История великой группы Pink Floyd похожа на толстую книгу, где каждая новая глава кардинально отличается от предыдущей. И, пожалуй, самым интригующим периодом в их истории был мучительный, но гениальный переход: от безумной, кислотной психоделии ранних лет (когда группой безраздельно правил Сид Барретт) к утонченному, философскому величию начала 70-х, которое навсегда изменило мировую музыку альбомом The Dark Side of the Moon.
Давайте будем честны: эта метаморфоза не произошла за одну ночь.
После того как в апреле 1968 года из-за тяжелых проблем с психикой группу покинул ее лидер, вокалист и главный автор песен Сид Барретт, оставшимся музыкантам потребовались годы, чтобы собрать себя по кусочкам и найти новый путь. Оставшись без «капитана», Роджер Уотерс, Ричард Райт, Ник Мейсон и пришедший на замену Барретту гитарист Дэвид Гилмор учились работать вместе в новой творческой динамике.
Время между уходом Барретта и триумфом 1973 года было полно поразительных моментов. Группа бросалась из крайности в крайность, выдавая гениальные находки и странные промахи почти в равных пропорциях. Этот сложный переходный период начался со второго альбома A Saucerful of Secrets (во время записи которого и произошла рокировка Барретт-Гилмор) и закончился альбомами Meddle (1971) и Obscured by Clouds (1972). Именно там квартет заложил фундамент для своего самого важного периода.
И хотя группе потребовалось несколько лет, чтобы добраться до «земли обетованной», Дэвид Гилмор называет всего одну песню, которая сыграла решающую роль. Композицию, которая дала им «направление движения вперед».
Как ни странно, это была инструментальная, пугающая и абсолютно некоммерческая заглавная вещь со второго альбома — «A Saucerful of Secrets» (Чаша, полная тайн), вышедшая в 1968 году.
Рисование музыки вместо нот
Этот трек (состоящий из четырех частей и длящийся почти 12 минут) не был законченным шедевром, определяющим новую идентичность Pink Floyd. Скорее, он стал поворотной точкой в самом подходе группы к композиции.
Оставшись без текстов и причудливых поп-мелодий Барретта, музыканты отошли от традиционных песенных структур. Они окунулись в абстракцию и атмосферу, позволив себе использовать сам звук как форму выражения, а не полагаться исключительно на мелодию или слова. Тем самым они открыли дверь в гораздо более масштабное и экспериментальное измерение.
Сдвиг оказался фундаментальным. Идеи, впервые опробованные в «A Saucerful of Secrets», постепенно эволюционировали на последующих релизах, выстраивая четкую линию, ведущую прямо к их главным шедеврам. Это был момент, когда растерянность уступила место цели.
В интервью журналу Guitar World в 1993 году Дэвид Гилмор объяснял это так:
«"A Saucerful of Secrets" была очень важным треком; она дала нам вектор движения вперед. Если вы возьмете эту песню, затем "Atom Heart Mother" и "Echoes" — все они логично и последовательно ведут вас к "Dark Side of the Moon".
Самое поразительное — как создавалась эта вещь. В ней не было традиционных нот.
«Вдохновение для "A Saucerful" пришло, когда Роджер [Уотерс] и Ник [Мейсон] начали рисовать на листе бумаги странные фигуры и графики, — вспоминал Гилмор. — А затем мы просто сочиняли музыку, основываясь на структуре этого рисунка».
Ножка от микрофона вместо медиатора
Песня «A Saucerful of Secrets» до сих пор поражает своими гитарными тембрами — жуткими, лязгающими, почти индустриальными звуками, которые были абсолютно нетипичны для 1968 года. Журналисты часто спрашивали Гилмора, как он, будучи новичком в группе, сумел добиться такого потустороннего звучания.
Секрет оказался пугающе простым и панковским.
«Ну, в средней части песни гитара большую часть времени просто валялась на полу студии, — со смехом признавался Гилмор. — Я отвинтил одну из ножек от микрофонной стойки... Знаете, такие стальные ножки длиной около фута? И я просто возил этой стальной трубкой вверх-вниз по грифу лежащей гитары. И делал это, прямо скажем, не очень изящно».
Этот эксперимент с извлечением звука нестандартными предметами стал для Гилмора отправной точкой в поиске своего уникального тона.
«Другая техника, к которой я пришел чуть позже — это взять небольшой кусочек стали и тереть им по струнам из стороны в сторону. Вы просто двигаете им и останавливаетесь в тех местах, которые звучат хорошо. Это похоже на то, как сегодня работает устройство E-bow (электронный смычок)», — заключил гитарист.
«A Saucerful of Secrets» стала мостом над пропастью. Она спасла Pink Floyd от распада после ухода Сида Барретта и показала им, что они могут создавать музыку, не похожую ни на что другое в мире — музыку, архитектура которой строится не на куплетах и припевах, а на эмоциях, шумах и графических рисунках на клочке бумаги.
А как вы относитесь к раннему творчеству Pink Floyd? Что вам ближе: психоделическое безумие Сида Барретта, монументальный период 70-х или поздние альбомы под руководством Дэвида Гилмора? Делитесь своим мнением в комментариях! И не забудьте подписаться на канал, чтобы читать больше неизвестных историй о создании великой рок-музыки.