Соседка Люба взяла телефон, посмотрела на фото – и вдруг отшатнулась, будто обожглась.
– Свят, свят, свят, – зашептала она. – Тебе к нему близко подходить нельзя. В нём уже ничего человеческого не осталось.
Полина побледнела, но возразила:
– Медик я. В мистику не верила никогда. Если бы сама в ту ночь не увидела своими глазами…
- Да послушай, - перебила Люба. – Ты не просто так от него ушла, Я кое-что вижу, но делать не умею. А тебе к бабке надо. К сильной. Есть ручка с бумажкой? Я расскажу, как добраться.
***
Ночью Полина не спала. Ей снова и снова казалось, будто смотрят на неё. Она тихонечко подкрадывалась к окну – шторы задёрнуты, за ними темнота и тишина. Шестой этаж. Никто заглянуть не мог. Только ощущение пристального недоброго взгляда не проходило.
Утром, чуть свет, вызвала такси. Если бы не беспокойная ночь, Поля повременила бы, всё-таки единственный полноценный выходной на неделе.
Поехала, как указала соседка, на другой конец города и дальше по трассе. Дорога уходила в лес. Не доехав всего километр, автомобиль остановился. Таксист ругнулся.
- Выходим, дамочка. Машина сломалась. Эвакуатор буду вызывать.
- Но мы не доехали.
- И что предлагаете, на своём горбу вас дотащить?
- Как я туда дойду?
- Откуда мне знать. Минут за пятнадцать-двадцать дойдёте, если не будете тут сидеть пререкаться.
В лесу пели птицы. Стволы сосен, нагретые ярким солнцем, источали тёплый аромат смолы.
Дважды Полина сворачивала в лес и снова выходила на дорогу, тропинки раз за разом выводили в обратную сторону. На третий раз вовсе заплутала. Куда ни посмотрит – всюду чащоба. Решила вернуться – тропинка пропала. Места нехоженые. Хоть и день, а стало не по себе.
Хрустнула ветка в кустах, и Поля обернулась, готовая бежать.
На тропинку прямо из кустов шиповника вышла женщина. Белый платочек, сама не старая.
- Агафья? - спросила Полина с надеждой в голосе.
- Я это, я. Стой, – она ловко стряхнула с её рукава налипшие сосновые иголочки. – Вижу, дело у тебя срочное. Пойдём. В избе говорить удобнее будет.
В доме пахло травами. Поля глянула в окно: вековые ели, белка прыгает по земле. Агафья зажгла пучок полыни. Пламя вспыхнуло, погасло и задымило. Она поднесла траву к лицу Полины, посмотрела на дым, который вился над ней.
- Детей твоих спасать надо, - сказала Агафья вдруг.
- От Коли? Это муж бывший. Я с ним потому и разошлась, что он стал магией увлекаться…
- Душу он свою заложил. Только силе той этого мало. Хочет и детские души забрать.
Полина онемела. Будто Агафья озвучила самый глубинный страх, тот, в котором она и себе признаться боялась.
- Что с мальчишками будет? – прошептала она.
- Дети не крещёные у тебя? - спросила Агафья.
- Нет. Мы оба атеисты были, пока Коля в это своё колдовство не ударился.
Агафья нахмурилась.
– Разные способы есть. Но проще и быстрее всего окрестить их будет, пока поздно не стало. Если твой муж раньше успеет – уже ничем не помочь.
– Да как я успею? Дети в трёхстах километрах. В лагере.
– Вот и езжай. Как покрестишь – он сам отстанет. Только поспеши, заложенную душу обратно выкупить дорого встанет.
***
Полина медлить не стала. Написала заявление на три дня без содержания, договорилась с соседкой, чтоб присмотрела за квартирой. Села в автобус.
Дорога к лагерю была долгой. Автобус трясся на ямах, за окном тянулись поля, берёзовые рощи, бетонные столбы с проводами.
Забрала детей уже вечером. Старший, Паша, удивился:
- Мам, ты чего?
Младший, Лёня, обрадовался, повис на шее.
– Кошмары так и снятся? – спросила у Павлика.
С подозрением в глазах старший ответил:
- Иногда.
Выражение его лица так напомнило ей Николая, что Поля вздрогнула.
- Тогда, мои детки, быть вам крещёными, – взяв себя в руки, сказала Полина твёрдо.
В город из лагеря ехать было не близко, пришлось снять у местных комнату для ночёвки. У хозяйки Поля узнала, что в ближайшем селе есть церковь. Дозвонившись, она договорилась с батюшкой на завтра о крещении.
Рано утром вышла с сыновьями к остановке. Автобус в село шёл всего несколько раз за день, и на тот, что пораньше, они опоздали. А следующий не пришёл, сломался в пути. «Что-то везёт мне на поломки», - подумала Полина, пытаясь остановить хоть какую-нибудь машину. Опаздывать на крещение было нельзя. Удалось поймать попутку ей далеко не с первого раза, да и то старую «Ладу» с потрёпанными сиденьями и выпадающей передачей, которая того и гляди могла развалиться по дороге. Водитель – бородатый мужик в тельняшке и старой жилетке – всё поглядывал на них в зеркало заднего вида - и вдруг вдавил педаль тормоза в пол.
- Надо же. Голубь упал. Первый раз такое вижу, чтобы прямо с неба – мертвый.
Водитель перекрестился. Мальчишки попросились выйти, посмотреть на птицу, Поля не разрешила. Тронулись дальше.
– Не ведьма ли ты, случайно, что в церковь тебя не пускает?
– Почему ведьма? – испугалась Полина.
– А ты посмотри, - он кивнул, притормаживая автомобиль, - вперед не проехать, всё перекопали. И чего им неймётся. В прошлом году ведь уже рыли в том же месте.
Действительно, впереди стояли пять машин. Водитель вырулил в объезд, свернул на грунтовую дорогу. Спустя некоторое время, снова остановился.
– Не могу понять, – удивлялся он. – Всю жизнь тут живу, а заплутал. Как так-то? И навигатор не работает.
Полина выглянула в окно. За деревьями купола церкви видно не было.
- Ладно, - успокоил он пассажиров, подмигнув мальчишкам, - назад вернемся.
Но только завел машину, она зачихала и заглохла.
– Давайте заплачу, – сказала Поля. – Пешком пойдём. Тут уже недалеко, наверное.
Вышли. Прошли метров двести, из-за поворота вылетел мотоцикл, едва отскочить успели. Грязь налипла мелкими точками на одежду. Павел ругнулся вслед лихачу, Лёнька, подражая брату, повторил всё слово в слово и погрозил кулаком. Старший одёрнул младшего и виновато посмотрел на мать.
- Бесполезно всё, мам, надо назад возвращаться, наверное, - заканючил Лёня.
- Ничего-ничего, мальчики, всё у нас будет хорошо, - подбодрила детей Полина.
Она уже твердо решила не сдаваться и идти, наперекор судьбе.
И как только они дружно двинулись вперёд - деревья вдруг расступились: на пригорке показалась церковь, белая, с золотой маковкой. А времени до обряда оставалось ровно столько, чтобы дойти.
В храме пахло ладаном и воском. Батюшка был старый, с добрыми морщинками у глаз. Поля его увидела и сразу поняла: пришли куда нужно.
Крещение прошло тихо. Лёня улыбался, когда его окунали, Паша стоял серьёзный. Полина смотрела со стороны, как дети принимают таинство, и надеялась, что не опоздала.
Телефон зазвонил, как только они вышли из церкви. Мальчишки шагали впереди. Поля насторожилась. Она помнила, как, входя в храм, отключила его.
На экране высветилось: «Николай».
Хотела сбросить звонок, а палец вдруг соскользнул на зеленую кнопку «ответить».
– Успела всё-таки? – услышала она хриплый голос бывшего мужа.
Чтобы сбросить звонок, Поля в панике беспорядочно тыкала по экрану.
- Мам, ты чего?
Сыновья остановились, поджидая её. Она посмотрела на них, снова взглянула на телефон: он по-прежнему был выключен.
***
Детей она отвезла обратно в лагерь. Сама вернулась в город – нужно было выходить на работу.
Поднимаясь по ступенькам, задержалась на пятом этаже, постучала.
Соседка открыла дверь, посмотрела на неё и улыбнулась.
– Всё?
– Всё. Спасибо. Вы меня спасли.
Люба покачала головой:
– Через меня тебя только направили. Знать, нужны твои дети для добра. А про мужа не переживай – он к тебе теперь не сунется. Нет у тебя больше того, что ему нужно.
Жизнь потекла своим чередом. Лишь изредка по вечерам Поля по старой привычке выглядывала во двор, всматриваясь в темноту. Но там, под тополем, бывшего мужа больше не видела.