Светлана с силой терла губкой пятно на столешнице. На плите стояла сковородка с остатками ужина, который только что смели Олег и его мать, Инна Петровна. Светлана дышала ровно, хотя внутри всё кипело от застарелой усталости.
Последние пять лет она жила в режиме жесточайшей экономии. Откладывала каждую копейку на покупку загородного дома. Светлана ходила в старых, протекающих по швам сапогах и откладывала поход к стоматологу с отколотым зубом, потому что хорошая коронка стоила приличных денег.
А Олег предпочитал жить одним днем, вечно менял работы и постоянно жаловался на начальство.
— Света, бросай свои кастрюли, иди сюда! — донесся из комнаты требовательный голос свекрови. — Нам с Олегом нужно важный финансовый вопрос решить.
Светлана вытерла руки бумажным полотенцем и прошла в гостиную. Олег сидел с абсолютно серым лицом, разглядывая узоры на ковре. На журнальном столике лежала пухлая стопка банковских бумаг с красными печатями «Досудебное взыскание».
— У Олега образовались трудности, — начала Инна Петровна, усаживаясь в кресле поудобнее. — Он вложился в очень перспективное дело, но немного прогорел. Завтра приедут люди из банка. Тебе нужно подписать договор поручительства.
Светлана внимательно посмотрела на мужа.
— То есть, пока я пять лет ходила с больным зубом и экономила на всем, ты тайком брал займы на свои авантюры? Давно ты в долгах?
— Больше года, — буркнул Олег, не поднимая глаз. — Света, ну правда, помоги. Я всё отдам. Не бросай в беде.
— Вы же семья! — раздраженно повысила голос свекровь. — Мужчина оступился. Твоя прямая обязанность — вытащить мужа из ямы. Ничего страшного не случится, если на твою долю в квартире временно наложат обременение.
Светлана посмотрела на часы. Ровно девятнадцать ноль-ноль.
В прихожей раздался настойчивый звонок в дверь. Олег вздрогнул и втянул голову в плечи.
— Кого там несет на ночь глядя? — недовольно проворчала Инна Петровна.
— Это за твоим сыном, — спокойно ответила Светлана.
Она прошла в коридор и открыла дверь. На пороге стояли двое крепких мужчин с кожаными папками.
— Служба взыскания, — коротко представился старший. — Олег Николаевич дома?
Олег подскочил с дивана, едва не сбив журнальный столик.
— Как вы нас нашли?! Я же не живу по месту прописки!
— Я им позвонила и дала этот адрес, — Светлана закрыла за визитерами дверь и сложила руки на груди. — Вы же хотели решать финансовые вопросы? Давайте решать.
Инна Петровна подскочила с кресла. Ее лицо покрылось красными пятнами.
— Света, ты в своем уме?! Подписывай поручительство немедленно! Или продай свою долю, чтобы долг закрыть. Ты же молодая, еще заработаешь! А у Олега здоровье слабое, ему нервничать нельзя!
Мужчины из службы взыскания переглянулись, доставая документы.
— Сумма долга критическая, — произнес старший. — Либо поручительство супруги, либо мы запускаем процедуру ареста вашей совместной недвижимости.
Светлана не спеша подошла к комоду, достала синюю пластиковую папку и положила ее на стол прямо перед гостями.
— Я ничего подписывать не буду. И мою квартиру вы не тронете. Страница третья, — ровным голосом произнесла она. — Это брачный договор. У нас установлен режим полностью раздельных финансов. А при наличии скрытых долгов доля мужа переходит мне в счет компенсации рисков. Квартира принадлежит только мне.
Мужчина внимательно вчитался в нотариально заверенные строки, сверяя печати.
— Документ составлен грамотно, — кивнул он и повернулся к Инне Петровне. — Квартира жены вне досягаемости. А вот у вас, уважаемая мама, есть отличная дача и счет в банке. Вы же выступали поручителем по его первым займам год назад.
Светлана достала из своей папки еще один лист и пододвинула кредиторам.
— Вот свежая выписка из Росреестра на недвижимость Инны Петровны. Я подготовила её для вашего удобства. Работайте с её имуществом.
Свекровь стала судорожно хватать воздух ртом.
— Как... мою дачу? Олег! Скажи им, что это путаница! Какая выписка?!
Но Олег продолжал молчать, затравленно глядя на мать. Его гениальный план выехать за счет жены провалился, подставив под прямой удар собственную мать. Инна Петровна тяжело осела на стул, осознавая, что расплачиваться за глупость взрослого сына теперь придется её личной недвижимостью.
— Господа, вопросы взыскания долгов обсуждайте на другой территории, — Светлана достала из папки последний документ. — А это копия моего заявления на развод. Олег, у тебя есть ровно пятнадцать минут, чтобы собрать личные вещи и покинуть мой дом навсегда.
Олег попытался открыть рот, но под тяжелым взглядом кредиторов молча поплелся в спальню скидывать вещи в сумку.
Через пятнадцать минут входная дверь захлопнулась. В квартире стало удивительно легко дышать.
Светлана прошла в прихожую. Она открыла обувную тумбу, достала свои старые, расклеившиеся сапоги, в которых отходила пять зим ради мифического «общего будущего», и с размахом швырнула их в мусорный пакет. Затем она взяла телефон и набрала номер элитной стоматологической клиники, мимо которой проходила каждый день.
— Здравствуйте. Я хочу записаться на установку импланта. Да, самого лучшего. Ближайшее свободное время?
Она стояла посреди своей собственной, свободной квартиры, слушала голос администратора в трубке и чувствовала сумасшедший, пьянящий восторг. Впервые за пять лет она собиралась потратить свои деньги на себя. И это было лучшее вложение в ее новую жизнь.