Исканян Жорж
На протяжении всей моей самостоятельной жизни я постоянно так или иначе сталкивался с этим общественным явлением о котором, кстати, при его наличии, каждый говорил с гордостью, но это не всегда и не везде. Актер, например, никогда не скажет, что своей главной ролью в театре или успехами в частых киносъемках он обязан громкой фамилии отца, а актриса фамилии мужа или любовника.
Спросите их, как так все получилось замечательно у них? И они, глазом не моргнув, вам ответят честно, что всего в этой жизни добились благодаря своему рабскому труду и врожденному таланту (актрисы говорят сущую правду, имея ввиду интимные отношения с главрежем или с худруком), ну а актеры лукавят.
Так же, кстати и в авиации, и в армии. Все блатные скромно умолачивают, каким таким боком они из рядового командира Ан-26 сразу, минуя Ан-12, ввелись во вторые пилоты Ил-76, а буквально через полгода и в командиры. Но спроси их об этом и они, со слезами на глазах, с придыханием (как укротитель в фильме "Полосатый рейс", помните? Все очень просто, укрощены лично мной) ответят:
- Вы не поверите, но все сам...
Точно так же ответит и молодой полковник, нахватавший звезд на погоны за пару, тройку лет.
В этих сферах про мохнатые лапы скромно умалчивали. Но там ведь и работали не простые, рядовые представители нашего населения.
Летчики, военные, артисты, медики — это отдельная каста, как верхние слои вкусного торта, самые вкусные. Ну а крем с цукатами это однозначно таможня! Вне конкуренции! Самая коррумпированная, самая наглая и самая мерзкая организация! Как говорил мой знакомый таможенник:
- Постоянно забываю одно слово - "совесть..."
У моего хорошего приятеля Сереги Иванова, жена работала преподавателем английского языка в Таможенной академии. Конкурс туда был миллион человек на одно место, наверное. Она рассказывала, что к начальнику академии приходили отцы отпрысков и клали ему на стол ключи от самых крутых новых весьма известных импортных тачек, только чтобы их сынок прошел по конкурсу и был зачислен.
Простой же народ был в этом плане куда откровеннее и наивней. Каждый с гордостью заявлял, что чешскую стенку купил по знакомству. У жены двоюродного брата отец работает грузчиком в мебельном магазине. Если вам нужен был цветной телевизор, вы начинали опрашивать знакомых, есть ли у кого из них кто-то свой в универмаге? И так по любому дефицитному товару.
Я даже друзей своих водил в Краснопресненские бани по блату, через черный ход. У меня был знакомый электрик оттуда, вот он нас и проводил в подсобное помещение электриков, собирая с каждого по 1,50 руб. Из их подсобки были отдельные двери с выходом в бассейны, мужской и женский. В женской кто-то просверлил дырку и лицезрение обнаженных женских натур входило в стоимость проходки.
Любая работа, обеспечивающая безбедное существование, вызывает повышенный спрос.
Мой зам командира отряда устроил сына в летное училище благодаря хорошему знакомству с начальником этого учебного заведения, после чего того благополучно довели за ручку до выпуска, а после выпуска устроили в "Трансаэро", включив в группу пилотов летевших для переучивания на Боинг в США.
Для продления сертификата летной эксплуатации, без которого авиакомпания не имеет права работать, к нам в Домодедово периодически приезжала комиссия из МГА. В нее входило семь человек в том числе и мой давний приятель Володька Егоров, бывший представитель Краснопресненского райкома комсомола, ездивший с нашим ансамблем "Рифы" с агит концертами. Закончив МИИГа, он сначала работал в Авиа загран поставках, а затем стал инспектором в МГА. Проверяли они нас неделю, после чего для них устраивали грандиозный банкет с вручением пухлых конвертов. Документы торжественно подписывались и довольные члены уезжали.
На тренажер в Шереметьево пилоты ездили со стандартным набором для положительного результата. На занятия по АСС (аварийно-спасательные средства) в Монино мы предварительно скидывались и покупали проверенный годами набор выпить, закусить, после чего, прослушав лекции, получали бумагу с положительным результатом сдачи зачетов.
