— Полина, ты чего? Это же детский лагерь! Все ребята мечтают там побывать!
— Игорь, ну сам подумай, зачем им лагерь, когда у них есть бабушка в деревне? Там свежий воздух, там друзья …
— В лагере тоже свежий воздух — он же прямо в лесу находится, ты же сама читала! И друзей там человек сто новых появится у них. Разве не круто?
— Ну, не знаю…
Муж пытался убедить меня, что поездка в лагерь для нашей детворы — четырнадцатилетнего Егора и двенадцатилетней Миланы — это намного лучше, чем очередной визит к бабушке (моей маме) в деревню. Дети годом раньше уже ездили к ней, и мама настоятельно просила отправить их этим летом снова. Как можно раньше. Мы бы и рады с мужем отправить, но весь июнь у нас был распланирован: Егор ходил на подготовку к олимпиаде по математике, Милана продолжала заниматься плаванием, несмотря на каникулы. А вот в июле — позвонили со службы социальной защиты, предложили взять две путёвки в лагерь по области — совершенно бесплатно. Место, вроде, тоже неплохое: лес, свежий воздух, речка рядом, сто километров от города. Игорь сказал, чтобы соглашалась, не думала, ну я и согласилась. А теперь вот думала: зачем им лагерь, когда у них бабушка в деревне живёт?
— А может, мы у детей спросим, куда они больше хотят ехать? Дадим им право выбора? — предложил Игорь, видя мою нерешительность.
Я только фыркнула.
— Ой, да какой там выбор? Им волю дай, они все каникулы дома проваляются со своими гаджетами в обнимку.
— Ну тогда тем более — в лагерь! Я слышал, там телефоны забирают, и дают всего на полчаса вечером, домой позвонить. Да и интернета там толком нет. Идеально!
— А ты откуда знаешь?
— Да у Гришки Лосева сынок в том году ездил в этот же лагерь. Говорит, вернулся в восторге, сказал, ещё поедет!
— Ну не знаю. Давай я с мамой посоветуюсь.
— Давай, — согласился муж, видимо, устав от моих колебаний.
Я позвонила маме на следующий день. Описала ей ситуацию, стараясь максимально мягко преподнести новость о лагере.
— Ты что! — накинулась на меня мама по телефону, даже не дав договорить. — Какой лагерь? А вдруг они там отравятся? Там же еда такая, неизвестно из чего! А вдруг заболеют? Там же дети со всей области, притащат какую-нибудь заразу!
— Мам, это хороший лагерь. С хорошими рекомендациями. Мы смотрели отзывы в интернете, всё прилично.
— Ага. Так значит? — Мамин тон вдруг стал обиженным. — А бабушке здесь одной на огороде и с хозяйством корячиться?
— Мамуль, так они приедут к тебе в августе, на две недельки. Мы их обязательно привезём, и они тебе помогут со всем, обещаю!
— Две недельки? Вы обещали на два месяца! Забыла, что ли? Я вообще просила внуков на всё лето! А она — две недельки!
— Ну не могу я на весь август их отпустить, ты же понимаешь. Мне ещё к школе их готовить надо, покупать всё…
— Конечно. Все только и думают, что о себе. А про бабку забыли!
Мама обиделась. Она вообще в последнее время стала очень обидчивая. После того, как не стало моего отца, она так ревностно стала относиться к нашему к ней вниманию. Тем более брат мой Виталик, как женился, в столицу уехал, и мать вообще забыл. Я одна осталась, кто матери звонил каждую неделю, внуков вон ещё, старались к ней отправлять, чтобы помогали. Но в этом году вот такая дилемма возникла: лагерь или деревня?
— Ну что? Что мама сказала? — спросил Игорь вечером.
Я пересказала ему наш разговор, не утаивая маминых претензий и угроз. Муж покачал головой.
— Ты лучше у них спроси, чего они сами-то хотят! — продолжал сыпать идеями Игорь.
И я спросила.
— Ребята, тут такое дело… Бабушка хочет, чтобы вы приехали к ней в деревню на два месяца. Но ещё нам предложили путёвки в лагерь. Что скажете?
— Мам, чего тут думать? Конечно в лагерь! — воодушевился новостью Егор.
— Лагерь! Лагерь! — тут же поддержала его сестра Милана. — Это же намного интереснее, чем сидеть в деревне!
