*НАЧАЛО ЗДЕСЬ*
Глава 19.
- Ох, Егорушка, как вы тут? – Агафья Никитична запыхалась, вытерла вспотевшее лицо кончиком косынки, - Никого чужих не видали?
- Нет, бабушка, никого не видали, - Егор с беспокойством смотрел на бабушку, - А что стряслось?
- После расскажу, ступайте-ка вы в дом, ребятки. Я сейчас к Матвею схожу, гляну, всё ли там у него заперто, - Агафья Никитична беспокойно оглядывалась то на кромку леса за огородом, то на разросшийся над рекой кустарник.
Егор с Андрейкой не стали спорить и ни о чём выспрашивать, послушно пошли в дом, прихватив свои рыболовные пожитки и походные мешки.
- Чует моё сердце, Егорка, что на рыбалке нам в этот раз не побывать, - вздохнул Андрейка, - Можно даже не собираться.
- Верно говоришь, - кивнул Егор, глядя в окно, как бабушка идёт обратно от дома Матвея Ивановича, - Я бабушку такой никогда не видал.
Агафья Никитична вошла в свой двор, заперла калитку на засов и наскоро умылась в кадке. Оглядела двор, позади дома был огород, там всего и забор – жерди одна над другой… так что засов на калитке, так, для отвода глаз только и есть.
Агафья зашла в дом и села на стул возле печки, Егор налил в кружку воды и подал бабушке, видя, что она вся раскраснелась от быстрой ходьбы и волнения. Мальчишки сидели у стола и ни о чём не спрашивали, только в четыре глаза смотрели на бабушку, ожидая рассказа.
- Погодить вам придётся с рыбалкой-то, - сказала Агафья, напившись воды, - Не время теперь по лесам ходить, что одним, что с провожатым. Не думала, что снова такие времена к нам на двор заглянут, что каждого прохожего опасаться станешь.
- Бабушка, а что случилось?
- Человека убили, Егорушка. На Пескарёвке нашли, вверх спиной в воде… Силантьевы обнаружили, когда на покос поехали, они который год там косят, за Пескарёвкой-то. Ну вот, не доехали в этот раз, обратно повернули и сразу к участковому, тот уже из города людей вызвал. Сам поехал на Пескарёвку, после уже городские прибыли.
- А кого убили-то? – Андрюшка с Егоркой во все глаза на Агафью глядели, такого у них в округе на их памяти не приключалось.
- Да говорят, мастера с лесопогрузки, Козырева Василия, ножом зарезали, и в воду кинули. Чего уж он там делал у Пескарёвки, сам ли пришёл, или его привезли туда на чём-то, да и бросили, этого я не знаю. Ничего нам не говорили больше, на работе собрали людей в актовом зале, велели приглядывать, если что заметит кто-то, сразу докладывать. Ну и остеречься велели, без особой надобности по лесам не ходить. Вот и вы, дома оставайтесь нынче, после уж на рыбалку сходите. Ну пока вон, на Воронёнке удочки свои опробуйте, коли так охота, а того лучше – во дворе играйте. Ты, Андрейка, нынче у нас ночевать останешься, я матери твоей сказала, а уж завтра я в обед домой приду, отпросилась на вторую-то половину дня. Вот мы тебя с Егоркой домой и проводим. Как теперь на работу ходить… Егорушка, поди уж и тебе со мной придётся в село ходить, как тебя одного тут на хуторе оставлять, когда уже и днём страшно.
- Хорошо, бабушка, мы с рыбалкой погодим, - кивнул Егорка, - А за меня не бойся, я уж не маленький, что со мной в доме-то станется.
- Ладно, там поглядим. Ну, вы покуда коз загоните домой, а я сейчас ужин налажу. Ох, не ко времени Матвеюшка наш уехал, так бы нестрашно нам было здесь, на хуторе.
Вечер уже укрыл хутор, туман наползал от речушки плотным, будто ватным покрывалом укрывая и лужок, и ивы у речки, и забор возле дома Матвея.
Егор с Андреем сидели в растворенной двери сеновала, свесив вниз босые ноги. Бабушка хлопотала в летней кухне, там топилась маленькая печурка, пахло блинами, молоком и свежим сеном.
- Как думаешь, кто это такое дело у нас натворил? – спросил Андрейка, - Мне дед как-то рассказывал, что было раньше такое – сплавщики меж собой чего-то не поделили, и один другого в воду столкнул, а того там брёвнами и задавило. А тут, ножом зарезали, и ещё возле Пескарёвки… там народу-то не ходит никогда, дорога почти заросла.
Пескарёвкой называли небольшое озерцо в километре от Архангельского, это если по дороге, а по тропке так и вовсе недалеко. Оно было чистое, прозрачное, глубины в нём было всего и по грудь взрослому человеку. Название своё озерцо получило от того, что между кустов водяной травы, вьющейся по каменистому дну, всегда шныряло множество рыбёшек, пескариков.