В академии Жуковского при сборах на 1,5 месяца для подтверждения профпригодности мы почти все экзамены и зачеты сдавали с помощью общего взноса на развитие кафедры.
В начале восьмидесятых я познакомился с директором чебуречной, напротив кинотеатра Высота, в Кузьминках. Звали его Рагим. До этого он работал шеф поваром ресторана Баку. Классный мужик! Мы с ним подружились. Внешне он очень напоминал Гейдара Алиева, такой же спокойный и рассудительный. Времена были голодные, но для своего производства Рагим получал без проблем полный ассортимент основных видов мяса. Меня с ним познакомил мой хороший приятель старший оперуполномоченный 72 го отделения милиции полковник Горшков Володя. Все начальство этого отделения кормилось в этой чебуречной, причем не просто мясом, а замаринованным шашлыком, который Рагим заготавливал по своему рецепту в огромном чане. Каждую пятницу к нему слетались страждущие полакомиться настоящим шашлычком на природе. Тут были и начальники из милиции, и из администрации районных служб, ну и я. Брали все это не бесплатно, но и не по рыночным ценам. Мне Рагим всегда отдельно, в виде презента, накладывал в пакет с пылу с жару чебуреков для моей супруги. Я привозил ему красной и северной рыбки, икорки. Чебуречная располагалась на втором этаже кирпичного здания, а на первом был продовольственный магазин, на прилавках которого ассортимент был обычным для всех магазинов того времени. Перед праздниками Рагим предлагал мне спуститься вниз к заведующей, и, подсказав ей от кого я, спуститься с ней в подвал, чтобы набрать себе чего-нибудь к праздничному столу.
В подвале было полное изобилие различных ценных деликатесов, как у Али Бабы в пещере. Банки тихоокеанской селедки спец посола, югославская ветчина, утки, гуси, мясо фасованное, сервелаты, осетрина, крабы, лосось в банках, сгущенка, тушенка, крупы разные, фрукты, спиртное на любой вкус.
Я набирал не наглея, а заведующая сзади шла за мной и все подсчитывала, если нужно взвешивая товар. Затем я расплачивался и довольный шел с увесистой сумкой домой.
В конце восьмидесятых Рагим ушел, ему надоело обслуживать всю эту, постоянно растущую по количеству и по запросам ораву, желающую поживиться по дешевке.
Вместо него пришла Валентина Дмитриевна, с которой он меня и познакомил. И мы с ней отлично подружились и общались до сравнительно недавнего времени, когда она ушла из-за болезни, продав свой бизнес азербайджанцам. Дело в том, что из чебуречной Валентина переделала помещение в ресторан «Каскад» с отличным интерьером и оригинальным сооружением при входе в виде водяного природного каскада.
Она начала с того, что отвадила львиную долю бывших клиентов Рагима, несмотря на различные угрозы. Дмитриевна не боялась никого. Я догадывался, что ее сын (с которым она меня познакомила) был довольно крутым мафиози.
Звали его Дима. Похоже, что жили они вдвоем, потому что телефонные разговоры, сколько я помню, кроме служебных, велись только у мамы с сыном или наоборот. Их взаимоотношениям можно было только позавидовать. Он ее всегда называл "мамулей", а она его "Димочкой" или "сыночком".
Меня она называла "Жорочка".
Чебуречную она сначала переделала в "Пирожковую" и к ней за пирогами ходили в основном работяги, желающие быстро и недорого перекусить. Когда Валентина открыла ресторан, тогда она и одеваться стала по-другому и вести себя более строго, но на наших с ней взаимоотношениях это никак не сказалось, всегда искренняя радость, подробные расспросы о семье, и своя исповедь о самочувствии и о делах.
Когда я наведывался к ней в ресторан, она всегда распоряжалась делать для меня значительные скидки. Светлая женщина! Где ты теперь?
Мне по жизни везло с хорошими людьми! Думаю, что и те, кто меня знал, тоже обо мне неплохого мнения. Многих своих приятелей и друзей я, при малейшей возможности устраивал на хорошую работу, помогал с бизнесом, сводил с нужными людьми, по мере сил и своих связей оказывал различную помощь. Были конечно те, кто быстро забывал об этом и отвечали подлостью или хамством, причем даже родственники, но я не обижался и не выяснял отношения, достаточно просто отойти в сторону и не мешать, пусть теперь сами делают, что хотят, а Бог воздаст всем по делам их.
