Михаил нетвёрдой походкой брёл через поле и думал о своей нескончаемой полосе неудач. Как так выходит, что у человека одно тянет за собой другое? Правда, была и одна мысль, которая хоть немного утешала: беды не касались здоровья родных. Однако легче на душе от этого всё равно не становилось. Все его заботы упирались в деньги. Мише уже казалось, будто он без конца пытается одолеть то, с чем справиться почти невозможно.
Когда ему достался большой дом, он сперва искренне обрадовался. Со стороны жилище выглядело крепким и добротным, однако это впечатление оказалось обманчивым. Стоило присмотреться — и всюду обнаруживались следы запустения. Где-то прохудился резиновый шланг у печки — пришлось менять. Где-то подгнили балки. Старый шифер начал сыпаться, и Михаилу пришлось разбирать крышу, перекрывать её заново. Сначала он брался за всё с воодушевлением, даже радовался, когда удавалось привести в порядок очередной участок. Только вскоре заметил: куда ни посмотри, в доме везде найдётся новая беда. Плинтус вздулся, линолеум отошёл, кафель возле умывальника едва держался. Старый сарай окончательно обветшал. Кирпичная хозяйственная постройка готова была рассыпаться. Забор повело в сторону, и, казалось, ещё немного — и он рухнет на соседний участок. Михаил начал снимать линолеум, а под ним обнаружились подгнившие доски пола. А ведь любой ремонт — это стройматериалы. А стройматериалы — это деньги. Да ещё по нынешним ценам немалые.
С жалованьем в восемнадцать тысяч особенно не разгонишься. Одним только домом дело не ограничивалось: огород тоже требовал заботы. Участок уже весь зарос бурьяном, а значит, нужна косилка. И снова траты. Да и вообще, куда ни кинь взгляд — всюду что-нибудь нужно приобрести, заменить, исправить. Откуда обычному человеку взять такие средства?
И всё же мысль о продаже дома Михаил даже не допускал. Достаточно он уже пожил в общежитии, достаточно намотался по съёмным квартирам. Да и большой выгоды с этой продажи не получилось бы. Может, кто-нибудь и купил бы это жильё за бесценок, только явно не для постоянной жизни, а под дачу. А этих денег всё равно не хватило бы на квартиру в городе. В пригороде же можно было взять разве что такую же покосившуюся избушку. В их районе дорого жильё не ценилось. Рядом селились в основном люди небогатые. Лишь один дом резко выделялся на фоне старых одноэтажных строений. Какой-то состоятельный человек с непростой биографией возвёл себе не дом, а настоящий дворец — с башенками, вычурными украшениями и прочими излишествами. Односельчане говорили, будто сад там заставлен дорогими скульптурами, на участке устроен искусственный водоём, а над всем этим трудится целая бригада наёмных работников из Азии. Проверить такие разговоры было невозможно: коттедж окружал высокий каменный забор.
Кто-то из знакомых советовал Мише взять кредит, чтобы быстрее привести дом в порядок. Но Михаил держался своего правила: в долг не жить и с банками не связываться. Всё, что удавалось заработать, он вкладывал в ремонт. Ему очень хотелось наконец довести жильё до ума и устроить нормальную жизнь, а со временем и семью завести. Когда он ещё работал в городе, девушки, едва узнав, что у возможного жениха ни жилья, ни крепкой опоры за душой нет, быстро исчезали из его жизни.
Вот и теперь подвыпивший Михаил уныло шёл через поле. К горячительному он обычно не тянулся, но утром спустился в погреб, увидел сырость, сгнившие стеллажи и полки для банок — и совсем сник. Только недавно закончил менять полы, а тут снова незапланированные расходы. Из-за этой бесконечной борьбы с ветхостью дома у него и на еду денег едва хватало, так что соседский самогон ударил в голову особенно быстро. Ноги заплетались, его покачивало. С трудом дойдя до двора, Михаил направился не в дом, а в сарай. Возвращаться в жильё в таком состоянии ему совсем не хотелось.
Сарай, между прочим, был новым. Старую сараюшку Михаил давно разобрал и на её месте поставил добротную постройку. Только именно там его и поджидала неожиданность. Из угла на мужчину смотрело какое-то непонятное создание. Небольшое, с серой кожей, с огромными ушами и длинным голым хвостом, точь-в-точь как у крысы. Когда Михаил шагнул ближе, существо подняло треугольную мордочку и недобро показало мелкие острые зубы. Из его пасти вырвался приглушённый рык, плавно переходящий в шипение.
Михаил вспомнил, что когда-то читал в интернете о чупакабре. До этой минуты он не верил в подобные истории, однако как тут не поверить, если в его сарае сидит неведомый зверь? Вслед за этим создание соскользнуло с полки на пол. Михаилу даже померещилось, будто оно не просто спрыгнуло, а перетекло вниз — настолько плавными были его движения. Нет, на обычного мутанта это не походило. В голове у Миши сразу всплыли отрывки из мрачных фильмов. Он дико вскрикнул и пулей вылетел во двор.
Оказавшись на улице, Михаил сперва хотел бежать к соседям, однако всё же вернулся и запер неизвестную тварь в сарае. Мало ли на что способен этот ушастый гость. Некоторое время он ещё постоял у двери, приложив ухо к доскам. Внутри было тихо. Проверять, осталось ли создание на месте, мужчина не решился. Развернувшись, он со всех ног бросился к Степану — тому самому соседу, с которым незадолго до этого сидел за самогоном.
Без стука влетев в дом, Михаил с порога выкрикнул:
— Стёпка, что ты в самогон намешал?!
Пьяненький Степан недовольно посмотрел на раскрасневшегося гостя, а затем с важностью ответил:
— Ничего я не намешивал. Чистая хлебная, на хорошем зерне.
И уже куда внимательнее спросил:
— Да что стряслось-то? Чего ты сам не свой?
Михаил развёл руками и заговорил сбивчиво:
— Да как тут быть спокойным? Захожу в сарай, а там сидит кто-то непонятный. Маленький, с кошку размером, весь лысый, кожа серая, в складках, хвост крысиный, уши огромные — хоть просвечивают, морда вытянутая, зубы острые. Я теперь к дому подходить не хочу, пока не пойму, кто это у меня заселился — бесёнок какой-то или та самая чупакабра.
Степан почесал затылок и важно заявил:
— Если это чупакабра, её и вилами угомонить можно. А коли нечистая сила — тут без креста, молитвы и ладана не обойтись.
С этими словами он достал из шкафа старый молитвенник, доставшийся ещё от прабабки, и набожно перекрестился. Для храбрости мужики ещё немного приложились к самогону и отправились к Мишиному сараю. В одной руке Степан держал вилы, в другой — молитвенник. Михаил тем временем возился с задвижкой. Та не поддавалась: то ли заело, то ли пальцы после выпивки плохо слушались. Провозился он довольно долго. Наконец запор открылся, и первым внутрь шагнул Степан, вытянув перед собой ветхий молитвенник, словно щит.
— Изыди! — громко провозгласил он.
Из-за запаски, прислонённой в углу, показалась треугольная мордочка с большими ушами. Существо приоткрыло розовую пасть, жалобно мяукнуло и тут же снова спряталось. Михаил отступил, выставив перед собой вилы, а Степан, напротив, уверенно двинулся вперёд. Он отшвырнул ногой запаску и спустя миг вытащил из угла перепуганное животное.
— Ох, Мишка, и простак же ты, — сказал он, поднимая находку на руки. — Это не чупакабра. Это сфинкс. Кошка такая. Дорогая, между прочим. И, похоже, ещё и с котятами. Вон какое пузо.
Он даже ткнул товарищу в лицо круглым тёплым животом кошки.
— Моя дочка о такой мечтает, всю голову мне проговорила. Только цена на этих резиновых котеек больно кусачая. Так что радуйся: к тебе ценная зверюга сама пришла. Ещё и котят принесёт — совсем хорошо будет. Только смотри, с тебя один котёнок, когда окотится.
Пообещав приятелю котёнка, Михаил с некоторой опаской взял лысое сокровище на руки. Тельце у кошки оказалось горячим, а мордочка — не такой уж зловещей, как ему привиделось с перепугу. Чтобы дорогая находка не сбежала, он поселил её в кроличьей клетке. Клетка была совсем новой: Михаил как раз собирался разводить кроликов, а вышло так, что начинать пришлось с породистой кошки.
На следующий день, приехав на работу в город, Михаил принялся искать Wi-Fi, чтобы прочитать о сфинксах всё, что только можно. После смены он зашёл в зоомагазин, купил корм, который советовали на одном из сайтов, витамины для беременных кошек и даже маленькую тёплую кофточку, чтобы его подопечная не мёрзла.
Возле поселкового магазина ему на глаза попалось объявление. С фотографии на мужчину смотрела складчатая кошачья мордочка, очень похожая на ту, что сидела у него дома в клетке. Михаил подошёл ближе и прочитал текст. Так и есть — адрес владельцев совпадал с адресом того самого богатого коттеджа, единственного на весь посёлок. Миша с досадой сплюнул. Придётся возвращать кошку. Иначе недалеко до неприятностей с местным богачом. Пусть он давно уже числится бизнесменом, а не тем, кем был когда-то, но связываться с таким человеком Михаилу совсем не хотелось.
Домой он даже не зашёл, а сразу отправился к коттеджу. Подойдя к воротам, нажал кнопку и сообщил через переговорное устройство, зачем пришёл. Ворота бесшумно разъехались, приглашая его во двор. Первое, что бросилось Михаилу в глаза, — снующие туда-сюда невысокие работники с садовым инструментом в руках. Значит, сельские разговоры были недалеки от истины.
Навстречу вышел и сам хозяин. На вид — самый обыкновенный мужчина средних лет. На нём были бриджи цвета хаки и простая клетчатая рубашка. Похоже, он и сам только что работал в саду наравне с остальными: лоб блестел от пота, рубаха прилипла к телу, ладони были в земле. Выслушав Михаила, мужчина представился Петром Сергеевичем, подозвал охранника и велел отвезти их на другой конец посёлка — за кошкой.
Сев рядом с гостем на заднее сиденье, Пётр Сергеевич начал расспрашивать, при каких обстоятельствах нашлась беглянка. Михаил не умел юлить и рассказал всё как есть: и про сарай, и про то, как принял лысую кошку за нечистую силу. Этот рассказ так развеселил хозяина, что он хохотал всю дорогу, то и дело толкая Михаила локтем. На глазах у него даже выступили слёзы от смеха.
Когда они вошли в Мишин дом, Пётр Сергеевич сразу кинулся к клетке и бережно достал оттуда свою лысую Мусеньку. Михаил, глядя, как человек с суровой хваткой так ласково гладит найденную кошку, смущённо переминался с ноги на ногу. Наконец он решился и показал купленные для Муси корм, витамины и одёжку.
Пётр Сергеевич посмотрел на всё это, затем серьёзно сказал:
— Хороший ты человек, Миша. Сам живёшь небогато, дом у тебя требует рук и средств, а для чужой беременной кошки не пожалел ни денег, ни заботы. Хочу отблагодарить тебя по-настоящему. Дам стройматериалы. У меня их с избытком. Прораб когда-то насчитал почти вдвое больше нужного, да воспользоваться этим запасом уже не сумел. Материал лежит без дела, а у тебя он пойдёт в дело. Так будет правильно.
На следующий день к дому Михаила подъехал грузовик. Из кузова быстро выгрузили стройматериалы, а следом по двору засновали всё те же небольшого роста работники с азиатскими лицами. За месяц дом было не узнать. Они всё поменяли, где нужно — укрепили, где нужно — починили, навели порядок на участке, поставили новый забор. Теперь на жильё Миши и взглянуть было приятно.
И жил он отныне не один. Когда ремонт подошёл к концу, в доме осталась юркая молодая штукатурщица по имени Дилар. Хозяин коттеджа вовсе не возражал, чтобы его работница устроила свою жизнь рядом с добрым человеком, который вернул ему любимую лысую кошку.
Не забыл владелец Мусеньки и о втором помощнике. Дочь Степана получила в подарок долгожданного котёнка — неуклюжего, забавного маленького сфинкса. А Михаил, который ещё совсем недавно шёл через поле с тяжёлым сердцем и не видел впереди ничего обнадёживающего, наконец понял: иной раз одна случайная находка способна перевернуть всю жизнь.