— Ты обязана прописать моего ребенка у себя в квартире! Это законное право Игоря как отца! — звонкий, срывающийся голос Светы разносился по всей прихожей.
Она стояла у порога, демонстративно поглаживая заметно округлившийся живот. Рядом переминался с ноги на ногу бывший муж, Игорь. Он старательно отводил взгляд, словно изучал вешалку для верхней одежды.
Вера почувствовала, как пульсирующая боль стягивает виски. После тяжелого рабочего дня ей меньше всего хотелось видеть эту парочку. Развод состоялся полгода назад, но бывший супруг продолжал портить ей жизнь с завидной регулярностью.
— С какой стати я должна прописывать совершенно чужого мне ребенка на своей территории? — ровно спросила Вера, не позволяя им пройти дальше коридора. — Эта недвижимость досталась мне от родного отца задолго до нашего брака с Игорем.
— Потому что Игорю больше негде прописать наследника! — с вызовом заявила Света. — У него только временная регистрация в общежитии. А по закону ребенок должен быть зарегистрирован по месту жительства отца!
— Вот именно. По месту жительства, а не в квартире его бывшей жены, — отрезала Вера. — Игорь давно здесь не живет и давно выписан по суду. Ищите другие варианты.
Игорь наконец-то подал голос. Он выступил вперед, пытаясь изобразить крайнюю степень озабоченности:
— Вер, ну будь человеком. Нам просто нужна бумага для поликлиники и пособий. Мы же не претендуем на твои метры. Сделай одолжение ради моего будущего малыша. Ты же сама всегда хотела детей.
Удар был точным и очень подлым. Вера действительно долго не могла забеременеть в браке, и именно это стало формальной причиной ухода мужа к другой.
— Игорек, не унижайся перед этой эгоисткой, — Света скривила ярко накрашенные губы. — Мы пойдем другим путем. Твоя мать уже обещала нам помочь. Она найдет управу на свою неблагодарную дочь!
Они громко хлопнули входной дверью. Вера осталась стоять в пустом коридоре, чувствуя нарастающую тревогу. Упоминание матери не предвещало ничего хорошего — та всегда обожала Игоря и считала дочь виноватой в разводе.
На следующий день позвонила мать, с криками требуя прописать «невинного младенца» и угрожая в противном случае навсегда вычеркнуть Веру из своей жизни.
Ситуация накалялась с каждым днем. Света начала регулярно писать сообщения с угрозами судов и ловко давила на жалость через общих знакомых. Но Вера была не из тех, кто легко сдается.
Ее природная внимательность подала тревожный сигнал во время одной из редких встреч возле подъезда. Света, находясь якобы на восьмом месяце, наклонилась за упавшими ключами с такой неестественной легкостью, словно живота не существовало вовсе.
Эта мысль не давала Вере покоя. Она решила провести собственное небольшое расследование в интернете. Обычный поиск по имени и фамилии привел ее на открытую страницу Светы в социальной сети.
Там, в обсуждениях крупного городского паблика, новая жена Игоря с личного аккаунта подробно жаловалась на свой диагноз, полностью исключающий возможность материнства. Последний комментарий с откровениями был оставлен всего пару месяцев назад.
Головоломка мгновенно сложилась в пугающую картину. Никакого ребенка не было. Это была грамотно спланированная афера с одной-единственной целью — любым путем получить прописку в дорогой недвижимости в центре города, а затем трепать нервы судами.
Вера не стала устраивать истерик по телефону. Она хладнокровно дождалась выходных и пригласила бывшего мужа с его новой женой к себе домой, сообщив, что готова обсудить условия регистрации.
Они явились ровно к назначенному времени. Света сияла от самодовольства, гордо выпячивая живот под просторным платьем. Игорь выглядел расслабленным и уверенным в себе.
— Ну вот, давно бы так, — Света вальяжно опустилась на диван. — Завтра пойдем в паспортный стол.
— В паспортный стол мы не пойдем, — ровным тоном произнесла Вера. — Зато вам стоит приготовиться к визиту в полицию.
Света презрительно хмыкнула:
— Ты нас полицией вздумала пугать? За то, что отец хочет прописать законного ребенка?
— За то, что вы пытаетесь мошенническим путем завладеть правами на чужое имущество, — Вера положила на стол распечатки. — Здесь ваши комментарии из социальной сети, Светлана. Мне прекрасно известны ваши реальные диагнозы. Вы физически не можете иметь детей. А ваш «ребенок» — это просто кусок поролона под платьем.
В комнате стало абсолютно тихо. С лица Игоря в одно мгновение сошли все краски. Он медленно повернулся к новой жене:
— Света... Что она такое несет? Это же полная чушь, правда?
Света судорожно сглотнула. Ее глаза забегали по сторонам в поисках выхода. Внезапно она вскочила с дивана. Вся напускная уверенность испарилась, уступив место неприкрытой ярости.
— Да! Да, я хотела твою квартиру! — закричала она, срываясь на визг. — У тебя все есть с самого рождения, а мы с Игорем ютимся в общаге! Почему тебе одной должно достаться все?!
Игорь пошатнулся, словно получил сильный удар в грудь. Он смотрел на Свету так, будто видел ее впервые в жизни.
— Ты... ты мне врала? Все эти месяцы? Водила меня за нос ради чужой квартиры?!
— А ты думал, я правда хочу рожать от неудачника без гроша за душой?! — злобно выплюнула Света. — Мне нужна была прописка!
Вера спокойно наблюдала за этой безобразной сценой. Внутри не было ни капли сочувствия к бывшему мужу. Он сам выбрал этот путь, променяв их семью на лживую иллюзию.
— Представление окончено, — жестко сказала Вера, указывая на дверь. — У меня включен диктофон, и уже подготовлено заявление о возможном мошенничестве. Если вы не исчезнете из моей жизни сегодня же, я передам все материалы следователю. Пусть разбираются. Убирайтесь оба.
Игорь попытался сделать шаг к Вере, протягивая руки в умоляющем жесте:
— Верочка... прости меня. Я был слепцом, я ничего не знал об этой афере, клянусь! Разреши мне остаться...
— Вон отсюда, — голос Веры прозвучал как металлическая пружина. — Если вы сейчас же не уйдете, я звоню в полицию прямо при вас.
Они вышли быстро, не проронив больше ни слова. Бывшие супруги пошли в разные стороны прямо от подъезда, навсегда разрушив свой фальшивый союз.
Вечером позвонила мать. Кто-то из общих знакомых уже успел переслать ей скриншоты тех самых комментариев Светы. Пожилая женщина долго молчала в трубку, а потом тихо произнесла: «Прости. Я не знала». Вера ничего не ответила и просто завершила вызов. Пока было слишком рано для прощений.
Она стояла у окна своей комнаты. Налила травяной настой и сделала неспешный глоток. Эта квартира наконец-то стала настоящей крепостью, где больше нет места лжи и предателям.