Утром следующего дня Анастасия Петровна проснулась от шума за забором. Голоса были взволнованные, почти истерические. Она накинула халат и выглянула в окно.
У калитки Воронцовых собралась целая толпа дачников. Галина Васильевна размахивала руками и что-то горячо объясняла. Рядом стояла Марина Олеговна — соседка справа, высокая худощавая женщина с короткой стрижкой. Ещё несколько человек, которых Анастасия Петровна знала в лицо, но имён не помнила.
— Да что же это такое творится! — доносился голос Галины Васильевны. — Спокойно жить нельзя!
Анастасия Петровна накинула теплую кофту и вышла.
— Доброе утро, — поздоровалась она.
— Анастасия Петровна! — кинулась к ней Галина Васильевна. — А мы как раз про вас говорили!
— Ну-ну, рассказывайте.
— Да у Марины Олеговны тоже пропажа! — выпалила Галина Васильевна.
Марина Олеговна поджала губы:
— Не пропажа, а... странность какая-то. Я вчера вечером заперла дом, а сегодня утром дверь приоткрыта. Вроде ничего не пропало, но кто-то явно был.
— А что именно открыто было?
— Дверь на веранду. Я её всегда на крючок закрываю, а она нараспашку. И ещё... — Марина Олеговна помолчала. — Ещё у меня шкаф в спальне открыт был. Я точно помню, что закрывала.
— Может, ветром открыло? — предположил кто-то из толпы.
— Какой ветер? Вчера штиль был, — отмахнулась Марина Олеговна.
— А что в шкафу было? — спросила Анастасия Петровна.
— Да одежда, постельное бельё... И коробка с документами на антресолях. Вот её-то и трогали — стояла не на том месте.
Анастасия Петровна нахмурилась. Два случая за два дня — это уже не совпадение. Кто-то методично обшаривает дачи в поисках ценностей.
— Значит, воры орудуют, — сказал мужчина средних лет в выцветшей футболке, несмотря на ещё прохладное утро — Надо меры принимать.
— А кто воры-то? — возмутилась полная женщина с седой чёлкой. — Мы тут все друг друга знаем!
— Вот-вот! — подхватила Галина Васильевна. — Все свои, проверенные. Значит, кто-то чужой шастает.
— А помните, на прошлой неделе рабочие у Семёновых крышу крыли? — вспомнил кто-то. — Узбеки или таджики какие-то.
— Точно! И у Петровых забор строили! — оживилась толпа.
— Да не могли рабочие, — возразила Марина Олеговна. — Они же днём работали, на виду у всех. А дом мой ночью обшаривали.
— А может, приглядывались днём, а ночью вернулись? — предположил мужчина в футболке.
Толпа загудела. Версия с рабочими-мигрантами всем пришлась по душе — удобно, когда виноват кто-то чужой.
— Ерунда это всё, — вдруг сказала тихая женщина лет шестидесяти с добрыми глазами. — Рабочие ни при чём.
— Вера Сергеевна, а вы откуда знаете? — спросила Галина Васильевна.
— А я их видела, этих рабочих. Хорошие мужики, честные. Один даже кошелёк потерянный принёс — у Семёновых на участке нашёл.
— Ну и что это доказывает? — не сдавался мужчина в футболе. — Может, отвод глаз.
Анастасия Петровна слушала и думала. Обычная реакция — найти крайнего среди чужаков. Но её опыт подсказывал: в дачных кражах виноваты обычно свои. Те, кто знает, когда хозяева приезжают, что у них есть ценного, где лежат ключи.
— А давайте Анастасию Петровну попросим разобраться! — вдруг предложила Вера Сергеевна. — Она же следователь была. Профессионал.
Все повернулись к Анастасии Петровне. В глазах читалась надежда и ожидание.
— Да я уже на пенсии, — попыталась отбиться она. — И полномочий никаких нет.
— Ну хотя бы посоветуйте что-нибудь! — взмолилась Галина Васильевна. — А то мы тут с ума сойдём от подозрений.
— Да-да! — подхватили остальные. — Вы же понимаете в этом!
Анастасия Петровна вздохнула. Приехала отдыхать, а втягивают в детективную историю. Хотя, если честно, было любопытно. Давно она не имела дела с настоящей загадкой.
— Хорошо, — сказала она. — Но только неофициально. И без гарантий результата.
— Ура! — обрадовалась Галина Васильевна. — Мы все вам поможем!
— Тогда начнём с осмотра места происшествия, — решила Анастасия Петровна. — Марина Олеговна, покажите свой дом.
Толпа потянулась следом, но Анастасия Петровна их остановила:
— Извините, но чем меньше народу, тем лучше. Следы затопчете.
Дом Марины Олеговны был похож на соседние — одноэтажный, деревянный, с небольшой верандой. Дверь действительно была приоткрыта, хотя крючок висел на месте.
— Вот здесь, — показала Марина Олеговна на крючок. — Я точно помню, что застёгивала.
Анастасия Петровна присела и внимательно осмотрела замок. Никаких царапин, никаких следов взлома. Крючок просто сдвинули изнутри.
— Значит, кто-то вошёл с другой стороны, — пробормотала она.
Обошли дом кругом. Окна все целые, задняя дверь заперта. Но возле одного окна, выходящего в сад, Анастасия Петровна заметила примятую траву.
— А это окно вы закрывали?
— Конечно. На щеколду.
Анастасия Петровна осмотрела раму. Щеколда была сдвинута, но не до конца — окно можно было открыть снаружи, просунув тонкий предмет в щель.
— Вот тут и залезли, — сказала она. — Видите? Трава примята, на подоконнике царапины свежие.
— Господи! — ужаснулась Марина Олеговна. — Значит, правда кто-то лазил?
— Лазил. И не первый раз, судя по всему. Действовал уверенно, знал, где что искать.
Они прошли в дом. В спальне шкаф действительно был приоткрыт, на антресолях беспорядок. Но ничего не пропало.
— А что в этой коробке с документами? — спросила Анастасия Петровна.
— Да так... справки всякие, страховки, документы на дачу.
— И всё на месте?
— Вроде бы. Хотя я точно не помню, что там лежало.
Анастасия Петровна задумалась. Зачем кому-то рыться в документах? Если цель — деньги и ценности, то какая разница, на кого оформлена дача?
— А у вас есть завещание? Страховка крупная? — спросила она.
— Завещание есть, на внучку составлено. А страховка... да рублей на пятьдесят тысяч дом застрахован.
— Не густо, — хмыкнула про себя Анастасия Петровна. — А враги у вас есть? Люди, которые могли бы желать зла?
Марина Олеговна растерянно моргала:
— Да какие враги? Я тихая, никого не трогаю. Разве что...
— Что?
— Да ерунда. С Петровыми поругалась недавно. Из-за забора.
— Расскажите подробнее.
— Да они новый забор ставят, железный, высокий. И поставили криво — на мой участок захватили сантиметров двадцать. Я им говорю — мерьтесь, границы соблюдайте. А они — какая разница, говорят, двадцать сантиметров. Поскандалили мы тогда...
Интересно. Анастасия Петровна мысленно отметила этот факт. Петровы снова всплывают в разговоре.
Они вышли из дома, и тут в траве что-то блеснуло. Анастасия Петровна наклонилась — небольшой фонарик, явно не женский. Китайская подделка под дорогую марку.
— Ваш? — показала она Марине Олеговне.
— Нет, не мой. Откуда он?
— Вор обронил, видимо, — сказала Анастасия Петровна, заворачивая фонарик в носовой платок. — Улика.
К ним подошла Вера Сергеевна — та самая тихая женщина, что защищала рабочих.
— Ну что, нашли что-нибудь? — спросила она.
— Кое-что нашли. А вы тут давно живёте?
— Да уже лет пятнадцать. Все перемены видела, всех соседей знаю.
— И что скажете про Петровых?
Вера Сергеевна оглянулась, убедилась, что рядом никого нет, и понизила голос:
— А что про них сказать? Люди как люди. Только... странные немного.
— В каком смысле?
— Да приехали три года назад, дом сразу шикарный построили, машины дорогие. А работают, где — непонятно. Он говорит — бизнес, она — домохозяйка. Но какой бизнес в наше время такие деньги даёт?
— А может, наследство получили? Или квартиру продали в Москве?
— Может быть, — согласилась Вера Сергеевна. — Только ведут себя... как бы это сказать... не по-московски.
— То есть?
— Да слишком уж вежливые, что ли. И правильно говорят, как по учебнику.
Анастасия Петровна кивнула. Ещё одно подтверждение её подозрений.
— А дружат они с кем-нибудь?
— Ни с кем особо. Приезжают, в своём доме сидят. Разве что с Володей Ракитиным общаются иногда.
— А кто такой Володя Ракитин?
— Да участок у него в конце посёлка. Тоже новенький, два года как купил. Говорят, программист какой-то. Деньги есть, но не показывает. Машина простая, дом скромный.
— И как они дружат?
— А кто их знает. Видела пару раз, как Петровы к нему ходили. И он к ним заезжал.
Анастасия Петровна мысленно добавила Ракитина в список потенциальных свидетелей. А может, и подозреваемых.
— Хорошо, спасибо за информацию. А сейчас мне нужно поговорить с остальными соседями.
— А вы правда думаете, что найдёте вора? — с надеждой спросила Вера Сергеевна.
— Попробую. Хотя дело непростое.
На самом деле Анастасия Петровна уже начинала чувствовать знакомый азарт. Головоломка затягивала, детали складывались в картину. И картина эта ей не нравилась.
Следующие два часа она обошла ещё несколько домов, расспрашивая соседей. Выяснились интересные подробности.
Оказалось, что у дяди Коли, местного сторожа, тоже недавно что-то пропало — топор хороший, немецкий. А у тёти Маши никто не воровал, но видела она ночью чей-то фонарик в саду.
— Да вон тот самый, что вы нашли! — опознала она фонарик. — Точно такой светил!
— А когда это было?
— Да позавчера ночью. Я встала в туалет, смотрю — огонёк мелькает между яблонь. Думала, кто-то дорогу ищет.
— В котором часу?
— Часа в два ночи, не позже.
Значит, вор орудовал не только прошлой ночью. Это была целая серия. И действовал он системно, изучал участки, искал что-то конкретное.
Последним Анастасия Петровна решила навестить Володю Ракитина. Участок действительно оказался в конце посёлка, за небольшой рощицей. Дом скромный, но аккуратный, в саду порядок.
На улицу вышел мужчина лет тридцати пяти — худощавый, в очках.
— Здравствуйте, — сказала Анастасия Петровна. — Я ваша новая соседка, Кравцова Анастасия Петровна.
— Очень приятно. Ракитин Владимир, — он протянул руку, и Анастасия Петровна заметила, что пальцы у него нервно подрагивают.
— У нас тут в посёлке неприятности — воры завелись. Вы не слышали ничего?
Ракитин заметно побледнел:
— Воры? А что... что они крадут?
— Разное. У Воронцовых шкатулку увели, у других по мелочи пропадало. Вы не замечали подозрительных людей?
— Нет, нет, ничего не замечал, — поспешно ответил Ракитин. — Я вообще редко на улицу выхожу, работаю дома.
— А с Петровыми знакомы? Говорят, вы общаетесь.
— С Петровыми? — Ракитин явно растерялся. — Да так, поздоровались пару раз. Не то чтобы близко знаком.
Врёт, подумала Анастасия Петровна. Слишком нервничает, слишком поспешно отвечает.
— Понятно. Ну если что-то заметите — сообщите, пожалуйста.
— Конечно, конечно, — закивал Ракитин и поспешно закрыл дверь.
Анастасия Петровна постояла у калитки, раздумывая. Ракитин определённо что-то скрывает. И связь с Петровыми у него явно есть, несмотря на отрицание.
Она уже собралась уходить, когда заметила в окне движение. Ракитин разговаривал по телефону, и по его жестам было видно — разговор нервный, взволнованный.
Предупреждает кого-то? Или просто паникует?
Анастасия Петровна медленно пошла домой, обдумывая собранную информацию. Картина постепенно прояснялась, но многие детали ещё не складывались в единое целое. А главное — что-то её грызло. Интуиция, выработанная годами работы, подсказывала: она ещё не видит всю правду.
Дома она заварила крепкий чай, достала потрёпанный блокнот и принялась записывать факты. Старая привычка ещё с института — всё систематизировать, раскладывать по полочкам. Муж всегда смеялся: «Насть, ты же не на работе!» А она не могла иначе.
«Факт первый: пропала шкатулка у Воронцовых. Кража без взлома, вор знал, что искать.
Факт второй: обыск у Марины Олеговны. Искали документы, а не ценности. Зачем?
Факт третий: пропал топор у дяди Коли. На кой вору топор?
Факт четвёртый: Ракитин вертится как уж на сковородке и врёт про знакомство с Петровыми.
Факт пятый: эти Петровы всплывают в каждом разговоре...»
Телефонный трезвон прервал её размышления. Господи, кому она нужна в четыре вечера?
— Анастасия Петровна, это Галина Васильевна! — взволнованный голос соседки чуть не порвал ей барабанные перепонки. — У нас новости!
— Галь, потише. Какие новости?
— Петровы приехали! Только что! И ведут себя офигеть как странно!
Анастасия Петровна поморщилась. Галина в стрессе начинала материться как грузчик.
— В каком смысле странно?
— Да машину во дворе спрятали, шторы задёрнули. А обычно они сразу во двор выходят, участок осматривают, с соседями здороваются. А сейчас сидят как мыши под веником.
Анастасия Петровна взглянула на часы — половина четвёртого. Рановато для дачного приезда. Обычно народ к вечеру подтягивается.
— Хорошо, я скоро подойду. Только не торчи у забора, а то спугнёшь.
— А что думаете делать?
— Знакомиться буду, как приличная соседка. С цветочками, с улыбкой.
Анастасия Петровна переоделась в приличное платье — не такое, в котором огород полола, а в котором к людям ходят. Взяла небольшой букет из своего сада — ирисы симпатичные выросли. Универсальный предлог для знакомства, против цветов никто не устоит.
До участка Петровых шла минут пять неспешным шагом. Дом действительно был что надо — двухэтажный, кирпичный, с большими окнами и плиткой на крыльце, которая дороже её месячной пенсии. Рядом стояли две тачки: чёрная «Тойота» и серебристая «Ауди». Денег у хозяев определённо не меряно.
Анастасия Петровна нажала на звонок. Мелодия заиграла как в консерватории, но ответили не сразу. Сначала кто-то долго пялился в глазок — она чувствовала на себе взгляд.
Дверь открыла женщина лет сорока — высокая, стройная, волосы как в рекламе шампуня, ногти нарощенные. Одета просто, но одежда явно недешёвая. Из тех, кто в спортивном костюме за сто тысяч по дачам ездит.
— Здравствуйте, — сказала Анастасия Петровна с улыбкой, какую только могла выдавить. — Меня зовут Анастасия Петровна Кравцова. Я ваша соседка, живу в третьем ряду. Решила познакомиться, вот, цветочки принесла.
— Очень мило, — ответила женщина тоном как будто ей ледышку за шиворот сунули. — Светлана Ивановна Петрова. Проходите, если хотите.
В доме было красиво и дорого, но какое-то... пустое. Мебель как из журнала, картины в золотых рамах, а душевности ноль. Ни семейных фотографий, ни детских рисунков на холодильнике, ни бабушкиных салфеточек. Словно в гостинице живут, а не в доме.
— Николай Андреевич дома? — спросила Анастасия Петровна, оглядываясь.
— Дома, но работает. Дела у него. — Светлана поставила букет в вазу, даже не понюхав. — Чай будете пить?
— Не откажусь.
Пока хозяйка колдовала с заваркой, Анастасия Петровна незаметно осматривалась. На журнальном столе лежал китайский фонарик — точь-в-точь как тот, что она подобрала у Марины. Рядом валялась связка ключей — дофига ключей, больше, чем у слесаря.
— Ого, сколько у вас ключей, — невинно заметила она. — От чего столько?
Светлана резко обернулась и быстро сгребла ключи в ящик стола:
— От разных замков. Муж у меня параноик, всё запирает на сто замков.
— А работает он где? — продолжала Анастасия Петровна невинные расспросы.
— Строительство. Бизнес у него. Прибыльный, но геморрой тот ещё.
Говорила правильно, но как-то... неестественно. Будто слова заученные.
— А вы давно тут обосновались?
— Третий год пошёл. Место хорошее, тихое. Нравится нам.
— Да уж, тихо у нас было, — вздохнула Анастасия Петровна. — А теперь вот воры объявились.
Светлана аж подпрыгнула. Чашку чуть не выронила.
— Воры? — голос дрогнул. — А что стряслось?
— Да у Воронцовых шкатулку спёрли. Фамильную, дорогущую. И ещё у кого-то по мелочи таскают.
— Ужас какой, — пролепетала Светлана, но было видно — новость её не удивила, а напугала. — А менты что?
— Да что менты... Им не до нас. Вот я и решила сама покопаться — опыт есть, тридцать пять лет следователем проработала.
Светлана окончательно побледнела. Даже тональник не спасал.
— Следователем? А... уже что-то выяснили?
— Кое-что, — туманно ответила Анастасия Петровна и внимательно посмотрела на собеседницу. — Например, что вор точно свой. Слишком хорошо в курсе, у кого что лежит.
В этот момент сверху раздались тяжёлые шаги, и в гостиную спустился мужик. Высокий, плотный, с аккуратной бородкой. Рубашка дорогая, брюки со стрелками, но весь какой-то... натянутый.
— Николай Андреевич, — представился он, протягивая руку. Рукопожатие крепкое, но ладони влажные.
— Анастасия Петровна, ваша соседка. Знакомимся наконец.
— Мы тут про кражи толкуем, — быстро встряла Светлана. — Оказывается, у соседей воруют направо и налево.
Николай метнул на жену взгляд — такой, что Анастасия Петровна все годы работы видела. «Заткнись, дура!» — вот что означал этот взгляд.
Предыдущая глава 1:
Далее глава 3
Возобновлён новый канал. Заходите, пожалуйста 👉 СЮДА