогие украшения, очень дорогие в сейфе, о котором Игорь не знает, я о нем вообще никому никогда не рассказывала. Все вернул, я его припугнула.
Все закончилось хорошо, и это главное.