Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Адмирал Империи

Курсант Империи. Книга шестая 10

Глава 3(2) Циклы: "Курсант Империи" и "Адмирал Империи" здесь Внутренние коридоры выглядели именно так, как я себе представлял. Серые стены. Серый пол. Серый потолок с камерами наблюдения через каждые несколько метров. Никаких украшений, никаких признаков того, что здесь работают существа с эстетическими потребностями. Здание было спроектировано, чтобы подавлять. Каждый метр этих коридоров напоминал: ты маленький, ты контролируемый и находишься во власти системы, которая больше и сильнее тебя. Даже воздух здесь отдавал чем-то стерильным — отфильтрованным до состояния медицинской чистоты и полного отсутствия индивидуальности. Мой провожатый шёл впереди, и его шаги гулким эхом отдавались в пустоте. Мы миновали несколько развилок, спустились по лестнице, снова поднялись, прошли через ещё одну сканирующую рамку. Маршрут казался нарочито запутанным — либо здание действительно было лабиринтом, либо меня специально водили кругами, чтобы я потерял ориентацию. Подозреваю, второе. ИСБ славилась

Глава 3(2)

Циклы: "Курсант Империи" и "Адмирал Империи" здесь

Внутренние коридоры выглядели именно так, как я себе представлял. Серые стены. Серый пол. Серый потолок с камерами наблюдения через каждые несколько метров. Никаких украшений, никаких признаков того, что здесь работают существа с эстетическими потребностями.

Здание было спроектировано, чтобы подавлять. Каждый метр этих коридоров напоминал: ты маленький, ты контролируемый и находишься во власти системы, которая больше и сильнее тебя. Даже воздух здесь отдавал чем-то стерильным — отфильтрованным до состояния медицинской чистоты и полного отсутствия индивидуальности.

Мой провожатый шёл впереди, и его шаги гулким эхом отдавались в пустоте. Мы миновали несколько развилок, спустились по лестнице, снова поднялись, прошли через ещё одну сканирующую рамку. Маршрут казался нарочито запутанным — либо здание действительно было лабиринтом, либо меня специально водили кругами, чтобы я потерял ориентацию.

Подозреваю, второе. ИСБ славилась вниманием к психологическим деталям.

Наконец — лифт. Двери разъехались бесшумно.

— Верхний этаж, — сообщил провожатый. — Вас встретят.

Он не поехал со мной. Кабина начала подъём — плавный, почти неощутимый. Я смотрел на мигающие цифры уровней, прикидывая, что меня ждёт наверху. Допрос? Угрозы? Предложение, от которого невозможно отказаться?

Все три варианта казались одинаково вероятными.

Лифт остановился. Двери разъехались в стороны.

И тут же в глаза мне ударил солнечный свет.

После серости коридоров — это было как удар. Яркий, ослепляющий, почти болезненный. Я невольно прищурился, и несколько секунд ничего не мог разглядеть, кроме слепящего сияния.

Потом зрение адаптировалось.

Панорамные окна. От пола до потолка, вдоль всей стены. За ними — город, далёкий и маленький, и бескрайнее синее небо. Наверное единственный этаж с окнами во всём здании.

Привилегия директора.

Приёмная пустовала — пара кресел, низкий столик, какое-то растение в углу, явно синтетическое. И массивная деревянная дверь в дальней стене, за которой ждал хозяин этого места.

Я подошёл и, не давая себе времени на раздумья, толкнул створку.

Кабинет, кстати, меня сильно удивил.

Я ожидал холодного минимализма. Экранов вдоль стен. Обстановки, достойной главы одной из самых технологически продвинутых организаций Российской Империи.

Вместо этого я будто попал в музей.

Персидские ковры на полу — настоящие, с замысловатыми узорами, явно антикварные. Книжные полки вдоль стен, уставленные томами в кожаных переплётах — и судя по запаху старой бумаги, это были не муляжи. Камин — настоящий, с потрескивающими поленьями, над которым висела батальная картина в золочёной раме. Тяжёлая мебель из тёмного дерева, фарфоровый чайник с позолотой на столе...

