ОКОНЧАНИЕ
-ВЫ БУДЕТЕ ВИДЕТЬ МИХУ ТОЛЬКО В НАШЕМ ПРИСУТСТВИИ. ЕСЛИ ВООБЩЕ БУДЕТЕ,- Матильда вышла из ступора и стала поспешно одевать сына.
Они быстро вышли из квартиры и помчались домой.
-Мама, не оставляй меня больше с бабушкой, - всхлипывал от обиды сын.
-Не буду, милый, - пообещала Мотя. - Просто забудь.
-Не могу. Там в ведре какая-то гадость лежала. И хлеб. Меня тошнит.
Опасаясь реакции мужа, Мотя решила поговорить потом - когда сама успокоится.
Она не успокоилась.
Наоборот.
Незлобливая Мотя, в жизни никому злого слова не сказавшая. Даже в интернет баталиях. Даже когда комментаторы крыли её хренами, она не отвечала тем же. А вдруг у людей в жизни проблемы? Депрессия? А она ещё добавит. Даже в разделе, где вспыхивали самые кровавые интернет бои - кулинарном, она не хамила. Когда под статьёй рецепта приготовления борща неосмотрительно высказалась в том смысле, что необязательно класть квашеную капусту, и на неё обрушился весь гнев интернет сообщества - она и тогда не стала отвечать на нападки.
Но сейчас....Сейчас она готова была придушить свекровь собственными руками.
Потому что ночью у Михи поднялась температура и началась рвота.
И она рассказала мужу.
-Больше внука она не увидит, - сказано это было так, что Мотя поняла. Так и будет.
Уж очень страшно выглядел муж.
К утру температура стала меньше.
-Кишечная инфекция, - сообщил врач, - Научите ребёнка мыть руки перед едой и протирайте фрукты. Постельный режим пару дней и обильное питьё.
Врач ушёл.
Дормидонт дрожащими руками приготовил кофе.
Сын, наконец, уснул.
-Я знала, что твоя мать повёрнута на том, что еду выбрасывать нельзя, но не до такой же степени, - возмущалась Мотя.
-Ты знаешь, детка, мы никогда не ели свежий хлеб. - мрачно сказал Дормидонт.
- Ну перестань…
- Нет, ты послушай. Мать приносила батон. Он пах так, будто ангелы открыли пекарню. Хрустел. Пар шёл. Но есть нельзя. Потому что, б...ь, ещё есть вчерашний. Иногда позавчерашний. Мать говорила, что ей в школе внушали. Дома добавляли. К хлебу должно быть трепетное отношение, типа люди в него столько труда вложили. Времена изменились. Но жить мы почему-то должны травмами другого поколения, ага.
-Видимо то поколение ещё было воспитано дореволюционными крестьянами, у которых реально хлеб был всему голова, - предположила Мотя, - Наверное только современная молодёжь уже свободна от этой "памяти поколений". Когда выращивали вручную, и его постоянно не хватало, тогда и уважали. А сейчас весь процесс автоматизирован. Обычный продукт. Тогда и телевизор выбрасывать нельзя, и мебель...
-Хлеб это ладно, это куда ни шло. Суп у нас варили в кастрюле объёмом с подводную лодку. И ели неделю. Он эволюционировал! В понедельник это был борщ. В среду - философская система. В субботу - самостоятельная форма жизни. Я ненавижу лук сколько себя помню! А мать клала его везде и заставляла есть.
-Ну успокойся, ты давно уже питаешься как хочешь, - Мотя вытерла слёзы жалости.
Но лукоборца уже несло как быка, увидевшего красную тряпку.
-А осень… осень была сезоном аграрного террора.
- Господи…
- Родственники тащили нам овощи мешками. Не ягоды. Не клубнику. Нет. Мелкую картошку с горох! С грязью. Мы, дети, чистили её часами. И кабачки
Он содрогнулся.
- Кабачки были огромны. Они лежали в коридоре, как сбитые дирижабли. Их невозможно было съесть. Их можно было только бояться. Кабачки были везде. Если открыть шкаф - кабачки. В тумбочке - кабачки. Под кроватью....Ну ты поняла. Кажется, однажды они звонили по телефону.
До октября шарлотка, пироги, компоты, печёные яблоки, сырые яблоки, тёртые яблоки…
-Поэтому ты не ешь шарлотку…
- Конечно! Наелся на всю жизнь. Мой ребёнок будет питаться по другому. Если не хочешь хлеб - не ешь хлеб. Если ненавидишь лук - лук будет жить отдельно. Если кабачок зайдёт в дом - я сам его выгоню.
-Но моя мать училась в тех же школах, что и твоя. Почему она спокойно выбрасывает продукты, когда они испортились. И самое главное - зачерствевший хлеб? Мы ели всегда свежий. Моя семья жила не сказать, чтобы богато. Средне, скажем так. Твоя мать работала, получала алименты, на семью с тремя детьми пособия должны быть...Или нет? Даже если нет - это её не оправдывает.
А на кухне Ольги сидели дочери и их мужья.
Зятья давились старым борщом который тёща наливала из десятилитровой кастрюли. Дочери требовали, чтобы дети доедали до конца.
-Катя, ну не хочет, пусть не ест, - вступился зять.
-Доест до конца - тогда встанет из-за стола, - отрезала Ольга.
И начала рассказывать историю о внуке.
-Обманщик растёт. Представляешь, выбросил хлеб, а мне сказал, что съел.
Дочери сочувствовали. Переживали за мать. И одним глазом следили за мужьями, чтобы они ели тёщино угощение с довольным лицом.
-А знаете что? - встал зять посмелей, - мальчик прав. Достали со своим "доедай до конца". Я будто к деду в деревню приехал. Старый каааазёл однажды мне за шиворот кашу вывалил, когда я сказал, что его помои есть не буду. Мать приехала за мной тем же вечером. А вы ещё хуже.
-У меня, конечно, такого не было, - зять номер два положил ложку, - но я тоже не понимаю, зачем это терплю.
-Дети, пошли отсюда, - мужчины взяли каждый своего отпрыска и направились к двери.
-А ну вернулись, - послышался окрик в спину.
Они не вернулись.
Дети тоже прекратили навещать бабушку.
Дочери приходили.
Виновато отвечали на упрёки.
-А что я могу сделать, если они не хотят? Мама, ну не плачь.
Ольга плакала.
Отсутствие зятьёв ещё можно было пережить. А по внукам она скучала.
И по сыну.
Дормидонт её заблокировал, и женщина не могла понять, в чём она виновата перед сыном? Она его вырастила. Дала возможность получить высшее образование. Чего ей это стоило, не знал никто. Да, экономила на еде, а на чём ещё ей было экономить? Она дала им старт. Все дети получили образование, все неплохо зарабатывают, благодаря её усилиям.
Дочери вроде понимают, так почему сын так к ней относится?
Вечером Ольга сидела одна на кухне. На противне в духовке подсыхали куски позавчерашнего батона. Время от времени она проверяла готовность сухарей. Всё должно просохнуть равномерно. Хорошие сухари получатся. Настоящие. Такие можно хранить долго.
Только вот есть их будет некому.
Она искренне верила, что спасает детей от голода - но спасла их от вкуса свежего хлеба.
Она учила беречь еду - но не научила беречь себя и своё достоинство.
Она требовала доедать до конца - но не заметила, как сама недоела свою жизнь до тепла, до смеха, до простого "мам, я просто хочу бутерброд, а не лекцию о голодающих прабабушках".
Каждое следующее поколение имеет право не доедать за предыдущим.
Особенно если то, что осталось в тарелке, - не еда, а чужие страхи.
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ ПО ЭТОЙ ССЫЛКЕ.
ОГРОМНОЕ СПАСИБО ВСЕМ, КТО ОЦЕНИЛ МОЁ ТВОРЧЕСТВО!!!