– Девочки, вы заметили, какие симпатичные ребята учатся на соседнем потоке
Лерка вошла в комнату общежития с мечтательной улыбкой и, не снимая сумки, опустилась на край кровати. – Глаза сами выбирают, на кого смотреть. Вот бы познакомиться с кем-нибудь из них поближе.
– Лера, тебе бы только знакомства заводить, – рассмеялась Геля, не отрываясь от конспекта. – Ты сюда учиться поступила или за кавалерами охотиться? До второго курса тебя как пропустили?
– Одно другому не мешает, – фыркнула Лера. – К тому же преподаватели у нас почти все мужчины. А уж я знаю, как с ними разговаривать, чтобы зачёт оказался в ведомости.
Геля лишь покачала головой, улыбнулась и снова склонилась над записями.
В институтской столовой было тесно и шумно. Проголодавшиеся студенты окружили раздачу, торопили очередь, переставляли подносы и нетерпеливо поглядывали на оставшиеся блюда. Геля взяла тарелку с мутноватыми щами и двинулась дальше, туда, где стояли биточки с макаронами. На раздаче лежал последний пирожок с картошкой. Девушка успела взять его первой, за мгновение до того, как за выпечкой потянулась рука парня, стоявшего следом.
– Так нечестно, – раздалось у неё над ухом. – Три пары высидеть и остаться без пирожка. Вот это досада.
Геля обернулась и увидела парня с таким огорчённым лицом, будто именно этот пирожок был его главной целью на день. Он смотрел на её добычу с надеждой, и выражение его лица оказалось таким забавным, что она не удержалась от улыбки.
– Не улыбайся, – с нарочитой обидой сказал он. – Я шёл к нему шесть долгих часов.
– Хорошо, что не лет, – хмыкнула Геля. – Ладно, забирай.
Она переложила пирожок ему на поднос, расплатилась и направилась к пустому столику.
– Спасибо, ты буквально спасла мой обед, – парень тут же устроился напротив, опередив какую-то студентку, которая уже собиралась занять место. – Как зовут добрую спасительницу?
– Геля, – ответила девушка, смутившись.
– А полностью? – Он расположился так непринуждённо, будто они давно были знакомы.
– Ангелина, – ещё тише произнесла она и почувствовала, что щеки теплеют. К такому вниманию со стороны парней она не привыкла.
– Ангелина? Значит, почти ангел, – оживился незнакомец. – Всё сходится. Ты мой ангел-спаситель. А я Ден.
Он протянул руку через стол, и Геля осторожно пожала её.
– Теперь нам нельзя расходиться, – заявил Ден, увлечённо работая ложкой. – Кто же будет присматривать за моими обедами?
– Меня от такой ответственности укачает, – пробормотала Геля, но улыбнулась.
– Решено. Будем присматривать друг за другом. Ангелам, наверное, тоже иногда нужна поддержка.
Он подмигнул ей, дождался, пока она доест, забрал оба подноса, а затем догнал Гелю уже в коридоре.
– На каком ты курсе? – спросил он и подхватил её под руку так уверенно, будто знал её много лет.
– На втором, – ответила она, пытаясь осторожно выдернуть руку.
Ден держал мягко, но крепко.
– Вот совпадение! Я тоже на втором.
– Правда? – Геля невольно удивилась. Он казался старше её однокурсников. – Я решила, что ты уже на четвёртом.
– Почти угадала, – усмехнулся он. – Должен был бы быть на четвёртом, но после первого курса уехал на службу по государственному направлению, затем остался ещё на год. Так что теперь учусь вместе с младшими.
Он сказал это без злости, и Геля невольно улыбнулась.
С того дня они почти не расставались. Денис снимал небольшую квартиру недалеко от института, и Геля всё чаще оставалась у него после занятий. Это, конечно, не укрылось от Леры. С первого дня, когда она увидела Дениса в институте, он ей понравился, но сам он словно не замечал её. Всё его внимание принадлежало Геле.
– Что он в ней нашёл? – жаловалась Лера подругам. – Тише воды, ниже травы, и всё равно он ходит за ней как привязанный.
А Ден действительно не видел вокруг никого, кроме Гели. Они уже строили планы на годы вперёд.
– Я обязательно познакомлю тебя с родителями, – говорил он. – Ты им понравишься, я даже не сомневаюсь. Будем жить в большом доме. А если не захочешь, купим отдельный дом или построим. Ты станешь замечательным доктором, а я главным врачом.
– Почему это я просто доктором, а ты главным? – с притворной обидой спрашивала Геля.
– Так как у главного больше ответственности, а я не хочу, чтобы моя жена несла всё на себе.
– Жена? – удивилась она.
– Конечно. Мы же поженимся. Ты разве против?
Он смотрел на неё внимательно и немного настороженно.
– Нет, – улыбнулась Геля. – Не против.
Однажды Денис принёс ей необычный цветок в горшке.
– Он цветёт один раз за всю жизнь, – объяснил он, вручая растение. – Если ухаживать правильно, может прожить лет десять. Название, честно говоря, не запомнил. Он ядовитый, зато цветёт красиво, и говорят, приносит счастье.
– Ден, давай оставим его у тебя, – предложила Геля. – В общежитии за ним будет сложно следить. Кто-нибудь случайно тронет листья, и неприятностей не избежать. А к тебе я буду приходить и ухаживать за ним сама.
Денис счёл это разумным. Геля купила красивое кашпо и поставила растение на подоконник в его квартире. Теперь они оба с интересом ждали того редкого дня, когда цветок наконец распустится.
Ближе к окончанию института к Геле начал проявлять настойчивый интерес Никита, их однокурсник. Он был привлекательным, учился вполне уверенно, а преподаватели прочили ему серьёзное будущее. Никита стал подкарауливать Ангелину, когда она оставалась одна.
– Ангелин, подожди, – остановил он её однажды после занятий, когда она направлялась в общежитие. – Ты мне очень нравишься.
– Никита, ты ведь знаешь, что я встречаюсь с Денисом.
– И что? Ты же не его жена.
– Пока не жена, но это вопрос времени. И уходить от него я не собираюсь. Давай больше к этому не возвращаться.
Она сказала это спокойно, но твёрдо, и ушла. Однако Никита не собирался отступать. Он снова и снова появлялся на её пути, приносил цветы, предлагал подарки, но Геля всё возвращала ему сразу.
Перед самым дипломом она почувствовала недомогание. Врач подтвердил её догадку: она ждала ребёнка. Вернувшись из поликлиники, Геля долго сидела в комнате общежития, погружённая в мысли. Лера сразу заметила её состояние.
– Ты чего такая погружённая в мысли? – спросила она, присаживаясь рядом. – Что-то случилось?
Геля сама не поняла, почему решила поделиться именно с ней, но рассказала о ребёнке.
– Ден уже знает? – быстро спросила Лера.
– Нет. Я его ещё не видела, – ответила Геля и мечтательно улыбнулась.
– Подруга, положение у тебя непростое, – протянула Лера так, что Геля насторожилась.
– Что ты имеешь в виду?
– Ты вообще знаешь, кто такой твой Ден? Знаешь, кто его отец?
Геля отрицательно покачала головой.
– Его отец крупный предприниматель, – с усмешкой продолжила Лера. – А твои родители простые рабочие. Думаешь, его семья всю жизнь мечтала видеть рядом с единственным сыном девушку без связей и положения? Сейчас ему удобно быть с тобой, пока институт не окончен. А дальше, уверяю, ему уже подберут подходящую невесту, какую-нибудь дочь партнёра. И новость о ребёнке его не удержит.
Геля побледнела.
– А если он узнает, что ты выяснила про его семью, – продолжила Лера, понижая голос, – решит, что ты специально решила войти в их дом через ребёнка. На твоём месте я бы пока молчала.
Слова Леры заставили Гелю многое пересмотреть. Она и правда почти ничего не знала о родителях Дениса, кроме того, что он всегда говорил о них тепло. Девушка решила не спешить с разговором.
Есть люди завистливые, а есть такие, кто без колебаний вмешивается в чужую судьбу. Лера относилась ко вторым. Услышав о ребёнке, она поняла: Ден не оставит Гелю. Нужно было заставить его усомниться.
О чувствах Никиты к Ангелине Лера догадывалась давно. А когда случайно увидела, как он снова протягивает Геле цветы, тут же сделала несколько снимков. То, что Геля вернула букет и пакеты обратно, Денису знать было совсем не обязательно.
Перед самой защитой диплома Лера отвела Дениса в сторону.
– Ден, это, конечно, не моё дело, но твоя Геля не такая тихая, какой кажется, – начала она заговорщическим тоном.
– Лер, не смеши, – отмахнулся Денис. – Мы с ней почти всё время вместе.
– Правда? Тогда взгляни.
Она протянула ему распечатанные фотографии. На них Геля стояла рядом с Никитой, и из-за выбранного ракурса казалось, будто она принимает цветы и подарки.
Денис нахмурился.
– Откуда это у тебя?
– Случайно увидела их вместе. Решила, что ты должен знать, как с тобой поступают.
Лера положила ладонь на его руку, будто хотела успокоить.
– Кстати, ты знал, что Геля ждёт ребёнка?
Денис застыл. В этот момент Лера краем глаза заметила, что по коридору идёт Геля. Девушка быстро наклонилась к Денису, поцеловала его в щёку и ушла, оставив его в полной растерянности.
Геля почувствовала, как внутри всё оборвалось. Лера знала о её положении и при этом так легко целовала Дениса, а он стоял и ничего не говорил.
– Ден, мне нужно тебе кое-что сказать, – произнесла Геля, подходя ближе. Она решила: как бы ни сложилось дальше, он должен узнать правду от неё.
– Неужели? – Он хмуро посмотрел на неё и сунул ей в руки фотографии. – Ты собиралась порадовать меня вот этим?
Геля смотрела на снимки и не понимала, что происходит.
– Денис, всё не так. Это совсем не то, что кажется.
– Конечно. И ребёнок, наверное, тоже не то, что кажется? Лера была права. А я ещё называл тебя ангелом.
Он развернулся и пошёл прочь, не дав ей договорить. Геля осталась стоять с бессмысленными фотографиями в руках и смотреть ему вслед.
Он даже не выслушал меня, пронеслось у неё в голове. Слёзы покатились по щекам. Она шла к общежитию, но ноги будто сами свернули в парк. Там Геля опустилась на скамейку и стала разглядывать снимки. Капли слёз падали на бумагу, расплываясь пятнами.
– Почему такая сырость на ровном месте? – рядом вдруг оказался Никита. Он сел на скамейку и заглянул ей в лицо. – Геля, что случилось?
Она не ответила. Никита заметил фотографии, взял их и удивлённо нахмурился.
– Ничего себе. Откуда это у тебя? Денис увидел и приревновал?
– Никита, уходи, пожалуйста, – прошептала она, не выдержав. – Я жду ребёнка, а он решил, что это твой.
– Значит, он зря сомневается в тебе. Послушай, выходи за меня. Я буду хорошим отцом твоему ребёнку. А он пусть дальше верит чужим словам. Мы уедем в мой город сразу после диплома. Меня уже пригласили в частную клинику. Ты спокойно родишь, а затем тоже устроишься, хоть туда же.
Геля подняла на него глаза. От неожиданности слёзы будто иссякли.
– Ты серьёзно?
– Абсолютно.
Никита взял её ладони и прижался к ним губами.
– Ты знаешь, как я к тебе отношусь. А если Денис снова позволит себе причинить тебе боль, я поговорю с ним так, чтобы он понял.
До защиты диплома Геля и Денис ни разу не встретились. Он избегал мест, где могла появиться бывшая возлюбленная, а Лера всё время оказывалась рядом и продолжала нашёптывать ему неприятные истории об Ангелине.
Получив диплом, Геля всё же решилась ещё раз поговорить с Денисом. Она пришла к его съёмной квартире и уже подняла руку к звонку, когда за дверью услышала женский голос и смех. Это была Лера. Пальцы Гели застыли в воздухе. Она так и не нажала кнопку.
На следующий день Ангелина уехала вместе с Никитой. Она не знала, что Лера сняла эту квартиру для себя, а Денис давно оттуда съехал.
Через месяц Геля и Никита поженились и поселились в его квартире. Он действительно устроился в клинику, но жену на работу отпускать не хотел.
– Давай ты спокойно проведёшь оставшиеся месяцы, родишь, а я буду вас обеспечивать, – предложил он. – Сама знаешь, работа с пациентами требует много сил, а тебе сейчас нужно беречь себя.
Геля согласилась. В положенный срок у неё родился сын. Уже в младенчестве было ясно, что мальчик очень похож на Дениса. Никита замечал это и внутренне злился, хотя старался не показывать. Он знал, что Геля вышла за него без любви, но надеялся: со временем она полюбит его. Годы шли, а её чувства не менялись. Кроме благодарности, она ничего к нему не испытывала, хотя старалась быть честной и заботливой женой.
Когда сыну исполнилось три года, Геля вышла на работу медсестрой в отделение городской больницы, где требовался особый уход за тяжёлыми пациентами. Стать врачом без ординатуры и аккредитации она не смогла. Пока однокурсники продолжали обучение и получали право работать по специальности, она занималась маленьким сыном.
К тому времени Никита решил заняться собственным делом. Совета у Гели он не спросил, просто поставил её перед фактом.
– Я открываю частный санаторий за городом. Там свежий воздух, рядом река, клиенты найдутся.
– Никита, ты ведь врач, причём хороший, – осторожно сказала Ангелина. – Зачем тебе это? Санаторий это не кабинет. Там нужно считать расходы, нанимать людей, понимать рекламу, управлять финансами. Нужен опыт или хотя бы партнёр, который давно в этом разбирается. У тебя есть такой человек?
– Найду, – резко ответил он. – А от тебя я ждал поддержки, а не сомнений. Я же поддержал тебя, когда Ден от тебя отказался. Даже мою фамилию дал его сыну.
Никита впервые за эти годы так прямо вспомнил Дениса.
– Я благодарна тебе, – тихо ответила Геля, почувствовав, как эти слова цепляют самое больное.
– Что мне твоя благодарность? Лучше бы ты любила меня так, как любила его.
Он резко вышел из дома, громко закрыв дверь. Это стала их первая серьёзная ссора за пять лет.
От этой идеи Никита не отказался. Он набрал кредитов, закупил оборудование и мебель, нашёл здание, которое можно было перестроить. Геля всё реже видела мужа дома, а возвращался он всё чаще с запахом чужих духов на одежде.
Через два года мини-санаторий открылся, но люди не спешили ехать в неизвестное место. Летом появлялись несколько отдыхающих, зимой здание почти пустовало. Одна обеспеченная клиентка, приезжавшая туда регулярно, быстро стала для Никиты слишком близкой.
Ещё через год рядом с его заведением появился крупный современный санаторий. У конкурентов были профессиональные массажисты, тренеры, врачи, большая база клиентов, новое оборудование, тренажёры, бассейн и теннисные корты. У маленького санатория Никиты не осталось шансов. Ему пришлось закрыть дело, распродав оборудование и имущество почти за бесценок.
Банки требовали вернуть кредиты, взятые на развитие, но денег не было. Сначала Никита пытался закрывать одни долги новыми займами, но окончательно запутался. Затем он стал пропадать из дома, оставив Гелю разбираться с требованиями кредиторов.
Перед исчезновением он устроил ей тяжёлый разговор.
– Я ради тебя свернул жизнь с нормальной дороги, – говорил он, сидя на кухне с мутным взглядом. – Взял тебя с чужим ребёнком, а ты хоть раз посмотрела на меня так, как смотрела на Дениса? Ты только упрекаешь меня и жалуешься.
– Никита, ты обвиняешь меня в решениях, которые принимал сам, – не выдержала Геля. – Это не я просила тебя жениться на мне. Ты сам позвал меня, зная, что я жду ребёнка от другого. И не я заставляла тебя открывать санаторий. Ты решил, что справишься с делом без опыта. И именно ты не дал мне пройти аккредитацию, чтобы я могла работать врачом. Из-за этого я до сих пор медсестра. За что именно я должна быть тебе благодарна сверх того, что уже говорила?
Никита поднял на неё помутневшие глаза, усмехнулся и вышел из квартиры.
Вскоре банки и кредиторы начали звонить Геле, требуя немедленно вернуть огромные суммы. Никита на телефон не отвечал. От этих звонков она почти потеряла покой. Стала рассеянной, отвечала сыну невпопад, а ночами сидела у его кровати и тихо плакала, чувствуя вину перед ним.
Кирюша будто понимал, что с мамой происходит что-то тяжёлое, и старался лишний раз её не тревожить. В шесть лет он был смышлёным мальчиком и всё сильнее становился похож на родного отца.
На работе тоже заметили, что Геля сама не в себе.
– Лина, что с тобой? – однажды подсела к ней коллега, медсестра Надя. – Вчера ты три раза доставала из шкафа физраствор и ставила обратно, так и не отнесла его пациенту из третьей палаты. А сегодня понесла обед человеку, которому питание дают через зонд.
Геля не выдержала и расплакалась.
– Я больше не могу, Надя. Никита скрывается от кредиторов, а они звонят мне. Боюсь, скоро начнут давить сильнее. Где я возьму такие деньги? Даже если найду подработку, мне никогда не закрыть все его долги. А Кирюша будет один целыми днями. Я не справляюсь, всё как круг без выхода.
Надя обняла её за плечи.
– Я не хотела говорить раньше времени, но мы с мужем уезжаем в деревню к его родителям. У меня есть подработка: уход за пожилым пациентом, который не встаёт. Нужно передать его кому-то надёжному. Я думаю, ты подходишь лучше всех. Он обеспеченный, сын у него тоже при деньгах. Платят хорошо. Можно жить прямо в их доме. Я не оставалась там на ночь, меня муж забирал на машине. Хочешь, сходи, познакомься. Я скажу им, что нашла замену.
Надя вырвала листок из тетради, написала адрес, рассказала о пациенте и пожелала Геле удачи.
После смены Ангелина действительно отправилась по указанному адресу, чтобы узнать условия. Она нажала звонок, и через несколько секунд дверь открылась. На пороге никого не было.
– По коридору налево, – раздался голос откуда-то сверху.
Геля подняла голову и увидела камеру, направленную прямо на неё. Она прошла по коридору, как ей сказали, и вошла в просторную комнату. На ортопедической кровати лежал пожилой мужчина. Рядом стоял монитор, на который выводились изображения с камер в доме и у входа.
– Надежда предупредила меня о замене, – отчётливо произнёс пациент. – Жаль, что уезжает. Надеюсь, вы будете справляться не хуже.
– Я постараюсь, – ответила Геля, внимательно посмотрев на него.
– И сколько надеетесь здесь продержаться? Предупреждаю сразу: работу спустя рукава я не терплю.
– Сколько потребуется, столько и буду, – твёрдо сказала она. – Правда, мне не сообщили, как вас зовут.
– Ишь, с характером, – приподнял бровь мужчина. – Это хорошо. Глеб Аркадьевич. Так и зови.
– Мы с вами разве давно знакомы? – нахмурилась Геля. – Почему вы обращаетесь ко мне на ты?
– Вот как, у нас строгие правила, – усмехнулся Глеб Аркадьевич. – Ладно, будем на вы. А вас как величать?
– Можете звать меня Лина, – ответила Геля и невольно улыбнулась.
Мужчина ей понравился. Она почувствовала, что работать здесь сможет.
– Надя сказала, что у вас можно жить. Я правильно поняла?
– Правильно. Можете даже отпуск на основной работе взять, чтобы не ездить туда-сюда. Глядишь, быстрее поставите меня на ноги и избавитесь от старого пациента.
– При переломе шейки бедра спешка только мешает, – спокойно возразила Геля. – Лучше лежите, будем восстанавливаться медленно, но надёжно. Самое сложное уже миновало.
Она помолчала и решилась спросить о главном.
– Глеб Аркадьевич, у меня есть сын Кирилл. Ему шесть. Он может жить здесь со мной?
– А отец где? – нахмурился мужчина.
– Скрывается. Набрал долгов и исчез, а разбираться приходится мне. Поэтому я и ищу такую работу.
Геля не стала скрывать правду и мысленно уже попрощалась с этим местом.
– Да, непорядочных людей на свете хватает, – вздохнул Глеб Аркадьевич. – Ладно. Места в доме хватит хоть на большую семью. Привозите мальчишку. С ребёнком, может, и веселее будет.
Когда Геля привела Кирюшу, Глеб Аркадьевич долго разглядывал мальчика. Кирилл сразу подсел к кровати и засыпал хозяина вопросами.
– А как вы ногу сломали? А как врачи её собрали? А почему вы пока не ходите? А сколько вам лет? А где ваша жена?
Глеб Аркадьевич кряхтел от такого напора любопытства, но отвечал подробно. После вопроса о супруге Геля шикнула на сына, однако хозяин махнул рукой.
– Ничего, пусть спрашивает. Моей жены уже пять лет нет рядом. Она долго болела и ушла из жизни.
– Ушла? А вернётся? – не понял Кирюша.
– Разве что во сне, – мягче сказал Глеб Аркадьевич.
– Кирюш, когда говорят ушла из жизни, значит, человека больше нет с нами, – объяснила Геля. – Глеб Аркадьевич, лучше называйте вещи так, чтобы ребёнок мог понять. Сын уже способен воспринимать такие объяснения.
Пожилой мужчина улыбнулся.
– Смышлёный парень. Весь в маму? Или больше на отца похож?
Он снова внимательно пригляделся к мальчику, словно пытался узнать в нём знакомые черты.