Так у меня получилось с моим другом юности Лехой Соколовым. Конечно же не последнюю роль нашему охлаждении дружбы сыграла его пагубная страсть, но мне кажется, что человеческие чувства должны сохраняться при любой страсти. Таким примером для меня остался Мишка Радишвили, царствие ему небесное...
Мишу и Серегу Иванова я устроил начальниками смен нашего таможенного склада в Домодедово авиакомпании "Атран". По тем временам, да и сейчас, такая должность ценится заоблачно высоко. Три года они проработали там вполне достойно. Начальник комплекса Славка Поляков постоянно меня благодарил за удачный подбор сотрудников.
По злому стечению обстоятельств он же и стал причиной Мишкиного срыва. Я сто раз предупреждал его, что Михаил не пьет больше трех лет и спиртного ему нельзя категорически, но Славка как-то в порыве отличного настроения налил Мишке в кофе коньяк и самонадеянно решив, что ничего страшного от этого не будет, чуть ли не силой уговорил его выпить. На следующий день Мишаня сорвался в штопор, из которого выйти уже не смог.
Через два месяца ушел Сергей, не пожелавший постоянно принимать смены у нового начальника смены, махрового жулика и вора (позднее попал под следствие).
В свою очередь Сергей помог моей жене вытащить паспорт у мошенников из турфирмы, а также вернуть приличную сумму денег, которую те не хотели возвращать. У дочки Сергея муж был замом генерального прокурора Москвы. Стоило ему позвонить, как руководитель турагентства сам все привез на следующий же день и долго извинялся за недоразумение.
Я это все к тому, что блат бывает не только вредный, отрицательный, но и полезный, положительный.
В восьмидесятые годы летом было очень тяжко с билетами на транспорт, любыми. Меня выручали наши бывшие бортпроводницы, работающие в кассах Аэрофлота после ухода с лётной работы, причем одна из них, Клава, сидела прямо в МГА на брони. К ней я нырял в самом крайнем случае, когда все уже были бессильны. Клавдия жила вдвоем с малолетним сыном, воспитывая и поднимая его одна. Два раза в году она возила его в Евпаторию, в санаторий и на это время выпадала из моего внимания. И вот, собираясь в очередной раз к отъезду, она позвонила мне и предложила на время своего отсутствия, если вдруг для меня понадобятся срочно билеты (все услуги моих подруг мною обязательно оплачивались по негласному тарифу), звонить ее подруге Галке, которая сидит на депутатской брони.
- Я завтра заканчиваю смену в 19:30, подъезжай, посидим, где ни будь, познакомишься с Галкой заодно, мы вместе приедем, у нас смены совпадают, - предложила она.
Я с радостью согласился.
Если стоять лицом к зданию Аэровокзала на Ленинградке, то перед вами, слева и справа будут находиться два абсолютно одинаковых, синего цвета, здания. Правое - само МГА, Министерство Гражданской Авиации. Левое - административное здание этого же министерства, в котором располагались различные вспомогательные службы, в том числе и отдел продаж и бронирования авиабилетов. Вот к этому самому зданию, к главному входу, я и подъехал, как договаривались с Клавой, как это приходилось мне делать не раз, когда она выносила для меня заказанные авиабилеты.
В 19:35 стали выходить закончившие смену женщины и девушки. А вот и Клавдия. Но кто это с ней? Богиня! Я таких красавиц, скажу вам честно, не видел на своем веку! В ней было все идеально! И внешность, и фигура, и одежда, а когда познакомились, то и манера разговора и поведения.
Познакомься, Жорж, это Галя, моя подруга, о которой я тебе говорила, - улыбаясь сказала Клава.
Жорж, очень приятно, - как можно спокойнее представился я, стараясь никак не выдать ей своих чувств восхищения и желания.
- Галина, - представилась Галина, - мне подруга о тебе много рассказывала. Интересно познакомиться лично.
Я предложил пойти посидеть в ресторан Аэрофлот, на втором этаже Аэровокзала, с правой стороны.
Девушки согласились.
Просидели мы там почти до закрытия. Болтали обо всем. Я рассказал несколько смешных историй из своей многогранной жизни. Девушки от души посмеялись. С Галкой мы почти сразу слились характерами в одно целое. Нам было с ней классно! Как будто мы знали друг друга сто лет! Хотелось говорить и слушать другого еще и еще. Все было интересно. Клава, заметив без труда нашу взаимную симпатию, засобиралась домой:
- Ну вот и славно! Я вас познакомила и теперь, Жорочка, моя помощь тебе, похоже, не скоро понадобится. Мне пора, а то завтра трудный день. Сборы и вечером отъезд. Пока ребята!
Мы чмокнули ее в щеку на прощание прежде, чем она села в такси и уехала.
Галка жила недалеко от метро Шоссе Энтузиастов.
Мы поймали такси, и я поехал ее провожать. Всю дорогу страстно целовались и никак не могли остановиться. Остановились один раз, когда она вдруг, отстранилась и глядя мне в глаза очень серьезно сказала:
- Жорж, давай сразу проясним ситуацию, чтобы в дальнейшем не было лишних разговоров и недопонимания.
- Я готов, - приказывай королева! - пошутил я.
- Я серьезно, выслушай меня пожалуйста, - требовательно продолжила королева.
- Весь во внимании, - ответил я серьезно.
- Так вот, у меня есть муж.
- А у меня жена...
- Не перебивай!
- Он занимает очень большую должность в генеральном штабе МО и я не хочу ничего менять в нашей с ним семейной жизни, несмотря на большую разницу в возрасте. Меня все устраивает, поэтому с предложениями все бросить и уехать строить БАМ это не ко мне. Ко мне, если ты хочешь, чтобы в твоей жизни всегда была рядом страстно любящая тебя подруга и любовница, которой ты можешь хотя бы иногда дарить свою любовь. Устраивает тебя такой вариант? - спросила она выжидательно.
- Давай договор, я подпишу все условия, немедленно! - улыбаясь ответил я и притянул ее к себе.
И стали мы встречаться. Часто. Мы ездили к моему приятелю Юрке Земнюхову в Строгино, где у него была двухкомнатная квартира, к Лешке Соколову, который развелся с женой и жил временно один в двушке, пока они меняли квартиру. Как-то раз она пригласила меня к себе домой.
- А как же муж? - спросил я.
- Он, раз в месяц, уезжает в штаб для суточного дежурства на стратегической связи, поэтому не волнуйся, мы будем одни.
И я поехал.
Квартира была просто шикарная, больше похожая на музей антикварных ценностей в художественном салоне. Стол был уже накрыт и кроме французского коньяка на столе были бутерброды с черной икоркой и прочими деликатесами. Галка порхала в роскошном пеньюаре, ухаживая за мной. Ее легкий украинский акцент действовал еще более соблазнительнее. Но я чувствовал себя напряженно, и она это почувствовала. Никогда мне не доводилось прежде бывать в подобных ситуациях, когда ты знаешь, что боевой генерал при табельном оружии находится в сорока минутах езды от квартиры, в которой ты развлекаешься с его женой.
- Расслабься любимый, успокойся, - постоянно уговаривала меня она.
И я успокоился, вернее заставил себя успокоиться, тем не менее изредка поглядывая на часы.
Через два часа нашего романтического свидания вместо того, чтобы наслаждаться итоговым блаженством, во мне стало нарастать беспокойство и тревога. От малейшего постороннего резкого звука за дверью, я напрягался и ожидал, что вот сейчас распахнется дверь и в спальню ворвется рассвирепевший генерал с пистолетом в руке и с криками:
- Ахтунг! Хенде хох, гнида, Гитлер капут, - выпустит всю обойму в меня, убивец.
Кошмар! Что скажет моя жена?
Нахрена я сюда приехал! Может ему сейчас звонят в генеральный штаб и говорят:
Товарищ генерал, это служба ГБ беспокоит. По нашим сведениям, у вас дома, с вашей супругой, сейчас находится опаснейший половой террорист из Службы бортпроводников Домодедово по кличке Апполоныч. Высылаем группу для ликвидации. Просим возглавить!
Я уже стал похож на героя фильма в исполнении Даля из фильма «Не может быть», когда он вздрагивал от каждого шума.
Галка, нужно отдать ей должное, все поняла и улыбаясь сказала:
- Ладно уж, герой любовник, езжай домой, я все понимаю. Может ты и прав, не стоит так рисковать. Тем более мне.
Я вышел на улицу и огляделся, нет ли слежки. Вроде все чисто. Настроение резко улучшилось. Хороша жизнь!
Встречались мы года полтора. Один раз, когда в Москву приезжал отец со своей женой, им, как всегда, понадобились билеты на самолет в Ереван. Я заказал их Галке и мы с отцом поехали к ней, чтобы забрать билеты и расплатиться за покупку.
Стоим ждем. Выходит моя королева и подойдя к нам целует меня и вручает бланки проездных документов. Знакомлю их.
- Какой у тебя симпатичный папа! - весело говорит Галка, чмокнув его на прощание.
Отец, не отрываясь смотрит на нее. Когда она уходит, он с восхищением произносит:
- Очэнь красывая дэвучка!
- Это точно! - подтверждаю я.
Расстались мы неожиданно. Ее мужа назначили военным атташе куда-то за кордон, и они уехали.
Последняя наша встреча была бурной с рыданиями и прощанием, а также обещаниями помнить друг друга всю жизнь.
Как-то раз, когда я случайно встретился в метро со своей бывшей "подругой" по Аэрофлоту, она мне сказала, сидя за столиком в кафе напротив меня и глядя в глаза:
- Знаешь, Жорж, чем ты всем нашим девчонкам нравился?
- Чем же? - мне стало интересно.
- Тем, что ты расставался со всеми как-то безболезненно, спокойно и вроде как бы даже, продолжая оставлять надежду, оставаясь хорошим другом. Никто из них не держит на тебя обиды и вспоминают о тебе только хорошее, - сказала она улыбаясь.
- Так это же замечательно, когда без обид и только хорошее! Давай за это и выпьем, - сказал я весело и поднял бокал с вином.
Мне кажется, что именно так и должны все люди расставаться, по-доброму, оставляя надежду на будущее, без зла и обид в душе.
Наш инструктор, старший бортоператор Боря Баклан устроил к нам в авиакомпанию оператором своего зятя Сашку Панова. Сашка закончил танковое училище и дослужился сначала до командира танка, а потом и до командира взвода.
Вообще то он мечтал стать моряком, но его папа, генерал танковых войск, решил иначе и не спрашивая сына, хочет тот или нет, подал за него документы в родное танковое училище, которое когда-то сам закончил. У генерала танкиста (в этом своем убеждении он был твёрд, как танковая лобовая броня) и дети должны быть танкистами. Он бы и жену с тещей определил в училище, но женщин туда не брали, к сожалению.
Сынок, на радость отцу, выпустился офицером и пошел, а вернее поехал по следам отца.
Поначалу он даже решил, что все не так уж и плохо, управлять такой техникой, стрелять, не бояться грязи. Но наступила осень, и вся прелесть профессии стала все ярче проступать наружу вместе с грязью. После каждодневных выездов на полигон, танк становился похож на огромную копну глипкой гоины, которую нужно было отмывать больше часа водой. В расположение казарм и жилья экипажи возвращались грязные и мокрые с ног до головы, измотанные и без сил. А ведь нужно было все привести в порядок к следующему дню.
Зимой стало еще лучше! В наших танках кондиционеров нет (в то время не было, не знаю, как сейчас). В морозы танк промерзал насквозь и для его обогрева нужно было приложить немало времени и сил. Сашка уже подумывал, а не поджечь ли эту гусеничную телегу вместе с боезапасом? С глаз долой, из сердца вон!
Короче, Александру эта романтика встала колом. И решил он комиссоваться, но не тут-то было! Как только не изощрялся танкист, ничего не получалось!
Он уже и сумасшедшим прикидывался, пытаясь ножовкой отпилить дуло, но, когда узнал, что за такие фокусы светит трибунал, с этими экспериментами пришлось завязать. Но тут вмешалась судьба. Язва, будь она не ладна! Да еще с инфекцией какой-то (может он глотнул чего, типа извести, кто его знает?), но Сашу комиссовали, сказав на дорогу, чтобы его ноги около танковой части больше не было! Ну насчет этого он пообещал твердо, что мол не сомневайтесь, не увидите, дураков нет!
