Утром 22 ноября 2020 года редактор онлайн-журнала нажал кнопку «опубликовать». Материал был хороший: про молодую пару, бросившую Оксфорд ради фургона, про шесть лет свободы, про счастье, которое нельзя купить, но можно собрать из дорожных карт и собачьего лая. Героиня статьи улыбалась с фотографии в жёлтой флисовой куртке.
В это же самое утро, примерно в тот же час, она затягивала лямки рюкзака в испанской деревне у подножия Пиренеев и уходила вверх по тропе.
К вечеру о ней прочтут миллионы.
К вечеру она исчезнет.
Её звали Эстер Дингли. Ей было 37 лет, и биография её до тридцати выглядела так, как выглядит идеально прожитая английская жизнь, если читать её в воскресной газете.
«История успеха»
Эстер родилась в Амстердаме, в семье британцев. Росла в графстве Бакингемшир, в деревне Стоун, среди живых изгородей и ровных полей. Училась в Хедингтонской школе — частной, дорогой, со столетней традицией и высоким потолком в столовой. Увлекалась греблей. И она гребла так хорошо, что выступала за сборную Великобритании. И этого уже этого достаточно, чтобы понять, каким был её запас дисциплины и выносливости.
Потом был Оксфорд. Уодхэм-колледж. Экономика и менеджмент.
Именно там, в 2002 году, она встретила Дэниела Коулгейта. Дэн учился на химика, и в его биографии не было ни живых изгородей, ни частной школы. Его отец развозил молоко по северо-восточной Англии, мать работала в колл-центре. В Оксфорд он попал исключительно потому, что был умнее подавляющего большинства детей, родившихся в богатых домах.
Они стали парой. И дальше пошла история, которую в Англии любят печатать с подзаголовком «история успеха». Он — докторская, постдокторские позиции в Оксфорде и Кембридже, химия, инжиниринг. Она — магистратура, потом стипендия в докторантуру. Вдвоем они основали сеть для молодых учёных. Купили недвижимость. Собирались пожениться.
Всё, к чему их готовили, — получилось.
В этом месте истории читатель обычно ждёт катастрофы: измена, банкротство, скандал. Катастрофы не было. Было хуже.
Другая жизнь
К 2013 году оба оказались в кабинетах врачей с разницей в несколько месяцев. Диагнозы были из области, о которой в те годы было ещё не принято говорить вслух. У него — депрессия. У неё — синдром хронической усталости. Она потом говорила об этом так: «зомби, идущий по жизни во сне».
Человек, получивший стипендию на докторскую степень, шёл по жизни во сне.
В декабре того же года, на Рождество, Дэна увезли на экстренную операцию. Операция прошла хорошо, но после у Дэна развилось тяжёлое инфекционное осложнение, и он едва не умер. Это была точка невозврата. Как именно пара переживала свои проблемы, мы точно не знаем, но свадьбу, назначенную на следующий год, они отложили.
Свадьбы так и не будет.
Вместо свадьбы они продали вещи. Уволились. Купили автодом Auto-Trail Cheyenne 2004 года выпуска и назвали его «Гомером» — в честь поэта, чьё имя давно связано со странствиями. Позже «Гомера» сменит Fiat-кемпер и шесть лет без адреса.
Так началась другая жизнь.
Они жили в Альпах. На побережьях. В Пиренеях. Вели блог, рассказывали про свою жизнь. В 2017 году пара подобрала на дороге бродячую собаку и вскоре обнаружили, что она беременна, появились щенки.
Эстер и Дэн были очень спортивной парой. Больше, чем большинство людей их возраста и образования. В 2020 году они с Дэном прошли Via Alpina: 80-дневный маршрут через Альпы, протяженностью более 5000 километров. Финишировали 4 октября 2020 года. Также Эстер очень часто ходила одна.
В интервью BBC, записанном за несколько недель до её исчезновения, они оба улыбались в камеру — он из французского фермерского дома, она из фургона. Говорили правильные слова о простоте, о свободе, о том, что отказ от привычной жизни сделал их ближе друг к другу.
Но до её исчезновения, в июне 2020 года, у Дэна вышла книга «Какие приключения ждут нас сегодня?» (What Adventures Shall We Have Today?) — о той самой жизни в дороге, которую они выбрали вместо академической карьеры. В книге за словами о свободе и простоте местами проступает усталость двух людей, слишком долго живших в тесном пространстве.
Это всё, что стоит об этом знать. Остальное — их частное дело.
Исчезновение Эстер
Осенью 2020 года, когда мир сидел по домам, Франция ввела ограничения на передвижение, разрешалось удаляться от жилья не дальше чем на километр. Двое людей, привыкших к постоянной дороге и свободе, сняли фермерский дом где-то в Гаскони и впервые за шесть лет оказались под одной крышей на месте и еще надолго.
Собака с щенками. Тишина. Двое бывших учёных, привыкших быть в движении. Что было между ними в этот период, мы не знаем, но 22 октября Эстер уехала одна. На месяц. В Пиренеи.
Он оставался с собаками. Она взяла фургон.
Эстер должна была пересечь границу, припарковаться в Бенаске и оттуда пойти в горы. С 15 по 19 ноября она выходила в походы. 17 её видели в горном приюте на высоте 2100 метров — сотрудники запомнили, что она была в хорошем настроении, но собиралась поворачивать: выпал снег, идти выше не имело смысла. 19 она написала в социальных сетях короткий пост: спустилась, её подвёз приятный мужчина, всё в порядке.
Камера наблюдения в супермаркете Бенаске зафиксировала её лицо в тот же день. Свидетели, которых потом будут расспрашивать журналисты, опишут это лицо одним и тем же словом: задумчивое. Кто-то добавит — грустное.
Местные жители видели, как она занималась йогой около фургона.
21 ноября она вышла на финальный участок. Многодневный. Из Бенаске — в сторону французской границы.
В её снаряжении было всё. Большой рюкзак. Ярко-жёлтая палатка — из тех, которые специально делают такими, чтобы их было видно с вертолёта. Запас еды. Офлайн-карты. Мощный внешний аккумулятор. Флис, мембрана, спальник на минусовую температуру. Список, составленный человеком, который понимает, что в ноябре в Пиренеях нельзя ошибиться.
Метеосводка на 22 обещала ясный день.
Около 15:00 её видели двое. Парень с девушкой пересеклись с ней на тропинке к вершине пика де Совгард (Pic de Sauvegarde), она шла вверх, тяжело нагруженная. Она спросила у них, нет ли у них свежих фруктов. Фруктов не было.
Они разошлись.
Позже мужчина, видевший её, расскажет журналистам, что посчитал её выход в это время дня странным. Было поздновато для такого подъёма. Но она не выглядела человеком, которому надо советовать.
Больше её никто живой не видел.
Около 16:00 она поднялась на вершину пика де Совгард (Pic de Sauvegarde), горы высотой около 2737 метров на границе Франции и Испании. Точное время мы знаем, потому что с вершины она позвонила Дэну. Короткий видеовызов, полторы минуты. Сделала селфи на фоне снежных гребней и долин. Отправила сообщение в мессенджере: «Может, загляну во Францию, надеюсь, в приюте есть зимняя комната. Отпишусь, когда смогу».
После этого телефон был выключен.
Не разрядился. Не сломался. Выключен сознательно. Позже следователи предположат, что так она экономила заряд: сигнал в этих местах плохой, батарею жрёт зря. Версия логичная.
Но телефон больше не включится никогда.
25 ноября она не пришла домой. 25 вечером Дэн позвонил в полицию.
Поиски
Реакция была быстрой и серьёзной. PGHM — французская горная жандармерия, одно из лучших спасательных подразделений Европы, — подняла шесть поисковых групп, вертолёт и собак. С испанской стороны их коллеги из Guardia Civil выставили симметричные силы. Вертолёты пролетали вдоль троп с громкоговорителями, надеялись, что она услышит шум и помашет рукой, покажется где-нибудь. Дроны забирались в ущелья, куда не добраться пешком. Собаки работали по нитке маршрута.
Дэн приехал на поиски. Его знание её привычек, её маршрута, её логики должно было помочь — он говорил спасателям, где она стала бы обходить, где не полезла бы, где, наоборот, пошла бы напролом.
26 ноября начался снег.
Снег шёл всю ночь и весь следующий день. К 30-му снегопад накрыл Пиренеи основательно. Французы приняли решение сворачивать активную фазу. 4 декабря поиски официально остановили с французской стороны. 10-го — и с испанской.
Французский капитан жандармерии Жан-Марк Бординаро сформулировал положение первых недель поисков: «Ничего. Абсолютно ничего».