Раньше ребятня ходила туда купаться, вода в неглубоком озерце прогревалась быстрее всего, но, когда у околицы обиходили пруд, ни к чему стало отправляться куда-то, чтобы искупаться. А рыбалка… какая уж там рыбалка, на Пескарёвке, так, мелочь, кошке на завтрак.
Пескарёвка эта была как раз по дороге на большое озеро Лесное, куда Егор с Андрейкой собирались отправиться в поход. Ну, теперь уж, конечно, какая рыбалка, какой поход.
- Да как знать, кто мог такое учинить, человека жизни лишить, - вздохнул Егор, сам он много чего думал про это происшествие, только говорить про это не мог, даже с лучшим другом.
- Может с кем-то поссорился мастер этот, - продолжал свои рассуждения Андрейка, - Я как-то ходил на погрузку эту, давно было, конечно… щепу тогда собирал, когда нечем топить-то было. Ну вот, разрешали же щепу да кору брать, хоть от неё немного тепла. Так эти, кто на погрузке работают… ругаются, как черти, их и не поймёшь, то ли они ссорятся, то ли это просто у них так заведено. Но ругаться я тогда выучился знатно, даже как-то и привык, пока мама не услышала… так мне по губам надавала, а после ещё и дед хворостины добавил, так я после того все бранные слова мигом позабыл!
- Может и поссорились, да только зачем до Пескарёвки идти, - задумчиво проговорил Егор, - А как они на погрузке своей орут, так это и я слыхал.
- Сосед наш, который без ноги с войны пришёл, про Козырева этого говорил, что тот не шибко хороший человек, - Андрейка наклонился к самому уху друга, - Говорят, не жалел людей-то, гнал, чтоб быстрее сделать норму и сверх того, а что спины да руки-ноги болят, это ему дело десятое было. Не любили его люди, до денег шибко охоч, да на чужом горбу в рай рад поехать – это дед мой про него сказывал. Вот может кто-то и отомстил за какую обиду, а чтоб никто не прознал – выманил как-то на Пескарёвку эту, да и всё. Ну, теперь поди отыщут, если даже городские приехали искать.
- Может и так, если людей не жалел на такой тяжёлой работе, то всякое могло с ним сделаться, - Егор слушал Андрейку внимательно, почему-то был уверен, что вот вернётся Матвей Иванович, ему такие разговоры про погибшего будет интересно узнать, кроме прочего-то.
- Слушай, Егорка… а что, бабушка тебя поди теперь и в село не станет пускать одного, - вздохнул Андрейка, - Да и меня мама не пустит к тебе на хутор… Этак со скуки помереть можно! Может отпросишься у бабушки к нам? Мама моя согласится, будем у нас, всё в селе повеселее вместе-то.
- Как я бабушку тут одну оставлю, ты что, - покачал головой Егорка, - Нет, не могу я, как она одна тут ночевать станет, да и по дому тоже сколько дел. Я другое думаю… что скажешь, может нам на пилораму пойти, там берут подработать школьников, кто постарше, до обеда работать можно, дольше не разрешают по возрасту. Ту же щепу, опил сгребать и всякое такое. Утром я с бабушкой буду в село ходить, а после обеда у тебя будем, вечером я с бабушкой домой, а на выходные ты к нам ночевать, а? Что скажешь?
- Это ты хорошо придумал, я сам не догадался, - обрадовался Андрейка, - Ещё и заработаем, мама и так говорит, что я расту так быстро, что она не поспевает мне одежду покупать, вот я сам и заработаю.
- Ребятки, спускайтесь, - позвала бабушка Агафья, - Блинки готовы, поешьте, да станем спать налаживаться.
Наевшись горячих румяных блинов, мальчишки пошли умываться и отпросились у бабушки спать на сеновале. Та сперва думала в дом их загнать, а после решила – что уж теперь, поди уж не такие теперь времена… беда такая приключилась неслучайно, да только если что – тут, на хуторе, и за печкой не отсидишься.
- Ладно, ночуйте на сеновале, - кивнула Агафья, - Но только ночью с сеновала ни ногой, и дверь заложите изнутри вон, доска стоит, ею. Не вздумайте чего придумать, а то вон, сегодня только Тамара рассказывала, что ребятне всё шуточки – прознали, да и давай на Пескарёвку шастать!
- Бабушка, мы и сами понимаем, что нельзя туда ходить, да и ночью сами никуда не пойдём, мы не маленькие, понимаем, - сказал Егорка, - Это малышня беспокойная, наверное, и ходит.
- Ладно, вот, берите одеяла, а коли озябните, в дом ступайте, я сени не закрою.
Мальчишки устроились на сеновале с комфортом, устелили одеяла, компот в крынке бабушка дала с собой, да лепёшку завернула, если проголодаются. Возраст такой у них, растут, всё время есть хочется, вот, пусть едят на здоровье.
Дверь сеновала затворили и заложили доской, как бабушка наказала, только небольшое оконце осталось открытым, оно выходило на огород, за которым простёрся небольшой лужок, а дальше темнел высокой стеной лес.
Проговорили до позднего часа, всё строили догадки, что да как, почему так случилось, всякие старинные присказки да байки, и не припомнили. Только Егорка не верил во всякие сказки, что прабабушка Андрейкина ему когда-то рассказывала, будто черти людей на страшное дело толкают, в лес заманивают, и прочее такое. Сам он размышлял, а не причастен ли к убийству этого Козырева тот самый Григорий, или кто-то из его неведомых товарищей. Жалко, что нельзя было своими мыслями поделиться с Андрейкой… что делать, раз слово дал – держись. Ну ничего, скоро вернётся Матвей Иванович, вот уж с ним Егорка всё обсудит… Он не раз видал, как Матвей рисует на бумаге всякие круги, отмечает их – это вот такой человек, а это другой, и проводит черту от одного к другому, всякие происшествия записывает. Потом складывает эти листки под клеёнку на столе, чтобы если что ещё в голову придёт, достать и отметить.
Звёзды рассыпались по небу, сверкая и подмигивая друг другу. Андрейка давно заснул, уронив голову на руки и не договорив то, что ещё пришло ему на ум про случившееся на селе. А Егору не спалось, он смотрел в звёздный прямоугольник окна, и думал про Григория этого, и про Клариного отца, имевшего с этим Григорием какие-то дела, и про саму Клару… Она вернётся ещё нескоро, в конце августа, и уж точно будет сокрушаться, что её не было здесь, когда такие события произошли.
Почему-то при таких мыслях про Клару Егору стало жарко. Он откинул одеяло и тихонько прошёл мимо спящего друга, сел на маленькую скамейку у оконца, положил голову на руки и стал смотреть, как в туманной дымке, укрывшей луг, слабо мерцают светлячки, словно махонькие звёздочки…
И вроде бы дремать начал уже, чуть со скамейки не упал, вздрогнул от этого… От кромки леса, стараясь держаться ближе к кустам, крался человек. Егор похолодел, душа в пятки ушла! Одни они тут, на хуторе, двое пацанов да бабушка! Что станут делать?!
Человек остановился на лужке, стал осматриваться, Егор пригнул голову, только макушка торчала в окне, и закрыл себе руками рот и нос, казалось, что человек может услышать его частое дыхание и бешено стучавшее сердце… хотя, конечно, с такого расстояния услышать это было невозможно.
Человек покрутил головой и пошёл дальше, пересекая лужок как раз под изгородью их огорода. Он явно направлялся не к их дому, он шёл к старому дому деда Коровина, где давно уже обосновался Матвей Селиванов.
Егор дважды терял из виду этого ночного путника, тот словно растворялся в тени деревьев и кустов, а то пропадал в низине, в клубах сизого тумана. Но всё же вот, снова объявился… точно идёт к дому Матвея! Что же ему там нужно?!
Человек постоял немного у забора, а после легко через него перемахнул, оказавшись во дворе и скрывшись от пристального Егоркиного взора. Что делать? Будить бабушку? А что они трое могут сделать, вдруг у этого пришлого оружие есть? Нельзя… Егор стал считать минуты, чтобы хоть время засечь, не станет же этот пришлый оставаться в доме…
Примерно три четверти часа пробыл тот человек в доме Матвея Ивановича, Егор уже начал думать, что тот не выйдет, останется. Но вот тот появился у забора, снова перемахнув через него. Ничего приметного с ним не было – ни мешка какого, если вдруг вор… да и что брать в доме, никакого богатства у Матвея не водилось.
Человек постоял немного у забора, а после отправился к броду через Воронёнку. В этот год воды было много, брод почти пропал, местные через него не ходили, речка быстрая, снесёт течением. А этот пошёл… значит, неместный, а может через мост идти опасается и решил вплавь.
Егор проводил взглядом пришлого, пока того было видно, а когда он пропал в кустах, подождал немного, боясь, что этот ночной гость мог запалить дом Матвея. Но всё было тихо, дом стоял тёмной глыбой, как и всегда. Тогда Егор стал будить Андрейку:
- Пойдем в дом, я чего-то озяб, - прошептал он другу, - Только тихо, чтоб бабушку не разбудить.
Андрейка сонно кивнул, завернулся в одеяло и отправился вслед за другом. Егорка оглядел двор и улицу за калиткой, было пусто и тихо. Он запер дверь в сени на засов, после и дверь в дом тоже закрыл на железный крюк, а потом сам забрался на полати и долго ещё не мог заснуть, слушая, как посапывает Андрейка. Даже позавидовал ему, вот счастливый, спит…
Продолжение здесь.
От Автора:
Друзья! Рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ ВОСКРЕСЕНЬЯ.
Итак, рассказ выходит шесть раз в неделю, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2026