— Ты же всё равно скоро помрёшь, пусть привыкает.
Оля замерла с телефоном у уха, чувствуя, как по спине потек холодный пот. Слова бывшего мужа заставляли вновь вспомнить, что происходит в ее жизни. Нет, не этот ответ она ожидала, поэтому и оторопела.
— Что ты сказал?
— То и сказал, — бывший муж говорил спокойно, лениво, будто бы специально растягивая слова. Он явно наслаждался ситуацией. — Тебе недолго осталось скакать, а Алла будет его мамой. Пусть привыкает заранее, да и это правильно. Что затихла? Чего не визжишь, как обычно?
Оля прислонилась спиной к стене, чувствуя, как дрожат ноги. Потом нашарила рукой стул, подтянула и села. Как он может такое говорить?
— Ты с ума сошёл, — сказала она тихо. — Ты вообще слышишь себя?
— Я слышу, а ты слышишь себя? Ты больна, Оля, пора это осознать и принять. У тебя рак, впереди неизвестно что. Никто не знает, сколько тебе осталось. А ребёнку нужна мать. Алла готова ей стать. Она добрая, она будет хорошо к нему относиться. И потом, когда тебя не станет, мы переедем к вам.
— Ко мне?
— К тебе, конечно. Квартира-то твоя, но она всё равно Диме достанется. А я его отец, имею право жить с ним. Алла со мной. Будем за ним смотреть, воспитывать. По-человечески всё будет.
Оля закрыла глаза. Где-то глубоко внутри поднималась волна злости.
— Ты уже всё решил. Ты и твоя Алла. Вы уже распределили: я умру, вы переедете, она станет мамой Димы.
— Не надо драматизировать, Оль. Я что ли просил о помощи? Ты. Поэтому будь реалисткой.
— Реалисткой, — повторила хриплым голосом она. — Зачем ты сказал ему, что я скоро умру? Почему потребовал называть свою сожительницу мамой? Крест на мне поставил?
— Оль, хватит. Это разговор по кругу. Или у тебя из-за болезни мозги потекли? Ты сейчас на эмоциях. Давай поговорим, когда ты успокоишься. Пусть заранее привыкает.
— Да пошли вы…
Она сбросила вызов. Голова кружилась, сердце колотилось так, будто бы скоро выпрыгнет. В ушах всё ещё звучал голос бывшего мужа: «Ты же всё равно скоро помрёшь».
Память услужливо показала, как все начиналось. Сначала она стала сильно уставать, потом во время планового осмотра врач что-то нащупал в груди. Нахмурился и посоветовал сделать УЗИ. Она отмахнулась, но спустя пару месяцев уже сама заметила, что комочек стал с перепелиное яйцо. И тут до нее дошло. Практически месяц пролетел как в тумане: анализы, биопсия, консультации.
Тогда она впервые обратилась за помощью к бывшему мужу. Диме было всего семь лет, но после развода, когда она поймала его практически на бабе в машине, он совершенно не интересовался сыном. Не забирал даже на выходные, по слухам, жил с кем-то на съемной квартире. Но онкоцентр был в другом городе, мама не могла постоянно отпрашиваться и тогда позвонила она Сергею. Впервые за много лет.
— Сереж, мне нужна твоя помощь.
— Что случилось?
— У меня рак. Мне будут делать химию, потом операцию, потом снова химию. Точнее, это я так поняла из объяснений. Я не знаю, сколько это продлится и чем окончится. Мне нужен кто-то, кто будет забирать Диму, когда я буду на химии. Не постоянно, просто подстраховка, если мама не сможет.
В трубке повисла тишина. Сергей молчал, будто бы она просила его присматривать за чужим ребенком, а не за собственным сыном.
— Как часто?
— Не знаю. Может, иногда забирать на пару дней, может, на неделю.
— У меня работа, Оля, — застонал он, будто бы она просила его слетать на луну. — У меня семья. Ты сама хотела развода, сама и расхлёбывай.
— Я не прошу тебя расхлёбывать, — жестко сказала она. — Я прошу хоть иногда забирать сына. Ты его отец или как?
