Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Бумага дорожает, магазины закрываются, взрослые не читают: глава РКС о судьбе книг

Помню, как в детстве я зачитывался книгами. Они были везде: на полках, на столе, в рюкзаке. Я мог пропасть на несколько часов, погрузившись в приключения, фантастику, исторические романы. Сейчас, глядя на своих детей, я вижу другую картину. Смартфоны, планшеты, ноутбуки. Книги — где-то на задворках. И я не один такой. Похоже, мы переживаем кризис чтения. И одновременно — кризис книгоиздания. Сергей Степашин, президент Российского книжного союза (и бывший премьер-министр), дал большое интервью АиФ. Он рассказал о проблемах, которые копятся годами. И о новых вызовах, которые встали перед отраслью. Начну с того, что меня лично удивило. С 1 марта вступили в силу поправки в закон о наркотических средствах. Они обязывают промаркировать все книги, изданные после 1 августа 1990 года, которые содержат пропаганду наркотиков. «Мы посчитали: для этого придется проверить около 3,5 млн книг. С ума можно сойти!» — признается Степашин. В РКС нашли выход. Экспертный совет (он работает уже три года) буд
Оглавление

Помню, как в детстве я зачитывался книгами. Они были везде: на полках, на столе, в рюкзаке. Я мог пропасть на несколько часов, погрузившись в приключения, фантастику, исторические романы. Сейчас, глядя на своих детей, я вижу другую картину. Смартфоны, планшеты, ноутбуки. Книги — где-то на задворках.

И я не один такой. Похоже, мы переживаем кризис чтения. И одновременно — кризис книгоиздания.

Сергей Степашин, президент Российского книжного союза (и бывший премьер-министр), дал большое интервью АиФ. Он рассказал о проблемах, которые копятся годами. И о новых вызовах, которые встали перед отраслью.

3,5 миллиона книг на проверку

Начну с того, что меня лично удивило. С 1 марта вступили в силу поправки в закон о наркотических средствах. Они обязывают промаркировать все книги, изданные после 1 августа 1990 года, которые содержат пропаганду наркотиков.

«Мы посчитали: для этого придется проверить около 3,5 млн книг. С ума можно сойти!» — признается Степашин.

В РКС нашли выход. Экспертный совет (он работает уже три года) будет готовить заключения вместе с правоохранителями и издателями. Обещают привлечь искусственный интеллект.

С одной стороны — правильно. Дети не должны читать про то, как употребляют запрещенные вещества. С другой — 3,5 миллиона книг. Это колоссальный объем. ИИ, конечно, поможет, но кто будет отвечать за ошибки? Если нейросеть ошибется и запретит «Морфий» Булгакова, что тогда?

Книги дорожают, взрослые не читают

Степашин называет несколько причин, почему чтение уходит в прошлое.

Первая — гаджеты. Взрослые зависают в смартфонах, дети смотрят на родителей и делают то же самое.

«Глядя на взрослых, и дети, особенно подростки, не тянутся к книге. Поэтому надо находить разные способы вернуть интерес к чтению. Например, делать больше хороших экранизаций», — предлагает он.

И это работает. После выхода фильма «Мастер и Маргарита» книги Булгакова смели с полок. Людям интересно сравнить.

-2

Вторая причина — цены. С 2022 года книги подорожали на 60–70 процентов. Обычное издание стоит 500–600 рублей, хорошее — 2500–3000. И это при том, что зарплаты у многих не выросли пропорционально.

«Плюс закрываются книжные магазины. У нас ведь книжный платит за аренду столько же, сколько водочный. Это неправильно», — говорит Степашин.

Третья причина — НДС. На книги его распространили, и это ударило по цене. Степашин уже написал вице-премьеру Дмитрию Чернышенко: предлагает снять НДС хотя бы с детской литературы. Бюджет потеряет 1,5 миллиарда рублей, но книги станут процентов на пятьдесят дешевле.

А что с детьми? Хорошие новости

Есть и позитив. Детская литература в России переживает бум. До 2020 года на полках доминировали иностранные авторы. Сейчас 80 процентов детских книг — отечественные.

Степашин приводит данные опроса: почти 20 процентов родителей читают первую книгу детям уже в два года.

«Казалось бы, ну что ребенок в два года запомнит? Но что-то действительно в его голове откладывается, и формируется уже другой человечек», — делится он.
-3

То есть дети читают. Вернее, им читают. А вот когда они вырастают, книга уступает место смартфону.

Мои мысли

Я смотрел на эту статистику и вспоминал себя. В моей юности книги были единственным окном в мир. Сейчас у детей есть YouTube, TikTok, онлайн-курсы, подкасты. Конкуренция за внимание колоссальная.

И дело не в том, что они стали глупее или ленивее. Просто изменился способ потребления информации. Мы, взрослые, тоже читаем меньше книг, но потребляем текста больше — в соцсетях, мессенджерах, новостных лентах.

Что делать? Степашин предлагает делать хорошие экранизации. Я бы добавил: и самим читать при детях. Не в телефоне, а книгу. Показывать пример.

А насчет проверки 3,5 миллиона книг... Это, конечно, перебор. Но, может быть, в процессе мы заодно отреставрируем старые издания и оцифруем редкие экземпляры? Было бы здорово.

Как часто вы читаете книги? А ваши дети? Поможет ли отмена НДС на детские книги сделать их доступнее? Нужно ли проверять миллионы книг на пропаганду наркотиков?

Будет очень интересно почитать ваше мнение, поэтому очень жду обратной связи в комментариях! Когда вы пишите — больше меня мотивирует. Подписывайтесь на канал, ставьте лайки и читайте также: