Вера Маяковская

Петух у соседки Нины орал третий раз, а Егор Захаров уже стоял по пояс в тумане над колодцем, слушая, как ведро гулко бьётся о каменные стенки. Вода в июне шла ледяная, до ломоты в зубах. Он зачерпнул полную кружку и выпил не отрываясь, чувствуя, как холод проваливается внутрь и расходится по рёбрам. Утро в Калиновке начиналось всегда одинаково. Роса на траве, тяжёлая и крупная, как бусины. Запах сырой земли, перемешанный с чем-то цветочным, неуловимым. И тишина, которую городской человек принял...

Раиса Николаевна никогда не улыбалась пациентам. За двадцать три года работы в терапевтическом отделении городской больницы номер четырнадцать ни один человек не видел на её лице ничего, кроме спокойной сосредоточенности. Молодые врачи шутили между собой, что у Морозовой в трудовом договоре отдельным пунктом прописан запрет на эмоции. Она приходила на смену за сорок минут до начала. Коридор третьего этажа в половине седьмого утра принадлежал ей одной, и линолеум поскрипывал под белыми кроссовками,...

Будильник на телефоне звонил в шесть десять. Вера Николаевна каждый раз собиралась перенести его на шесть тридцать и каждый раз забывала. Так и жила эти двадцать лет: на двадцать минут раньше, чем нужно. Она сидела на краю кровати, босые ступни на холодном линолеуме, и слушала, как за стеной сын ворочается во сне. Костя спал до последнего, до звонка школьного автобуса, и просыпался злой, будто его разбудили из принципа, а не по расписанию. Ему было семнадцать, и весь мир казался ему устроенным назло...

Каждое утро начиналось одинаково: будильник в пять сорок, холодная вода на лицо, чайник на плиту. Рита Волкова стояла у окна и смотрела, как фонари медленно гаснут вдоль проспекта. В эти минуты город ещё спал, и она была единственным человеком на свете. Она любила это время. Не потому что любила одиночество, а потому что в тишине не нужно было ни перед кем извиняться за то, что занимаешь место. На кухонном столе лежала стопка чистых тетрадей и авторучка с надкусанным колпачком. Рита всегда записывала: третья палата, Егоров, аллергия на цефтриаксон...