История Ларисы Анатольевны Лужиной напоминает сценарий драматического фильма. Девочка, пережившая блокаду, эвакуацию и послевоенную неустроенность, стала женщиной, которую снимали для французских журналов, которой посвящали песни и которую приглашали в европейское кино без проб. И это тот редкий случай, когда выражение «в жизни как в кино» не выглядит преувеличением.
Хлеб под подушкой и билет в новую жизнь
Самая страшная и самая важная сцена в её жизни случилась задолго до прихода славы. Когда умер отец Ларисы, мать Ларисы нашла под подушкой кусочки хлеба. Оказалось, он не доедал свой блокадный паёк и прятал хлеб для младшей дочери. Старшей сестры к тому моменту уже не было в живых, бабушка погибла во время обстрела, а из большой семьи после войны остались только Лариса и мама.
Потом была эвакуация по Ладоге, возвращение в Ленинград и новый удар: родной дом оказался занят чужими людьми. Так они перебрались в Таллин к родственникам. Начинать жизнь заново пришлось буквально с маленькой комнатки, зато именно там Лариса получила то, что потом пригодится ей неожиданным образом: эстонский язык, привычку держаться и внутреннюю выносливость человека, которого уже мало чем напугаешь.
Не поступила в театр, зато попала в кино почти с улицы
Путь в профессию у Лужиной был непростой. Она мечтала о сцене, но с первого раза провалила поступление в театральный институт. Лариса Анатольевна Успела поработать и на заводе, и на фабрике, и секретарём, а ещё выходила на подиум в таллинском Доме моделей.
Решающим в её карьере оказался почти бытовой случай: напротив дома находилась киностудия. Ларису Анатольевну позвали в массовку, потом дали крошечный эпизод, а дальше её фотографию показали Сергею Герасимову. На прослушивании Лужина читала так, что великий режиссёр не стал долго размышлять и взял её на курс. Так девушка, которая ещё недавно искала хоть какую-то работу, оказалась во ВГИКе среди будущих звёзд и в атмосфере, где студентов учили не только актёрскому мастерству, но и, кажется, самой жизни.
Канны, твист и почти испорченная карьера
Настоящая известность пришла к Ларисе Лужиной после фильма «На семи ветрах». И вместе с ней случилась поездка в Канны, где всё пошло слишком хорошо, чтобы обойтись без советского скандала. Для фестиваля Ларисе Анатольевне достались настолько красивые платья, что французская пресса обратила на неё внимание, а потом случился тот самый твист.
Она просто вышла танцевать. Но для советской культурной системы это было почти политическим заявлением: молодая актриса, буржуазный танец, иностранные журналисты, обложка Paris Match — набор, от которого чиновники нервничали сильнее, чем от плохого сценария. Лужиной грозил статус невыездной, а вместе с ним и резкое торможение карьеры. Спас её Герасимов, который, по сути, заявил: советская артистка должна уметь всё.
Высоцкий, Германия и редкий талант
Позже в жизни Ларисы Анатольевны появился ещё один красивый сюжет — Высоцкий. После забавной истории о прогулке по Парижу он написал ту самую песню со строчкой «Она была в Париже». А затем случилась и европейская глава: немецкий режиссёр увидел Лужину на экране и пригласил сниматься без кинопроб. Для советской актрисы, пережившей блокаду и выросшей с вполне понятной послевоенной неприязнью к Германии, это было почти психологическое испытание.
Но оно обернулось важной профессиональной победой: новые роли, язык, съёмки, другой масштаб жизни. Лужина прожила насыщенную жизнь, в которой были потери, успех, любовь, разочарования и редкий талант — выдержать всё и не ожесточиться. Наверное, именно поэтому её история так цепляет и сегодня.
Больше о советском кино вы можете узнать из следующих книг:
Похожие материалы: