Прошло несколько месяцев, и вот Варя появилась на свет настоящей красавицей. Счастливый отец просто не мог налюбоваться своей новорождённой дочкой, рассматривая каждую её чёрточку.
— Смотри, Леночка, у неё твои глаза и твои брови, — сказал он жене, когда забрал их из роддома и привёз наконец домой.
— Ну что ты выдумываешь, Рома? — отмахнулась Елена, улыбаясь его восторгам. — В младенческом возрасте ещё ничего не понятно. Дети меняются чуть ли не каждый день. Вот увидишь, она будет похожа на тебя.
— Говорят, что те девочки, которые внешне походят на отцов, вырастают самыми красивыми и счастливыми, — мечтательно произнёс Роман, качая дочку на руках.
Однако через четыре дня после выписки у Елены внезапно подскочила температура. Сначала она пыталась справиться с недомоганием сама, народными методами, но когда состояние только ухудшилось, Роман, не на шутку встревожившись, вызвал скорую помощь. Приехала пожилая, явно недовольная жизнью фельдшер грузного телосложения, бегло осмотрела пациентку и, поморщившись, бросила недовольно:
— Чего панику разводите? Обычная реакция организма на послеродовое восстановление. Делайте обтирания — и всё само пройдёт. Ей сейчас любые лекарства противопоказаны, потому что она ребёнка грудью кормит.
К вечеру Роману стало ясно, что состояние жены только ухудшается, и он вызвал вторую бригаду. Елена уже почти не вставала с постели, бредила от высокой температуры и не узнавала его. Молодой врач, бегло осмотревший пациентку, только покачал головой с нескрываемой укоризной.
— И чего же вы так долго тянули? — спросил он строго, но без злобы. — Давайте собирайтесь, немедленно госпитализируем.
— Мы не тянули, — растерянно ответил Роман, чувствуя, как внутри разрастается леденящий комок ужаса. — Утром приезжала скорая, и её фельдшер сказала, что ничего серьёзного.
— Врач видит пациента всего несколько минут, — терпеливо объяснил молодой доктор. — А близкие люди должны сами адекватно оценивать его состояние. Вы муж или кто? Собирайте вещи, мы забираем её в больницу.
— А что же делать с ребёнком? — испуганно спросил Роман, чувствуя, как от страха немеют губы.
— А что с ним такое? Он тоже заболел? — уточнил врач, уже выглядывая в коридор.
— Нет, она здорова, слава богу, — выдохнул Роман.
— Ну и отлично, — кивнул врач. — Маму мы госпитализируем, а за ребёнком присмотрит папа. Я правильно понимаю?
Роман спохватился и быстро закивал:
— Да-да, конечно, правильно.
Он лихорадочно собрал вещи жены, помог погрузить её на носилки и занести в карету скорой. Всю ночь мужчина просидел возле дочери, которая мирно спала в своей кроватке, и без устали гладил её крошечные ножки, будто пытаясь удержать тепло и спокойствие этого маленького тельца.
— Спи, Варенька, — шептал он едва слышно. — Мама скоро вернётся, ты не бойся.
А в семь утра его разбудил пронзительный телефонный звонок. Спросонья Роман даже не сразу понял, что ему говорят, как не вник в смысл произносимых слов. А когда до него наконец дошло, он на мгновение потерял сознание — так сильно потемнело в глазах. В чувство его привёл громкий детский плач — это проснулась и заплакала Варенька.
Похороны Елены стали самым чёрным днём в его жизни. После них Роман молча собрал вещи, взял дочь и переехал в квартиру, которая досталась ему в наследство от родителей. Оставаться в том доме, который принадлежал любимой жене, где каждый уголок, каждая вещь напоминали о ней и о её внезапном, нелепом, трагическом уходе, у мужчины не было никаких сил. Первое время он сам ухаживал за дочерью, взяв отпуск на работе и полностью посвятив себя Варе. Однако это не могло продолжаться вечно, и Роман начал всерьёз задумываться о том, где бы найти хорошую няню для Варвары. Он обращался в специализированное агентство по подбору домашнего персонала, но все кандидатуры, которые ему предлагали, казались совершенно неподходящими.
— Я уже не знаю, чего вы ещё хотите, — развела руками персональный менеджер во время очередного звонка. — Вы должны понимать: мы предоставляем услуги няни, а не подбираем вашей дочери вторую маму.