Обстановка земной дворянской усадьбы позапрошлого века. Ностальгия по временам, когда судьбы народов решались за партией в шахматы, а не за мониторами серверных комнат.

И посреди этого анахронизма стоял человек.

Около семидесяти лет — но из тех, кто несёт возраст как награду, а не как наказание. Седые волосы, аккуратно зачёсанные назад. Усы подковой — белые, ухоженные, придающие лицу благородно-старомодный вид. Золотые очки в тонкой оправе. Тёмно-синий костюм безупречного покроя.

Яков Андреевич Жулебин собственной персоной.

Он пошел мне навстречу с улыбкой — тёплой, доброжелательной, почти отеческой. Так улыбаются любимому внуку, а не главе корпорации, которого только что выдернули из-за срочных дел.

— Александр Иванович! Рад, что смогли прибыть так быстро.

Рукопожатие оказалось крепким — неожиданно крепким для человека его возраста. Сухая ладонь, твёрдые пальцы. Хватка того, кто не привык к слабости.

— Благодарю за приглашение, — ответил я, освобождая руку. — Хотя, признаться, формулировка «явка обязательна и безотлагательна» не оставляла особого пространства для манёвра.

Жулебин рассмеялся — мягко и необидно.

— Да, канцелярия у нас... консервативная. Присаживайтесь, прошу. Чаю?

Он указал на кресла у камина — глубокие, обитые тёмной кожей. Я опустился в одно из них, отмечая, что сиденье оказалось удобнее, чем выглядело.

— Что ж, не откажусь.

Жулебин взялся за чайник с ловкостью человека, для которого эта церемония — привычный ритуал. Янтарная жидкость полилась в тонкостенные чашки, и по кабинету поплыл терпкий аромат с цветочными нотками.

— Настоящий ханьский. Из личной коллекции. — Он протянул мне чашку. — В наше время мало кто ценит традиции, но я, видите ли, старомоден.

Я сделал глоток. Чай был, действительно, превосходным. Разумеется. Люди вроде Жулебина не держат в кабинете посредственных напитков.

Он устроился в кресле напротив, разглядывая меня поверх очков. Улыбка не исчезала — располагающая, почти дружеская. Идеальный образ благожелательного дедушки.

Но глаза.

Я заметил это, когда он поднёс чашку к губам. Глаза были другими. За стёклами очков, за маской добродушия пряталось нечто холодное. Оценивающее. Взгляд человека, который за десятилетия карьеры повидал тысячи таких, как я. Взвесил, измерил, разложил по полочкам. Решил их судьбы — и не потерял ни минуты сна.

Улыбка была ширмой. За ней скрывался хищник.

— Как поживает Кристина Ермолаевна? — спросил Жулебин. — Она сейчас на Деметре-3, если не ошибаюсь? Надеюсь, отдых идёт ей на пользу.

— В порядке, насколько мне известно, — солгал я, абсолютно не зная, как там дела у бабули. — Она не из тех, кто делится подробностями.

— О да, помню. Мы пересекались несколько раз — давно, ещё до моего нынешнего назначения. Замечательная женщина. Деловая хватка, стальная воля. Редкое сочетание.

Он отпил чаю, не сводя с меня взгляда.

— А как вам удаётся осваиваться на новом посту? Корпорация такого масштаба — серьёзная ответственность для молодого человека.

— Справляюсь потихоньку, — поперхнулся я. — Хотя некоторые аспекты оказались... неожиданными.

Это было неким преуменьшением проблем, которые на меня навалились за последнее время.

— Понимаю, — Жулебин улыбнулся шире. — Управление крупным бизнесом полно сюрпризов. Особенно для тех, кого... как бы это сказать... оберегали от некоторых деталей.

Что-то в его тоне заставило меня насторожиться. Это какой-то намёк? Или просто светская болтовня?

Друзья, на сайте ЛитРес подпишитесь на автора, чтобы не пропустить выхода новых книг серий.

Предыдущий отрывок

Продолжение читайте здесь

Первая страница романа

Подпишитесь на мой канал и поставьте лайк, если вам понравилось.