– Я в маму, – уверенно заявил Кирилл. – Такой же умный.
Взрослые рассмеялись. Со временем Глеб Аркадьевич всё сильнее привязывался к ребёнку. Он рассказывал ему о любимой работе, о реконструкции старинных зданий по всей стране, о местах за границей, где ему довелось бывать. Рассказывал и о сыне, враче-эпидемиологе, сотруднике международной организации здравоохранения, который уже пять лет ездил по государствам Азии и Африки, помогая останавливать опасные вспышки болезней.
– Значит, ваш сын герой? – восхищался Кирюша.
– Он сам так не считает, – улыбался Глеб Аркадьевич. – А я думаю, герой тот, кто хорошо делает дело. Вот твоя мама тоже герой. Благодаря ей я уже начал садиться сам. Скоро буду вставать, а там и в парк с тобой пойду гулять.
Геля слушала их и улыбалась про себя. Ей так хотелось, чтобы у Кирюши был такой дедушка. С родителями Никиты близости не получилось, и общения почти не было.
Однажды Глеб Аркадьевич вдруг спохватился:
– Лина, дочка, совсем забыл. Сын просил поливать цветок на подоконнике. Полей, пожалуйста, а то он мне всю голову снимет, если растение завянет. Лейка стоит рядом с горшком.
Геля отодвинула штору и замерла. На окне стоял тот самый цветок, который когда-то подарил ей Денис. И кашпо было то же самое.
Этот цветок распускается один раз за всю жизнь. Говорят, на счастье, вспомнила она слова Дена.
В этот миг к дому подъехало такси. Из машины вышел мужчина, при взгляде на которого кровь прилила к щекам Гели, а руки затряслись. Это был Денис.
Он открыл дверь ключом и вошёл в комнату к отцу.
– Пап, я вернулся!
Улыбка медленно исчезла с его лица, когда он увидел женщину у окна с лейкой в руке.
– Геля...
– Ден...
Они стояли напротив друг друга и не могли отвести глаз.
– Мам, это дядя Денис, тот самый герой, – нарушил неловкое молчание Кирюша.
Денис посмотрел на мальчика. В его взгляде что-то дрогнуло. Глеб Аркадьевич тоже внимательно переводил глаза с сына на ребёнка, и, кажется, начал понимать больше, чем было сказано вслух.
– Вы знакомы? – строго спросил он Дениса.
– Учились вместе, – ответил тот, всё ещё глядя на Гелю.
Глеб Аркадьевич ждал продолжения.
– И мы встречались, пока...
– Пока тебе не наговорили обо мне того, чего не было, – не выдержала Геля. – А ты поверил не мне, которую знал столько лет, а чужим словам. Ты даже не дал мне возможности объяснить. Я не собиралась оправдываться, так как мне было не в чем. Я шла к тебе сказать, что у нас будет ребёнок. Твой ребёнок.
– Значит, Кирюша мой внук? – наконец произнёс Глеб Аркадьевич.
– Подождите, как внук? – растерялась Геля. – У вас ведь разные фамилии. Если бы я знала, я бы ни за что...
– Я не родной сын, – тихо сказал Денис, будто только сейчас смог говорить. – Отец женился на маме, когда я уже был взрослым. Фамилию менять смысла не было. Но он всегда относился ко мне как к родному, и я люблю его как отца.
– Тогда почему твой родной сын живёт с человеком, который ему чужой? – сурово спросил Глеб Аркадьевич, глядя Денису в глаза.
Денис опустился на стул и провёл руками по лицу.
– Гель, прости меня. Я был слеп. Думал, разум потеряю, когда увидел те фотографии. А Лера ещё сказала, что ты ждёшь ребёнка.
В комнате повисла тяжёлая тишина.
Прошло полгода. После развода Никита уехал на север, подальше от кредиторов. А из кабинета аттестационной комиссии вышла сияющая Геля и помахала свидетельством об аккредитации специалиста.
– Ну что, можете меня поздравить. Теперь я настоящий врач!
Кирюша бросился к ней и крепко обнял. Денис достал из-за спины роскошный букет. Рядом с ним стоял Глеб Аркадьевич, опираясь на трость, и протянул Ангелине руку.
– Поздравляем. Теперь можно болеть спокойно: два врача в семье, круглосуточная помощь обеспечена.
Геля и Денис переглянулись. Он притянул её к себе, коснулся губами виска и тихо сказал:
– А цветок всё-таки распустился.