первая часть
Вера шутливо щёлкнула сестру по лбу:
— Полиглот. Уж кому, как не тебе, знать, что все книжные истории берутся из жизни.
Вере пришлось подниматься на третий этаж пешком: на дверце лифта висела красноречивая табличка: «Лифт не работает по техническим причинам».
Дверь квартиры номер 48 была приоткрыта, поэтому она не стала звонить, а осторожно прошла в прихожую и негромко окликнула:
— Эй, тут есть кто‑нибудь живой?
Вместо ответа она услышала равномерный шум, доносившийся из‑за закрытой двери ближайшей комнаты. Вера решительно распахнула её — и в ту же секунду на голову ей вылилось что‑то липкое и едко пахнущее.
— Ой, мамочки, что это такое?! — закричала она.
Рядом раздался возмущённый голос:
— Куда ты прёшь, курица безмозглая? Не видишь, что тут ремонт?
Вера действительно ничего не видела: все лицо и волосы были залиты густой краской, едкий запах бил в нос и лёгкие. Она выронила дорожную сумку и лихорадочно принялась размазывать липкую массу по коже.
Тот, кто только что обозвал её курицей и кого она ещё толком не разглядела, без тени сочувствия заметил:
— Зря стараетесь, это очень хорошая краска. Без специальных средств её не смыть.
Вера всхлипнула, но невидимый злоумышленник предостерегающе воскликнул:
— Только не вздумайте плакать! Краска в глаза попадёт — и пиши пропало. Давайте руку, я провожу вас в ванную. Попробуем отмыть голову водой, пока краска не засохла.
Вера протянула испачканную руку, и незнакомец потащил её куда‑то по коридору.
Процедура очищения заняла минут пятнадцать, но полностью смыть краску водой всё равно не удалось. Зато Вера радовалась уже тому, что снова видит. Она яростно растирала лицо полотенцем, которое подал ей высокий блондин в рабочем комбинезоне.
Молодой человек с интересом рассматривал гостью и улыбался:
— Перед тем как зайти в чужую квартиру, надо звонить.
— А дверь, между прочим, надо закрывать, — парировала Вера. — Была открыта — я и вошла. И, для справки, это квартира моего отца. Я к нему в гости приехала.
Парень удивлённо присвистнул, а потом расхохотался:
— Так вы — дочка Эдуарда Валерьевича?
— А что тут смешного? — Вера впилась возмущённым взглядом в наглую физиономию незнакомца, но его это ничуть не смутило.
С той же безмятежной улыбкой он продолжил:
— Дело в том, что хозяин, то есть Эдуард Валерьевич, поехал на вокзал встречать свою дочку. Так что у меня два варианта: либо у него несколько дочерей, и вы — одна из них, либо… вы самозванка.
— Очень смешно, — поморщилась Вера. — А вы сами как в чужой квартире оказались?
Парень поднял глаза к потолку и с самодовольным видом объявил:
— Я тут ремонт делаю.
Вера не унималась:
— А я вам не верю. Может, вы грабитель и под видом рабочего сюда забрались? И меня краской облили специально, чтобы нейтрализовать?
Парень снова рассмеялся:
— Не тянет версия. Если бы я был грабителем, отмывать вас от краски точно не стал бы. Сбежал бы, чтобы лишний раз не светиться.
Вера уже раскрыла рот, чтобы выдать что‑нибудь ещё по‑ядовитее, но в этот момент хлопнула входная дверь.
— Арсений‑то где? — раздался мужской голос.
— О, хозяин вернулся, — парень выскользнул из ванной. — Эдуард Валерьевич, а почему вы один? Где ваша дочка?
Вера поняла, что этот весёлый работник решил разыграть и хозяина, и поспешила покинуть тесное помещение:
— Я уже здесь. Наверное, мы разминулись, и я приехала раньше.
Они с отцом с настороженным интересом посмотрели друг на друга. Эдуард Валерьевич в последний раз видел дочь, когда ей было всего три года. Вера же могла судить о его внешности только по старым фотографиям из той самой конфетной коробки. Оба растерялись и не знали, с чего начать.
Неловкую паузу нарушил Арсений:
— Извиняюсь за казус. Всё вышло по чистому совпадению.
— Какой ещё казус? — не понял Эдуард Валерьевич.
Арсений довольно хохотнул и кивнул на Веру:
— Она, то есть ваша дочка, вошла без звонка, а ведро с краской стояло на стремянке… В общем, получилось прямо как в старом кино про Чарли Чаплина.
Все трое рассмеялись, и напряжение заметно спало.
Неловкость первых минут окончательно исчезла, когда Эдуард Валерьевич извинился перед дочерью:
— Да, встреча вышла не самой красивой. Я давно собирался сделать ремонт в этих хоромах, да руки не доходили. А когда получил от тебя письмо, решил: пора серьёзных перемен. Спасибо, что Арсений не отказал в помощи.