— Отец, — буркнул он тогда, будто бы смирившись. — Ладно. Звони, если что. Но предупреждай заранее.
И бросил трубку. Оля тогда ещё не знала, что все не так просто. Радовалась, что Сергей забирает сына, что играет с ним. Думала, что может быть, иногда такие испытания даны для того, чтобы что-то изменить в жизни. Вон бывший муж становится хорошим отцом. Вот же дура.
После операции она была очень слабой. Первую неделю сын был у матери, потом у отца. Когда она смогла уже спокойно что-то делать, тот его привез. Димка бросился к ней, обнял, уткнулся носом в живот. Оля гладила его по голове, целовала.
— Мам, а мне тетя сказала, что тебя скоро не станет, — вдруг глухо сказал он, не поднимая головы. Она так и замерла, будто бы ее окатили с ног до головы холодной водой.
— Кто сказал? Тетя Алла?
— Да. Она сказала, что ты скоро умрёшь и я буду жить с ними. И чтобы я ее называл мамой.
Ребенок тихо заплакал, вздрагивая и все крепче ее обнимая. Ее сердце разрывалось от боли и от страха, что она не справится. Что станет с ним? Алла та еще штучка, судя по всему. Да и его отцу на него плевать, раз он разрешил такое сказать.
— Не умрёшь? — спросил малыш сквозь слёзы.
— Не умру, глупенький, — сказала она, пытаясь его успокоить. — Не дождутся.
Дождавшись, пока сын успокоится и пойдет в свою комнату, позвонила Сергею. И вот такой поворот. Они как грифы, которые кружат вокруг и ждут ее смерти. Наверное, не только квартиру уже оценили, но и мысленно катаются на ее машине.
«Ты же всё равно скоро помрёшь, пусть привыкает».
Оля открыла глаза, встряхнула головой. Что-то она раскисла. Встала со стула, подошла к холодильнику, достала яйца, молоко, муку. Решила испечь блины. Димка любил блины со сгущёнкой, надо с ним посидеть, поболтать. Его отвлечь, да и самой отвлечься.
Буду жить. Назло всем. Назло Сергею, который уже списал её со счетов. Назло Алле, которая мысленно уже делала ремонт в ее квартире и занималась воспитанием ее сына.
Нет, она больше не будет просить у него помощи. В конце концов, не стыдно попросить помощи у подруг или нанять няню. Иногда, когда ее накрывало, она зло сжимала губы и повторяла как мантру: «Я выживу. Я выживу. Я выживу».
Она знала, что надо подстраховаться. Если с ней что-то случится, то ее мать не сможет оформить опеку. Есть отец, который мечтает воспитывать сына. Поэтому все оформила так, что ничего из ее имущества нельзя было продать до совершеннолетия сына.
Через практически год, услышав такое простое слово «ремиссия», она расплакалась, как ребенок. Плакала от облегчения, от усталости, от счастья. Она выжила. Она сделала это. Ради себя, ради сына, ради матери!
Она не стала звонить Сергею. Не стала рассказывать, что у нее все хорошо. Но тот откуда-то узнал сам. Мир не без добрых людей. Позвонил. Увидев его имя, она секунду думала, ответить или нет, потом все-таки решилась на разговор.
— Да.
— Оль, я слышал, у тебя всё наладилось.
— Наладилось, — подтвердила она. — Ты расстроен?
Сергей помолчал. Потом с какой-то тягучей интонацией сказал:
— Зачем ты так? Я же не зверь какой-то.
— Нет, конечно. Ты любящий отец, который заранее готовил моего сына к тому, что я умру. Ты даже переезд спланировал. Я всё помню.
— Я же ради тебя старался. Чтобы ты умирала со спокойной душой.
Она не стала ничего отвечать, просто положила трубку и заблокировала номер. Она представила лицо Сергея, когда тот узнал, что она жива, здорова и не собирается умирать. Представила и усмехнулась. Она выжила, и будет жить долго и счастливо.
Не забывайте про подписку и лайк. Если что, есть еще интересные рассказы:
Если понравился рассказ, то прошу поддержать финансово для покупки подписки "Орфограммка":