Магда застыла, не сводя глаз с юноши. Он был ошеломлен не меньше нее, его светло-голубые глаза, почти серые, как у самой Магды, расширились от удивления.
Как у герцога де Бьера.
– Что?.. – тихо выдохнул юноша, делая шаг вперед. Магда невольно отступила, но мягкая рука Деяна удержала ее. Он не пытался остановить, но поддерживал.
Она бросила на него взгляд и увидела в его глазах извинения. Он знал.
Знал и ничего ей не сказал!
– Этого не может быть, – тихо произнесла Магда. Чем дольше она смотрела на юношу, тем больше замечала сходства с герцогом. Светлые глаза, волевой подбородок, пшеничные волосы – у них были общие черты.
Принцесса кашлянула.
– Не совсем та встреча, которую я ожидала, – сдержанно сказала она. – Думаю, вам нужно время. Лорд де Кастро, прогуляемся?
В вопросе не было вопроса как такового, как и возможности ответить “нет”. Поэтому Деян бросил последний взгляд на Магду – она, даже несмотря на обиду, не могла на него не ответить немой мольбой не оставлять ее одну и пошел вслед за принцессой, держась от нее на приличном расстоянии.
Она осталась одна, только с юношей напротив, о котором не знала ничего, кроме имени. И того, что он был ее братом.
– Я..., – начал он неуверенно, делая шаг вперед и протягивая ладонь. Затем, видимо, осознав неуместность жеста, он изменил положение руки, будто собирался коснуться пальцев Магды. Через мгновение он спрятал руку за спину, другой нервно хватаясь за волосы. Его прическа, и без того неопрятная, превратилась в настоящее воронье гнездо. – Я не знаю твоего имени.
Магда прикусила губу. Почему? Почему судьба предупреждала ее о завтраке, но не о существовании брата? Как за все эти годы она ни разу не видела его, даже во сне?
– Магда, – коротко ответила она. Юноша смотрел на нее недоверчиво, но с интересом.
– Я – Влас. Неужели ты... Ведьмина дочка?
– Бастардка, – холодно поправила Магда. Если Влас действительно был сыном герцога, законным... она могла представить, какие истории ему пришлось услышать о ее матери и о ней самой. – Да, именно она.
– Я... – Влас растерянно развел руками. – Я вовсе не это имел в виду.
Магда отвела взгляд, не желая встречаться с ним глазами. И вовремя – вокруг них начали собираться дворяне, предвкушая новые сплетни.
Магда не собиралась давать им такой повод.
Она подхватила юбку и, гордо подняв голову, направилась к выходу. Если Влас последует за ней – его дело; если нет – она не будет скучать.
Самое обидное было из-за Деяна. Он знал всё, но ничего не сказал. Она только что рассказала ему об отце, а его молчание о матери было непростительным.
За спиной она услышала шаги. Влас не хотел её оставлять.
— Стой, Магда! Постой! — воскликнул он, пытаясь её догнать. Магда ускорила шаг. Она не хотела, чтобы их видели слишком близко к залу, иначе завтра о ней будут сплетничать.
Она не сказала Власу об этом, но надеялась, что он поймёт и молча последует за ней. Ей действительно нужен был перерыв. Она не знала, как отреагировать на младшего брата, но несколько минут могли помочь.
Внезапно она почувствовала, как её шаг замедляется — и не по её воле. Волна магии окутала её мягким, но неотвратимым кругом, заставляя остановиться.
— Остановись, Магда. Прекрати убегать, — шаги за её спиной тоже замедлились. Теперь это был не полубег, а медленный шаг. Влас вышел из-за её спины.
— Отпусти, — сквозь зубы сказала Магда, но не стала ждать, пока брат выполнит её просьбу. Она ухватилась за плетение чар и дёрнула его так сильно, что всплески магии обдали и самого Власа.
— Эй, полегче, — он поднял руки, отступая на шаг. — Я не хотел ничего плохого. Просто ты слишком быстро ходишь.
— Я не убегаю. Я ухожу подальше от чужих глаз. Хотите сделать свою семейную драму публичной?
Голос Магды был ледяным, и Влас это почувствовал.
— Это не только моя семейная драма. Она наша, Магда, — Влас упёр руки в бока. Магда огляделась: они отошли далеко от зала, и коридоры были пусты — тишину нарушал только ветер с балконов.
— А тут ты ошибаешься. Я не хочу иметь ничего общего с герцогом.
"И с тобой" — слова остались несказанными, но Влас, кажется, понял.
— Почему? Да, он не признал тебя своей дочерью, но это можно исправить! Я признаю тебя леди де Бьер, об этом даже не думай! Ты имеешь право на то же наследство, что и я.
В этом Магда не сомневалась. О её части наследства герцог де Бьер даже не вспоминал.
— А ты уверен, что мне это нужно? — с усмешкой спросила она, отступая на шаг. Весь разговор был бессодержательным и глупым. — Ты уверен, что я хочу носить фамилию отца, который обесчестил мою мать и разрушил мою жизнь?
Горечь, которой Магда не ожидала, всё же прорвалась в её голосе. Она надеялась говорить об этом спокойно, без боли.
Влас прищурился, и в его глазах мелькнул стальной блеск. Настоящий дворянин, не менее гордый, чем она. Но она верила, что это досталось ей от матери.
— Он и мой отец тоже, так что следи за словами. Возможно, он был не лучшим человеком, но дал нам обоим много.
Магда не смогла сдержать смеха.
- Ох, дай угадаю - он отправил тебя учиться, и у тебя всегда были лучшие няньки, и тебе не отказывали ни в чем, о чем ты бы не просил, да?
Влас ничего не ответил, но его спокойное лицо выдавало всё. Это лицо, холеное и доброе, не знавшее ни лишений, ни скитаний, вдруг стало злым.
— Открою тебе тайну, — сказала онас горечью, от которой искры пробежали по её пальцам. — У меня не было ничего из этого. Я была незаконнорожденной и девочкой, а не желанным наследником.
— У тебя не было ничего из этого, потому что ты сбежала с матерью! Оставила отца с разбитым сердцем!
Магда застыла на месте. Это не могло быть правдой — слишком невероятно.
— Это... то, что он тебе рассказывал? — медленно спросила она, стараясь говорить ровно.
Влас покачал головой.
— Он редко говорил о тебе. И никогда — о твоей матери. Но все знали о ней и сожалели, что она покинула город. Единственная ведьма на много миль вокруг.
Но никто не помог ей, когда она нуждалась в этом. Никто не замечал, как к ней относился герцог. Никто не видел, как она увядала год за годом: краски сходили с её лица, старые платья становились всё свободнее, она чахла на глазах.
Магда тоже этого не замечала — она была слишком мала и видела мать редко, потому что герцог не позволял.
Она не знала, что сказать Власу. Рассказать ему правду о герцоге... унизительно и не обязательно. Да и поверит ли он?
— Ты не знаешь всего, — просто сказала она. — Мы ушли, потому что твой отец сделал кое-что непростительное. И у меня нет желания носить его имя, поэтому я, вероятно, откажусь от... нашего знакомства. Всего наилучшего.
Она развернулась и быстро пошла прочь, не оглядываясь на Власа. Он был молод, ему едва ли было двадцать.
Правильно ли она поступила?
Магда покачала головой. Сомнения ей ни к чему. У неё уже была семья — и это ни к чему хорошему не привело. Но у одиночества были свои преимущества: по крайней мере, ей не нужно было ни за кого волноваться.