Молодой человек неожиданно покраснел:
— Эдуард Валерьевич, вы преувеличиваете. Я ещё ничего такого не сделал, чтобы отплатить вам за добро. — Уже обращаясь к Вере, он добавил: — Ваш отец — удивительный человек. Можно сказать, он меня спас. Я в очень нехорошую компанию попал, меня из колледжа выгнали, а потом «друзья» так подставили, что мне светил реальный срок. Только благодаря Эдуарду Валерьевичу я на свободе.
Хозяин квартиры глубокомысленно заметил:
— Разве мог я бросить на произвол судьбы сына лучшего друга? Отец Арсения погиб по чистой случайности во время разборки. Тогда бандиты пол‑страны в страхе держали. Я тоже по краю ходил, но мне повезло больше. Да и вообще, в жизни я немало дров наломал. Видно, пришло время исправлять ошибки — те, что ещё можно исправить.
Позже, за вечерним чаем, Эдуард Валерьевич рассказал дочери о своих неудачных браках. После развода с её матерью он ещё дважды пытался построить семью, но оба брака закончились крахом.
— Вера, я всегда чувствовал с тобой связь, — признался он. — У меня, кроме тебя, никого нет. Ты — мой единственный ребёнок.
Девушка наконец решилась задать вопрос, который много лет не давал ей покоя:
— Тогда почему ты меня не нашёл? Ты же знал, что мама умерла. Мог бы приехать.
Мужчина задумчиво посмотрел куда‑то поверх её головы:
— Да, мог. Не стану оправдываться и врать. Привык я один по белому свету мотаться. Мне очень хотелось тебя увидеть, но я боялся, что меня опять отвергнут. А когда ты мне написала…
Голос его дрогнул. Впервые за многие годы Вера прижалась к отцу:
— Пап, наверное, ты не зря боялся. В детстве твоё имя у меня с самым страшным злом ассоциировалось. Всех сказочных злодеев я называла Эдиками. А когда мама умирала, сказала, что была неправа. Но я всё равно на тебя обижалась. И только совсем недавно всё стало меняться, когда цыганка сказала мне, что надо всё вернуть на свои места.
— Дочка, у нас всё получится, — уверенно сказал Эдуард Валерьевич. — Теперь мы будем вместе.
— Да, папа, — тихо ответила Вера. — Мы будем вместе.
Эдуард Валерьевич помог дочери открыть собственный ресторан. Заведение быстро стало популярным: там работали настоящие мастера высокой кухни.
Через несколько месяцев после их экстремального знакомства Вера и Арсений поженились. А ещё через год у них родилась дочка, которую по обоюдному согласию назвали Любашей — в честь мамы Веры.
У младшей сестры Даши, оставшейся жить в бабушкиной квартире, тоже всё сложилось удачно: она заочно окончила педагогический и вышла замуж за молодого директора школы.
Только судьба Романа Рогова осталась неизвестной. После несостоявшейся свадьбы он исчез из города.
Иногда, возвращаясь поздно вечером из ресторана, Вера задерживалась на ступеньках у подъезда и поднимала голову к тёмному небу. Где‑то там, над огнями большого города, жили её детские мечты — о рыцаре в сияющих доспехах, о большой семье, о доме, где всегда пахнет пирогами.
Тогда ей казалось, что всё это не про неё, что у девочки без отца и с болью в сердце таких будущих не бывает. Но жизнь, как любила говорить бабушка, умеет поворачивать туда, куда человек даже боится заглянуть.
Теперь у Веры был отец, который звонил каждый день и ворчал, если она задерживалась на работе. Был муж, который умел не только держать в руках кисть и шпатель, но и подставить плечо в любую минуту. Была дочка Любаша, которая так же, как когда‑то маленькая Вера, любила забиваться в уголок и тихо о чём‑то мечтать.
Иногда, глядя на эту серьёзную девчонку с упрямым взглядом, Вера улыбалась и думала, что ничего страшного в детских мечтах нет, если рядом есть взрослые, готовые ради них хотя бы немного постараться.
Она больше не боялась слова «папа» и не вздрагивала, слыша имя Эдуард. Напротив, ей становилось тепло от мысли, что в этом мире у неё есть люди, к которым можно прийти в любое время — хоть с радостью, хоть с бедой.
Вечером, укладывая Любашу спать, Вера привычно поправила одеяло и тихо сказала:
— Запомни, солнышко: как бы ни было трудно, нельзя отказываться от своей семьи и от своих мечтаний. Иногда именно мечта приводит нас туда, где нас по‑настоящему ждут.
Любаша сонно кивнула, а Вера погасила свет и вышла из комнаты. На кухне уже ждал тёплый чай, за столом — отец с Арсением.
Вера на секунду остановилась в дверях, всматриваясь в их силуэты, и вдруг очень отчётливо почувствовала: круг замкнулся. Всё, что когда‑то казалось потерянным навсегда, потихоньку возвращалось на свои места — пусть не так, как она мечтала в детстве, но, может быть, даже лучше.
И впервые за долгие годы Вера позволила себе новую мечту — не о чудесах, а просто о том, чтобы вот это тихое семейное счастье продлилось как можно дольше.
Рекомендую 👇👇👇