— Но ведь вы тогда в деревню всего на две недели поедете? — привела я последний аргумент в пользу бабушки. Я ждала, что хоть кто-то из них начнёт сомневаться. Но…
Дети переглянулись. Начал Егор.
— Мам, если честно, я бы в деревню вообще не ехал, — сказал он, виновато пряча глаза.
— И я, — подхватила Милана. — Я бы тоже туда не ехала.
Я опешила.
— Но как? У вас же там друзья? Там бабушка…
— Ой, да какие там друзья? — продолжал удивлять меня Егор. — Тяпки да вёдра — вот наши друзья в бабушкиной деревне. С утра до ночи на огороде! Прополка, полив…
— А ещё — тряпки да метёлки, — подхватила эстафету дочка, поддакивая брату.
Это было настолько непохоже на радужные рассказы мамы, что я не знала, как реагировать.
— Но как так? Бабуля ваша мне совсем другое говорила! Она рассказывала, что вы там на улицу ходите, гуляете с деревенскими ребятами, на речку бегаете…
— Ага, гуляем, — усмехнулся Егор. — Днём работы невпроворот, пока деревенская детвора на речке плескается или на великах гоняет. А вечером, когда они на танцы или на посиделки идут, бабуля свою шарманку заводит: «Никуда не пущу! А вдруг с вами что-то случится? Что я родителям скажу?». Вот и сидим с Миланкой в четырёх стенах — ни мультиков, ни интернета.
— Странно. Она мне совсем другое говорила, — повторила я, словно пытаясь убедить саму себя.
— Угу. Конечно. Она расскажет. Она тебе всякого нарасскажет, лишь бы ты нас к ней отправляла. Иначе кто за неё всю работу делать будет?
Я была в шоке от услышанного. Я-то думала, у детей там лето проходит, как у нас с братом в детстве — днём из речки не вылезали, вечером игры с друзьями, потом танцы в клубе до полуночи. Да, родителям тоже помогали, но не так, чтобы целыми днями. И отпускали всегда без лишних вопросов, зная, что мы будем осторожны.
Видимо, мама с годами очень изменилась. Или времена изменились. Или чувство ответственности за чужих детей, пусть даже и внуков.
Вечером я рассказала всё Игорю.
— Вот видишь, — заметил он. — Не так уж они и хотят в эту вашу деревню.
— Ты знал? — спросила я с укором, поднимая на него глаза.
— Конечно знал. Я их всегда спрашивал после возвращения из деревни: «Понравилось ли вам у бабушки?». И знаешь, радости в их глазах я не видел. Они мне всё рассказывали. Прости. Во всех подробностях, как ты сейчас. Как бабуля их заставляла работать, как не отпускала никуда…
— А почему ты мне не сказал?
— Расстраивать не хотел… — Игорь пожал плечами. — А ещё, думал, не поверишь, скажешь, что наговариваю на твою мать.
— Это точно. Я бы так и решила.
— Вот видишь.
Я тогда задумалась. А что, если я своими решениями, действительно, лишаю их детства? Меня никто в детстве не отправлял в лагерь. Я, может, и хотела. Но тогда кто спрашивал, чего хотят дети? Время было такое. Непростое. Родители работали, дети летом были предоставлены сами себе.
А сейчас у детей есть выбор. И я, как мать, должна была его уважать. Я решила, что не буду больше давить на них.
Я опять пошла к детям, и спросила прямо, чего хотят они.
— Мам, — ответил Егор, не задумываясь, — давай сначала в лагерь, а потом к бабуле.
— К бабуле? — не поверила я.
— Ну да! — пожала плечами Милана.
— Вы сами хотите к бабуле?
— Конечно, — кивнул Егор. — Она же старенькая. Ей тоже нужно внимание. И наша помощь. Если не мы, то кто?
Я была безумно горда за детей. За то, какими мы их с Игорем воспитали. Дети сознательно шли на это добровольное «рабство», потому что любили бабушку.
Я позвонила маме, извинилась, что не смогу отправить к ней детей надолго. Но обещала, что они приедут к ней после лагеря на две недели.
Мама, конечно, обиделась. Рассчитывала на большее, как я и предполагала.
Знаете, я не против, чтобы мои дети приобщались к труду, помогали старшим. Это важно и нужно. Но я считаю, что всего должно быть в меру. И детство у ребят должно быть интересным.