Ни рюкзака. Ни палатки. Ни следа ботинка в том месте, где он должен был быть. Ни единого запаха, за который могли бы зацепиться собаки, обученные находить именно такие запахи в именно таких горах.
Человек с жёлтой палаткой размером с автомобиль исчез так, как будто его никогда не было.
В отсутствие тела версии размножаются как бактерии.
Что случилось с Эстер?
Французские поисковики первыми аккуратно высказались, что может быть, она не хотела возвращаться. Может быть, ей надоела эта жизнь в фургоне на двоих. Может быть, Дэну надоела она. Добровольное исчезновение, сказал капитан. Женщина, которая хочет продолжить путешествовать одна, теоретически могла выбрать такой способ.
Лаура, случайная знакомая с тропы, подтвердила: да, Эстер говорила о паузе в отношениях, сомневалась.
Дэн отреагировал резко. Дал интервью СМИ, назвал версию чушью. Мать Эстер плакала в камеру и говорила, что дочь была её лучшей подругой, что у них не было секретов и что дочь рассказала бы ей о своём плане. Полиция проверила счета, машину, документы. Никаких крупных снятий. Никаких следов подготовки новой жизни.
Версию добровольного ухода тихо закрыли. Люди, которые разыгрывают собственное исчезновение, обычно убегают от чего-то конкретного: от долгов, от детей, от мужа, от надзирающей семьи. Эстер была свободна. Её жизнь была без каких-либо обременений. Зачем ей был этот театр?
Дэн попытался разобраться сам. Собрал все материалы, описал опыт, собрал данные о маршруте, составил список снаряжения, и его единственный вывод был — в её исчезновении виновен кто-то чужой. Охотники, например. Во время 2020 года пеших туристов почти не было, зато охотников в этих местах было достаточно. И не все из них готовы признаться в несчастном случае. Он писал: «Я склоняюсь к версии, что был кто-то ещё, хотя понимаю, что это рождает свои вопросы».
Любая версия лучше пустоты, но время шло, а о Эстер не было никаких новостей.
Зима кончилась. В апреле 2021 года снег начал отступать, и поиски возобновились. Дэн ходил сам и один, по многу часов, по одним и тем же склонам. Спасатели ходили официально. Даже опытные поисковики в этих местах терялись: один из них провёл несколько суток в приюте без связи, потому что обошёл хребет не с той стороны. Местные в интервью назвали её ноябрьский выход «чудовищной идеей», потому что лёд. В ноябре здесь нельзя без кошек. Всё, что нужно в это время и в этих местах, — подскользнуться один раз.
23 июля 2021 года двое горных бегунов обнаружили человеческие останки неподалёку от Port de la Glère, горного перевала к западу от пика де Совгард.
30 июля ДНК и сопоставление с британскими стоматологическими картами дали ответ. Её.
9 августа 2021 года Дэн обнаружил ещё останки. Они находились в провале в нескольких шагах от основной тропы.
Эту фразу следует перечитать. В нескольких шагах от основной тропы. Не в дикой чаще, куда она могла забрести, потеряв ориентир. Не в лавинном кулуаре, куда её снесло бы ветром, лавиной. На обычной, хоженой тропе, по которой летом ходят семьи с детьми.
Но рельеф у этой тропы устроен коварно. Край, а за краем отвесный провал, примерно 30 метров вниз, в каменный мешок. Сверху этот мешок не виден. С соседнего хребта тоже. С вертолёта — закрыт скальным выступом. Чтобы увидеть дно, надо подойти ровно к этому краю и посмотреть вниз. Те, кто не знает, что надо смотреть, проходят мимо.
Прокурор, выступая перед прессой, подобрал аккуратную юридическую формулу. Точных обстоятельств, сказал он, мы уже никогда не узнаем. Состояние останков делает расследование очень сложным. Вероятнее всего — поскользнулась. Возможно, ботинки не держали на обледенелом участке. Снаряжение было разбросано вдоль стены: сверху донизу, по линии падения, что подтверждало версию.
13 августа следствие объявило, что наиболее вероятная версия — несчастный случай: Эстер, по всей видимости, погибла при падении с высоты около 30 метров.
Здесь надо остановиться.
Потому что вся эта история была о женщине, которая всё просчитывала. Но одного неверного шага не в дикой глуши, а в нескольких шагах от тропы, по которой ходят дети, хватило, чтобы весь ее опыт оказался бесполезным.
Люди в горах гибнут часто и почти всегда одинаково — хватает одного неверного шага.