Оксана молча протирала столешницу влажной салфеткой из микрофибры. Движения были ровными, выверенными. Внутри всё клокотало от глухого раздражения, но она старалась дышать глубоко.
Из спальни — её личной спальни в её же собственной квартире — доносился скрип дверец шкафа. Будущая свекровь, Людмила Сергеевна, приехала накануне свадьбы и теперь по-хозяйски проводила ревизию.
А на кухне разворачивался другой разговор. Илья сидел за столом, листая ленту в телефоне, и монотонно гнул свою линию.
— Ксюш, ну сама подумай. Полмиллиона за платье на один вечер! Сдай ты эту дизайнерскую тряпку обратно в салон, пока бирки целы. Мне на внедорожник как раз этой суммы не хватает до полной комплектации. А замуж выйдешь в чем-нибудь попроще.
В этот момент на кухню торжественно вплыла Людмила Сергеевна. На вытянутых руках она держала плотный кремовый пиджак с огромными угловатыми подплечниками. От вещи густо тянуло нафталином.
— Вот! Идеальный вариант! — безапелляционно заявила она. — Мой свадебный костюмчик. Еще с девяностых висит, ни единого пятнышка. Качество! Хорошая жена обязана быть экономной, а не пускать Илюшины деньги на ветер.
Оксана прислонилась к дверному косяку. Она не стала повышать голос.
— Мое платье куплено исключительно на мои личные сбережения. Возврату оно не подлежит. Точка.
Илья недовольно цокнул языком.
— Вечно ты упираешься. В семье всё должно быть общим.
Оксана лишь усмехнулась. Общим в их отношениях давно стало только её имущество. Квартира принадлежала ей до брака, основные расходы на предстоящий банкет тоже легли на её карту. А жених предпочитал рассуждать о высоких материях.
Свадебное утро началось с резкого химического запаха.
Оксана вошла в комнату, открыла плотный чехол, висевший на дверце шкафа, и замерла. Эксклюзивное платье из тончайшего шелка было безнадежно испорчено.
На подоле и корсете расползались огромные желтые пятна. Агрессивный растворитель проел деликатную ткань насквозь, она расползалась прямо под пальцами.
Людмила Сергеевна тут же нарисовалась в дверях с невероятно невинным лицом.
— Ой, Ксюша, представляешь! Цветы на подоконнике поливала, а рядом бутылек с каким-то едким средством стоял. Случайно локтем задела, прямо на чехол пролилось. Ну ничего, мой костюмчик в коридоре висит, дожидается.
На шум пришел Илья. Он посмотрел на испорченную вещь, и на его лице не дрогнул ни один мускул. Скорее наоборот — в глазах мелькнул откровенно циничный расчет.
— Вот и отлично, проблема решилась сама собой, — выдал будущий муж. — Надевай мамин костюм, а это испорченное отнесем в салон. Скажем, что заводской брак, ткань поползла. Потребуем возврат. Как раз мне на машину пойдет.
Оксана не стала ругаться. Эмоции словно выключили, оставив только сухой, хирургический расчет. Она посмотрела на человека, за которого через несколько часов должна была выйти замуж, и всё поняла.
Она молча достала телефон и сделала несколько четких снимков испорченного платья со всех ракурсов. Затем набрала знакомый номер.
— Оля, доброе утро, — ровно произнесла она, дозвонившись крестной. — Мне нужен экстренный вариант. Тот самый, из закрытой коллекции. Буду у тебя в салоне через двадцать минут. И еще, мне срочно понадобится твоя помощь как независимого эксперта по тканям.
Она сбросила вызов, взяла сумочку и направилась к выходу.
— Ты куда пошла? У нас регистрация скоро! — крикнул Илья ей вслед.
— Встретимся на банкете, — ответила она, не оборачиваясь.
Зал премиум-ресторана сиял. Родственники Ильи уже заняли места за богато накрытыми столами. Людмила Сергеевна сидела по правую руку от места жениха, всем своим видом излучая абсолютное торжество.
Двери зала плавно распахнулись.
Оксана вошла уверенным шагом. На ней было платье, от которого у присутствующих перехватило дыхание. Настоящий шедевр высокой моды, идеально сидящий по фигуре. Гости восхищенно зашептались.
Улыбка медленно и неотвратимо сползла с лица свекрови. Илья растерянно привстал со стула.
Оксана не пошла к украшенному столу молодоженов. Она остановилась в центре зала. Рядом с ней стояла крестная Ольга, владелица крупной сети элитных свадебных салонов.
Ольга профессионально улыбнулась, взяла микрофон и обратилась к семье жениха.
— Добрый вечер, уважаемые гости. Наша Оксана — девушка деликатная, но закон есть закон. Людмила Сергеевна, у нас для вас готовы документы.
Ольга подошла к столу и уверенным жестом положила перед матерью жениха плотный конверт.
— Вы сегодня утром безвозвратно испортили личное имущество Оксаны. В конверте — результаты срочной независимой экспертизы, подтверждающей химический ожог ткани, и досудебная претензия от лица владелицы платья.
Зал затих. Голоса смолкли.
— К документам приложен диск с записью с камер наблюдения в подъезде, — четко произнесла Ольга, чтобы слышал каждый столик. — Там прекрасно видно, как вы тайком выкидываете в мусоропровод пустую бутылку из-под растворителя. Сумма причиненного ущерба — четыреста восемьдесят тысяч рублей. Срок погашения — ровно три рабочих дня. Иначе дело уходит в суд.
Напряжение в ресторане стало осязаемым. Лицо Людмилы Сергеевны слилось цветом с белой скатертью.
— Какие полмиллиона?! — сорвалась она на высокие ноты. — Я ничего платить не буду!
Илья вскочил, бросив на Оксану затравленный, панический взгляд.
— Ксюша, прекрати этот спектакль! Мы же семья, мы дома сами разберемся! Отзови претензию!
Оксана взяла микрофон. Лицо её оставалось абсолютно непроницаемым.
— Семья — это там, где партнеры уважают друг друга, Илья. А ты планировал сдать испорченную вещь как брак, чтобы купить себе машину, пока твоя мать издевалась надо мной. Моё терпение закончилось. Счета оплатите через суд.
Она сняла с пальца обручальное кольцо, сделала шаг к столу и аккуратно опустила украшение в пустой хрустальный бокал Ильи.
— Свадьбы не будет, — спокойно подытожила Оксана.
Она развернулась и покинула ресторан, оставив бывшего жениха и его мать наедине с их позором, остывающими закусками и многотысячным долгом.
Оксана вернулась в свою светлую, безупречно чистую квартиру. Здесь больше не было чужих вещей, наглых указаний и попыток залезть в её кошелек. Только тишина и глубокое облегчение.
Она смыла макияж, переоделась в удобный домашний костюм и вышла в коридор, чтобы налить воды. Под потолком сиротливо мигнула и окончательно погасла лампочка, которую Илья клятвенно обещал вкрутить еще три месяца назад, постоянно ссылаясь на свою усталость.
Оксана посмотрела на темный плафон и легко улыбнулась. Завтра она купит новую яркую лампочку и вкрутит её сама. Ей больше не нужно было ждать чужих одолжений и обслуживать чужие интересы. Жизнь только начиналась, и теперь в ней действовали её собственные, честные правила.