Эти слова засели в голове Романа и надолго там застряли. И правда, его малышке нужна не просто няня, а кто-то гораздо больший — нужна мама. Ту, первую и единственную Лену, никто и никогда не сможет заменить. Но ведь наверняка есть на свете девушки, которые искренне любят детей и готовы окружить заботой его маленькую дочурку. Роман размышлял об этом постоянно — когда кормил Варю, когда купал её, когда гулял с ней в коляске. У него выработался свой собственный, устоявшийся прогулочный маршрут почти на час: сначала по дворам старой застройки, потом мимо калитки детского сада и затем в парк, где были аллеи и небольшой пруд. Молодой папа старательно собирал девочку и каждый день выходил гулять в одно и то же время, по одному и тому же пути. Он вычитал где-то, что младенцам легче расти, когда их жизнь подчинена строгому режиму.
Именно на этих ежедневных прогулках он начал замечать людей, которые попадались ему постоянно. Постепенно они стали обмениваться кивками, а затем и здороваться. Пожилой мужчина с тростью, который выгуливал своего беспородного пса на поводке, каждый раз доброжелательно улыбался. Женщина средних лет молча кивала в ответ на приветствие и спешила куда-то по своим делам. Две девочки примерно пяти лет всегда при виде коляски с Варей замедляли шаг и на цыпочках проходили мимо, чтобы не разбудить малышку. И, конечно, те три-четыре мамочки с колясками и ребятишками постарше, чьё время прогулки полностью совпадало с романовским.
Одна из этих мам однажды сама заговорила с ним. Это была довольно крупная, статная женщина лет тридцати пяти — тридцати семи. Она постоянно гуляла с двухлетним сыном в коляске и мальчиком примерно пяти лет.
— Здравствуйте, — приветливо кивнула она. — Я смотрю, вы всё время один гуляете, даёте жене отдохнуть?
Мужчина бросил взгляд на мирно спящую дочку, потом немного отошёл от коляски, будто опасаясь, что Варя услышит и поймёт его слова, и тихо ответил:
— Я и есть и мама, и папа. Один за всех.
— Да вы что! — искренне изумилась женщина и покачала головой с таким сочувствием, от которого у Романа защипало в глазах. — И как же вы только справляетесь?
— С огромным трудом, — признался он. — Пытаюсь найти няню, но пока ничего не получается как следует.
— А в агентство обращались? — поинтересовалась собеседница, и в её голосе слышалось искреннее участие.
Молодой отец устало кивнул, подтверждая её догадку.
— Первым же делом туда и пошёл, — сказал он, вздыхая. — Только они присылали совсем не то, чего я ожидал. Я быстро понял, что эти ребята мне не помощники. А что делать дальше — ума не приложу. Хоть сам объявление в газету давай.
— А вы у знакомых или родственников спрашивали? У коллег на работе? — посоветовала женщина.
— Интересовался, конечно, — Роман покачал головой. — Но у них у всех свои заботы: дети, внуки, племянники. Женщинам в возрасте будет тяжеловато с такой малюткой нянчиться, а большинство молодых и слушать ни о каких детях не хотят, у них свои развлечения на уме.
Собеседница грустно вздохнула, соглашаясь, и с какой-то застарелой горечью произнесла:
— Да уж, время сейчас такое. Все удовольствия только для себя любимых. И не объяснишь им, какое это на самом деле счастье — с ребёнком возиться. — Она кивнула в сторону своих мальчишек, которые возились в песочнице. — А вы у других мамочек на площадке спросите? Многие сидят со своими, может, и вашего согласятся прихватить. Я бы сама взяла, не будь у меня уже трое.
— Трое? — удивился Роман. — А я вас только с двумя видел.
— Третья, старшая, уже в школу ходит, так что гуляет самостоятельно, без меня, — пояснила женщина. — А, кстати, вон же видите детский сад рядом? Мне кажется, можно и там попробовать спросить. У них и нянечки есть молоденькие, помощницы воспитателей. Вдруг кто-нибудь согласится на подработку. Тем более вы, я думаю, будете платить больше, чем они получают в садике.
Роман искренне поблагодарил собеседницу за дельный совет и задумался. Такая мысль раньше ему в голову не приходила, а сейчас показалась вполне разумной. Теперь, проходя мимо детского сада, он специально останавливался и присматривался к персоналу, особенно когда дети выходили на прогулку. Воспитатели в основном попадались женщины в возрасте, строгие и умудрённые опытом. Он сомневался, что кто-то из них согласится возиться с его Варей в свободное время.
В тот день Роман, как обычно, постоял немного у ограды, присматриваясь, а потом отправился дальше по своему маршруту. Он как раз проходил мимо калитки, когда та внезапно распахнулась и чуть не задела коляску, в которой безмятежно спала Варя.
— Ой, простите, ради бога! — воскликнула перепуганная молодая девушка, вылетевшая на тротуар. — Я вас совсем не заметила, извините!
— Аккуратнее надо быть, — с лёгким упрёком сказал Роман, резко дёрнув коляску на себя. — Здесь люди ходят.
Девушка выглядела расстроенной, даже глаза у неё были на мокром месте.
— Да, простите ещё раз, — пробормотала она виновато. — У меня сегодня просто день не задался с самого утра.
Роман смягчился и дружелюбно улыбнулся, заметив, что перед ним стоит совсем молоденькая девушка, почти девочка.
— Сейчас ещё только утро, так что день у вас весь впереди, — сказал он ободряюще. — Уверен, вы ещё успеете изменить о нём своё мнение.
— С трудом в это верится, — она махнула рукой в сторону детского сада, из которого только что вышла, и в голосе её прозвучала неподдельная горечь. — Сказали, что у них сейчас нет свободных вакансий. А мне так нужна работа, просто позарез. Я даже не знаю, куда теперь податься.
— А кем вы хотели устроиться? — заинтересованно спросил Роман, сразу вспомнив недавний разговор на скамейке в парке.
— Да я уже готова на кого угодно: посудомойкой, нянечкой, уборщицей — мне всё равно, — выпалила девушка в отчаянии. — Я закончила педагогическое училище, а устроиться на работу не могу, представляете? Диплом есть, а работы нет.
— Серьёзно? То есть вы по образованию воспитатель детского сада? — уточнил Роман, чувствуя, как внутри зарождается интерес.
— Ну да, только вот вакансий именно воспитателя в шаговой доступности не нашлось, — она горько усмехнулась. — Предлагают или ехать на другой конец города, или вовсе сменить место жительства. — Она помолчала секунду. — А у меня его, места жительства, по сути, и нет почти. Из общежития вот-вот выкинут, денег даже на комнату снять нет, не то что на билет на автобус.
Роману показалось, что девушка совсем расстроилась и сейчас расплачется, хотя изо всех сил держалась.
— А вы детей вообще любите? — спросил он, уже почти зная ответ.
— Конечно, очень! — с жаром воскликнула незнакомка, и её лицо на мгновение просветлело.
Мужчина внимательно посмотрел на неё. Молоденькая, симпатичная, с приятным весёлым лицом. Даже сейчас, расстроенная, она не выглядела угрюмой, скорее трогательной и беззащитной.
— А няней не хотите поработать? — неожиданно даже для самого себя выпалил Роман.
— Няней? — переспросила девушка, задумчиво склонив голову набок, и заглянула в коляску, где по-прежнему спала Варя. — Для этой чудесной крошки? А ваша жена не будет против?
— Если у вас есть желание, — ушёл от прямого ответа на щекотливый вопрос Роман, — то мы могли бы попробовать. Посмотреть, получится у вас или нет.
Собеседница радостно тряхнула головой, и её лицо озарила широкая, искренняя улыбка, которая шла ей невероятно.
— Вы просто мой спаситель! — выдохнула она. — Я с огромным удовольствием буду работать у вас, честное слово!
Дарья — так звали девушку — оказалась на редкость расторопной, внимательной и ответственной. Она следила за маленькой Варварой ничуть не хуже самого Романа: вовремя кормила, подолгу гуляла, занималась с девочкой развивающими играми. Молодой отец первое время ещё приглядывался к ней, но вскоре понял, что может довериться ей полностью. Прошло всего пару месяцев её работы, и эти дни окончательно убедили Романа, что он совершенно случайно — а может, и не случайно вовсе — нашёл именно ту, кого так долго искал. Дарья перебралась жить в его квартиру, потому что каждый день ездить из общежития на другом конце города было слишком долго и дорого. Мужчина был только рад: теперь за Варварой будет круглосуточный присмотр. Он поселил няню в комнату дочери и разрешил брать в квартире всё, что ей нужно, — и для неё самой, и для его маленькой девочки.