Легенды рок-н-ролла обычно строятся по одному из двух сценариев: музыкант либо трагически сгорает в молодом возрасте, оставляя после себя красивый миф (как Курт Кобейн или Джимми Хендрикс), либо до седых волос гастролирует по миру, исполняя старые хиты.
Но история Сида Барретта, основателя и первого лидера Pink Floyd, ломает все шаблоны. Он сделал то, чего музыкальная индустрия не прощает: совершил абсолютную революцию в музыке, а затем, находясь на самом пике, просто развернулся, ушел в тень и замолчал на 35 лет.
Сегодня мы разберем, как миф о «безумном гении, навсегда потерянном в кислотном трипе», оказался далек от реальности. И почему Сид Барретт на самом деле никогда не был «потерян» — он просто категорически не хотел, чтобы его нашли.
Назойливый журналист у закрытой двери
В середине 90-х один британский музыкальный репортер решил во что бы то ни стало найти Сида Барретта. Найти дом легенды в Кембридже оказалось несложно — пара звонков, немного наглости, и вот он стоит у нужной двери.
Цель была бесцеремонной: вытащить отшельника на свет и заставить всё объяснить. «Как он посмел перевернуть рок-н-ролл, а потом просто всё бросить и уйти, не сказав ни слова! Даже не удосужился умереть молодым!» — возмущался репортер в приступе фанатского эгоизма.
Он простоял у двери больше получаса. В доме не горел свет, никто не открывал. Сосед-пенсионер хмуро бросил, что они сегодня уже не первые «охотники за привидением». В конце концов, журналист сдался, сунул записку в почтовый ящик и уехал. Позже он признается: «Если честно, мы испытали огромное облегчение от того, что не нашли его. Сид никогда не был "потерян" — он просто не хотел, чтобы его находили».
Космический мальчик и рождение Pink Floyd
Музыкальное наследие Барретта в составе Pink Floyd невелико, но его вес невозможно переоценить. В 1965 году Сиду не было и 20 лет, когда он приехал в Лондон и возглавил группу The Tea Set. Именно он придумал новое название — The Pink Floyd Sound, соединив имена двух блюзменов из своей коллекции пластинок (Пинка Андерсона и Флойда Каунсила).
Пока остальные британские группы копировали американский ритм-энд-блюз, Барретт изобретал космос. Он играл на гитаре, используя зажигалку Zippo вместо слайда, и пропускал звук через эхо-машины Binson Echorec, создавая потусторонние пейзажи.
Дебютный альбом The Piper At the Gates Of Dawn (1967) стал чистым волшебством — смесью авангардного рока, детских сказок, викторианской поэзии абсурда и жутковатой психоделики. Pink Floyd стали резидентами культового клуба UFO и первыми суперзвездами лондонского андеграунда.
Но затем система дала сбой.
Трещина в реальности: что сломало гения?
На волне первого успеха группа отправилась в изматывающее турне по США. Руководство лейбла давило на Барретта, требуя немедленно написать новые суперхиты в духе Arnold Layne и See Emily Play.
В этот момент Сид начал странно себя вести. Во время эфиров на американском ТВ (например, на шоу Дика Кларка) он просто стоял перед камерами с пустым, стеклянным взглядом, даже не пытаясь открывать рот под фонограмму. На концертах он мог часами играть один и тот же аккорд или медленно расстраивать гитару прямо во время песни, пока струны не повисали, как макароны.
Многие винят во всем ЛСД, который в богемных кругах Лондона тогда ели, по словам современников, «как конфеты» (вещество запретили в Великобритании только в 1966 году). Но Дэвид Гилмор позже отмечал, что наркотики лишь стали катализатором — они вскрыли хрупкость психики, которая была у Сида изначально.
Пока остальные участники группы пытались спасти положение, Сид все глубже уходил в себя. Однажды он на полном серьезе предложил «решить все проблемы Pink Floyd», добавив в состав двух саксофонистов и девушку-вокалистку.
Самая жестокая поездка в истории рока
Чтобы хоть как-то выступать, группа пригласила старого друга Сида, Дэвида Гилмора, на роль второго гитариста. Сначала планировалось, что Барретт будет «домашним гением» — как Брайан Уилсон в The Beach Boys: он будет писать песни, а Гилмор будет играть их на концертах.
Но ситуация стала невыносимой. Финал наступил в январе 1968 года. Четверо музыкантов ехали на концерт в Саутгемптон. Повисла пауза, и кто-то в машине (предположительно, Роджер Уотерс) спросил: «Ну что, заедем за Сидом?». И кто-то другой ответил: «Нет. Давайте просто не будем его забирать».
Они уехали без него. Так закончилась эра Сида Барретта в Pink Floyd.
Его последней работой с группой стала пугающе самоосознанная песня Jugband Blues, где он спел пророческие строки: «Я очень благодарен вам за то, что вы ясно дали понять — меня здесь нет». Еще один трек того периода, Vegetable Man, менеджер Питер Дженнер вообще отказался выпускать: «Это было просто жуткое описание того, во что Сид был одет. Песня была слишком темной, это был звук разрушающегося разума».
Призрак в студии: Инцидент 1975 года
В начале 70-х Сид с огромным трудом записал два сольных альбома (The Madcap Laughs и Barrett). Музыкантам (среди которых были Гилмор и Уотерс) приходилось буквально играть вокруг Сида, потому что он не мог спеть одну и ту же песню одинаково дважды. После провала альбомов и пары неудачных выходов на сцену с новой группой Stars, 26-летний Барретт навсегда бросил музыку.
Но самая известная и щемящая история произошла в 1975 году.
Pink Floyd находились в студии Abbey Road, записывая альбом Wish You Were Here. Ирония судьбы заключалась в том, что в тот самый момент они сводили эпичную Shine On You Crazy Diamond («Сияй, безумный бриллиант») — песню-посвящение Сиду Барретту.
Внезапно в контрольную комнату вошел грузный, лысый человек без бровей, с полиэтиленовым пакетом в руках. Музыканты не видели его пять лет. Первое время никто из них просто не мог его узнать. Когда до Роджера Уотерса дошло, что перед ним стоит тот самый прекрасный, магнетический Сид Барретт, он не выдержал и расплакался.
Барретт достал зубную щетку и начал чистить зубы прямо в студии. Когда ему дали послушать песню, написанную в его честь, он равнодушно пожал плечами и сказал: «Звучит старовато». Позже в тот же день он пришел на вечеринку по случаю свадьбы Дэвида Гилмора, молча посидел в углу и незаметно ушел. Больше никто из участников Pink Floyd его не видел до самой смерти.
Разрушение мифа о «сумасшедшем отшельнике»
Десятилетиями музыкальная пресса лепила из Барретта образ безумного отшельника, который сгнил в психозах и кислотных флешбэках. Желтые газеты писали, что он заперт в психиатрической клинике, что он тайно записывает гениальный альбом в подвале, или что он давно мертв. Из него сделали удобный миф — Икара от рок-н-ролла.
Но после смерти Барретта в 2006 году (он скончался от рака поджелудочной железы в возрасте 60 лет), его сестра Розмари рассказала правду. И эта правда разрушила стереотипы.
Проверенные факты о жизни Барретта:
- Он не был клинически сумасшедшим. Сид не страдал шизофренией и не принимал тяжелых психиатрических препаратов. Он просто был человеком с глубокой психологической травмой от пребывания в шоу-бизнесе, который предпочел абсолютную тишину.
- Он вернул свое имя. Он отказался от прозвища «Сид» и снова стал Роджером Барреттом.
- Он не был нищим. В отличие от многих обманутых звезд 60-х, Сид не бедствовал. Дэвид Гилмор лично следил за тем, чтобы Барретт получал каждый пенс авторских отчислений за ранние альбомы и сборники Pink Floyd. Это позволяло ему жить в комфорте.
- Он жил нормальной жизнью. После смерти матери в 1991 году он жил один в Кембридже. Он сам ходил в магазины DIY, общался с продавцами, с удовольствием играл со своими племянниками.
- Искусство ради процесса. Роджер вернулся к своей первой страсти — живописи. Он создавал огромные полотна, фотографировал их, а затем... сжигал или выбрасывал холсты. Ему был важен процесс, а не результат. Также он написал объемный труд по истории искусств, который так и не был опубликован.
Единственное, чего он категорически избегал — это любых упоминаний о Pink Floyd. «Он не мог понять, почему люди так интересуются тем, что произошло так давно, — вспоминала Розмари. — Он не собирался прерывать свои размышления ради назойливых фанатов».
Однажды Роджер пришел к сестре посмотреть документальный фильм ВВС о себе. Но не досмотрев, встал и ушел, пожаловавшись, что телевизор работает «слишком громко».
Право на нормальность
В мире, где стареющие рок-звезды готовы рекламировать страховку, играть на корпоративах и бесконечно ездить в «прощальные туры», поступок Сида Барретта кажется радикальным бунтом.
Никто не слишком «нестабилен», чтобы вернуться на сцену ради денег — посмотрите на Брайана Уилсона или Игги Попа. Люди годами соблазняли Сида: Джимми Пейдж, Брайан Ино, панк-группа The Damned — все они предлагали ему продюсерские контракты и золотые горы.
Но он просто сказал «нет». Он понял, что рок-машина его убивает, и выбрал обычную человеческую жизнь. Жизнь парня по имени Роджер, который печет хлеб, копается в саду и рисует картины.
Его исчезновение так бесило журналистов именно потому, что он лишил их шоу. Но в этом и кроется его величайшая победа. Хочется верить, что в тот самый вечер, когда журналист из 90-х караулил его у дверей, Роджер Барретт сидел на кухне, заваривал чай, брал акустическую гитару и пел новые песни, которые больше не суждено было услышать никому в мире, кроме него самого.
Как вы думаете, Сид Барретт поступил как слабак, сдавшись перед трудностями, или как сильный человек, который спас свою душу от шоу-бизнеса? Мог бы он написать еще больше шедевров, или сгорел бы окончательно? Делитесь своим мнением в комментариях!
Если вам понравилась эта статья — ставьте лайк и подписывайтесь на наш канал! Впереди еще много глубоких, честных и неизвестных историй о тех, кто создавал музыку, которую мы любим.