В мире тяжелой музыки сложно найти артиста, который за последние десять лет вызвал бы столько же споров, сколько датчанка Амалия Бруун. Ее сольный проект Myrkur (в переводе с исландского — «тьма») очаровал авангардную блэк-метал сцену и одновременно привел в бешенство самых консервативных пуристов жанра.
Она снималась в рекламе Мартина Скорсезе, работала с поп-идолом Майклом Болтоном, была звездой хипстерского Бруклина, а затем взяла и ворвалась в блэк-метал. Амалия доказала: экстремальная музыка не является эксклюзивной собственностью суровых мужчин в корпспейнте (боевом черно-белом раскрасе).
Датские корни и норвежская тьма
Многие слушатели ошибочно считают Амалию норвежкой — во многом из-за того, что ее музыка пропитана духом норвежского блэк-метала и фольклора. Но она родилась и выросла в Дании.
Музыка всегда была в ее ДНК. Отец Амалии был довольно известным в Дании 80-х поп-певцом, а мать работала юнгианским психоаналитиком. «Мама старалась не приносить работу домой, но в итоге меня и мои поступки анализировали каждый день», — со смехом вспоминает певица.
С раннего детства Амалия играла на классическом фортепиано и скрипке. В подростковом возрасте она слушала Nirvana и Бьорк, пока однажды не наткнулась на Transilvanian Hunger (1994) — легендарный, записанный с намеренно грязным звуком шедевр норвежских отцов блэк-метала Darkthrone.
Для большинства людей сырой блэк-метал звучит как невыносимый шум. Но Амалия с ее классическим образованием услышала в нем другое. «Обычно люди приходят к блэку годами, начиная с чего-то легкого, — вспоминает она. — Но этот альбом внезапно напомнил мне классическую музыку. Монотонность, эпичность, атмосфера. Для меня это был идеальный портал во тьму».
Побег в Нью-Йорк и жизнь в двух мирах
В 22 года Амалия купила билет в один конец до Нью-Йорка. У нее не было ни телефона, ни жилья. Она бродила по городу с демо-кассетами, где были записаны лишь пианино и ее вокал. В итоге она осела в Бруклине — мировом центре независимой музыки и хипстерской культуры.
Там она стала солисткой дрим-поп группы Ex Cops. Они играли легкую, модную музыку, а их второй альбом взялся продюсировать сам лидер The Smashing Pumpkins Билли Корган. В этот период у Амалии была странная двойная жизнь, достойная голливудского фильма.
Днем она строила инди-поп карьеру и подрабатывала моделью. Вы могли видеть ее (с черными как смоль волосами) в изысканной рекламе духов Chanel, которую снял великий Мартин Скорсезе. Или в абсурдном комедийном клипе группы The Lonely Island, где она снималась вместе с эстрадным певцом Майклом Болтоном.
Но по ночам, в тайне от своих нью-йоркских друзей-хипстеров, она писала мрачные гитарные риффы, смешивая их со скандинавским фолком и жуткими криками. Амалия ненавидела музыкальную поп-индустрию за сексизм. «Продюсеры говорили мне, как одеваться, обсуждали, можно ли мне сниматься с небритыми подмышками. Они говорили: "Пусть Амалия запишет эту песню, чтобы просто выпустить пар". Это лишало меня свободы как музыканта и как женщину». Метал стал ее отдушиной.
Рождение Myrkur и гнев «трушных» фанатов
Когда уважаемый независимый лейбл Relapse Records выпустил первый мини-альбом проекта Myrkur в 2014 году, никто не знал, кто скрывается за этим названием. На промо-фотографиях была лишь размытая фигура в лесу.
«Я хотела, чтобы музыка говорила сама за себя», — объясняет Амалия.
Но в эпоху интернета тайны живут недолго. Когда хардкорные фанаты металла узнали, что за рычащим вокалом, бласт-битами и гитарами стоит «поп-певичка из Бруклина», интернет взорвался от ненависти.
В блэк-метале существует понятие «trve kvlt» (истинный культ) — фанаты ревностно охраняют жанр от коммерции и чужаков. Амалию обвиняли в том, что она «фальшивка», «индустриальный проект лейбла» и вообще вторглась на «чисто мужскую территорию». В ее адрес даже поступали угрозы расправы, из-за чего ей пришлось временно отключить социальные сети.
Но Амалия нанесла хейтерам гениальный ответный удар. К записи своего полноформатного дебютника «M» она привлекла настоящих легенд норвежского металла — тех самых людей, на которых молились ее ненавистники. Продюсером выступил Кристофер Рюгг из Ulver, а на гитаре сыграл Телох из скандальной группы Mayhem.
«Я думаю, троллей бесило именно то, что я работала с их кумирами, — рассуждает Амалия. — А еще я не соблюдала негласные правила того, как женщины должны вести себя в метале. Я просто делала все по-своему. И, признаюсь, иногда я специально их дразнила: я понимала, что стоит мне выложить фото с кем-то из отцов-основателей блэка, как интернет-воины взорвутся от злости».
От ночных кошмаров к материнству
Второй альбом Myrkur, Mareridt (2017), заставил замолчать многих критиков. Название переводится как «Кошмары» — пластинка была написана под впечатлением от сонного паралича и лунатизма, от которых Амалия страдала годами. Альбом получил высочайшие оценки критиков и доказал, что Myrkur — это не шутка на один день.
Но Амалия не любит стоять на месте. Ее следующий шаг стал еще более радикальным. Альбом Folkesange (2020) вообще лишен электрогитар. Это чистая скандинавская народная музыка, сыгранная на шведской никельхарпе, мандоле и лире.
На момент выхода этого альбома в жизни Амалии произошли важнейшие изменения: она вышла замуж за дэт-метал барабанщика Кита Абрами и переехала за город, чтобы стать матерью.
Созданию светлого фолк-альбома предшествовала личная трагедия — выкидыш. Об этом опыте Амалия написала пронзительную песню Gudernes Vilje («Воля Богов»).
«Это был очень сложный конфликт чувств: вина за ту жизнь, которой не суждено было случиться. Но даже когда сердцебиения еще не было, ты все равно уже чувствуешь себя матерью».
Спустя несколько дней после трагедии она узнала, что снова беременна. Именно в этом состоянии она отправилась в студию с Кристофером Юулем (продюсером шаманской группы Heilung).
«Я чувствовала небывалую силу и чистоту в голосе. Это было невероятное состояние — записывать древний народный вокал, пока внутри тебя растет новая жизнь (сын Отто)», — делится певица.
Сегодня Амалия Бруун ломает очередной стереотип: она доказывает, что женщина может быть любящей матерью, жить в тихом доме у фьордов и при этом оставаться значимой фигурой в бескомпромиссном мире тяжелой музыки. Она не собирается бросать метал и обещает фанатам, что следующий альбом обязательно будет с перегруженными гитарами. Но играть она по-прежнему будет только по своим правилам.
А как вы считаете, важен ли «трушный» бэкграунд для тяжелого музыканта, или хорошая музыка говорит сама за себя, даже если автор раньше пел в инди-поп группе? Делитесь мнением в комментариях!
Ставьте лайк и подписывайтесь на канал — мы регулярно публикуем глубокие лонгриды о самых необычных фигурах в истории рок- и метал-музыки!