На гражданке, попивая минеральную воду в Кисловодске, он познакомился с девушкой, оказавшейся дочкой второй жены Бори, Надеждой. А дальше короткий роман и свадьба. Перестройка гремела в самом разгаре, как Сашкин танк, подминая и давя всех и вся на своем пути. На работу хорошую было не устроиться, да и где ее хорошую найдешь? И тут Надежду осенило! А муж то на что? Пусть устраивает к себе, на что он еще нужен?
Сколько Борис получает она знала точно, муж отчитывался по доходам, поэтому будущую зарплату зятя она уже приплюсовывала в общий бюджет и получалось скажу я вам очень даже нехило!
Боря пошёл к командиру отряда, Чумаку В. А. и слезно стал умолять принять родственника, потому как дочка уже на сносях, а жрать то все хотят и большие, и маленькие. А иначе, хоть в переход подземный идти, милостыню просить!
Артемьич знал, что Борис, как пиявка, если прицепится, не оторвать, пока всю кровь не выпьет, поэтому и согласился:
- Черт с тобой, приводи! Тем более, что еще одну машину получаем в Ташкенте.
И Саша Панов после подготовки и переучивания в УТО влился в наш дружный отряд. Медкомиссию он прошел, благодаря знакомству Бориса с Лукьянычем и секретарем ВЛЭКа Светланой.
На мой вопрос, с какого такого приплета он из танкистов решил превратиться в летчика, Санек, глядя своими мутными от язвы глазами, честно отвечал:
- С детства люблю самолеты!
- А как же танки? - допытывался я.
- Ты знаешь, - глаголил он, - часто, бывало, еду на танке высунувшись из башни, а сам на небо смотрю, на пролетающий в вышине самолет и такое желание летать появлялось, что стрелять забывал..
Оператор из него был никакой. Очень скоро он достал всех. Дело в том, что как только прилетели с ним на базу, так Шурик сразу начинал клянчить отпустить его домой, даже если предстояла разгрузка. Причина всегда была одинакова:
- У меня жена ревнивая, если я задержусь она подаст на развод. И ребенок маленький, некому в магазин сходить, в детскую кухню.
Некоторые отпускали, лишь бы не ныл. Я нет.
- Тебе же самолеты нравятся, ты в них влюбился? Ну вот и ходи вокруг Илюхи, гладь его, целуй, наслаждайся, получай удовольствие! - наставлял я его.
Он попросил Бориса со мной его не ставить.
Через какое-то время Саша со своим лучшим другом однокашником по училищу, открыл магазин автозапчастей под названием "Трак" и уволился. Борис возил ему нашими рейсами запчасти на "Бехи" и "Мерсы" из Германии, когда мы летали в Берлин и Лейпциг. Он и сам был в доле.
Но скоро друзья разругались в пух и прах, став непримиримыми врагами. Бизнес поделили пополам и разбежались. Наверное, правильно говорят, что совместный бизнес нельзя вести с лучшим другом и с родней.
Борю вскоре сократили и следы их семейного подряда затерялись. Мы иногда созванивались с ним, но потом телефон я куда-то подевал. Раньше виделись на поминках погибшего экипажа Ан-12 моего командира Чернышова Сергея, 29 июля на Домодедовском кладбище, но позднее он перестал туда ездить. Здоровье Борино было не очень по причине пагубной привычки, поэтому и не ручаюсь, жив ли он...
А ведь я с ним делал первый стажерский рейс в 1977 году в Службе бортпроводников Домодедово на Ил-18 в Сухуми. Мы были молодыми и вся жизнь впереди....
=================
P.S. Уважаемый читатель! Буду рад любому участию в моем проекте по изданию новой книги. Каждому обещаю переслать книгу «Чудеса залетной жизни». Просьба указывать эл. адрес.
Мои реквизиты:
Карта Мир, Сбер N 2202 2036 5920 7973
Тел. +79104442019
Эл. почта: zhorzhi2009@yandex.ru
Спасибо! С уважением, Жорж Исканян.
Предыдущая часть:
Продолжение: