Глава ✓ 412
Начало
Продолжение
Долго, очень долго идут письма в Российской Империи в первой четверти века девятнадцатого.
С оказиями, на стремительных почтовых тройках от станции к станции в запечатанных мешках едут письма. С тоскливыми призывами, с томленьям сердечными, с жалобами и просьбами, со сплетнями и отчётами о прибытках и убытках - разные. В особых мешках - письма по казённой надобности, в них донесения и кляузы, оправдания и доносы. Есть и вовсе особенные - от лиц частных к господам чиновникам. В тех чаще жалобы и просьбы слезливые, а вот письмецо особенное, пухлое, женской ручкой писанное к господину главному врачу Артиллерийского госпиталя.
Много писем получает доктор Арендт, ведёт интенсивную переписку и поддерживает знакомство со многими своими коллегами-медиками, известными и мало пока известными врачами, интересуется нововведениями и экспериментами. Знаком с Домиником Ларреем и Эстли Купером, по-доброму соперничает в достижениях с доктором Буяльским, который вместе с ним учился у знаменитого И.Ф. Буша. Высоко ценит хирургическое операторское мастерство Буяльского и в некоторых случаях не зазорным для себя считает обратиться к нему за советами. В свою очередь, Буяльский часто приглашает его на роль операционного ассистента в случаях сложных или интересных. Хорошо знал Николай Фёдорович и доктора Х. Саломона: ему он преподнёс в подарок свою знаменитую «аневризматическую» иглу.
И вот эта знаменитость внимательно читает отчёт о лечении капитана таможенной стражи от неведомой хвори (холеры?), что в новых провинциях Российской Империи лишила жизни сотни тысяч, наптсанный не доктором медицины, не врачом, даже не ординатором, фельдшером или санитаром - обычной женщиной.
Нет, не обычной!
Никаких эмоции нет в письме, только сухие факты, регистрирующие состояние, цвет и частоту стула, кожи, выделений, жара, лихорадки, судорог. И не менее подробно - какие препараты и снадобья принимал больной, их частота и количество. Одной строчкой - количество умерших от похожих симптомов в Ширванском ханстве (480 человек) за весну 24-го года.
А за этими строками - крик: "Как же так?" И отчаяние, что неведомо, от чего умирают дети порой за один световой день. Ты же доктор! Помоги!! А чем? Как?! Если он даже не знает, что противостоит ему. Нет ещё у науки медицины методов исследований заболеваний, одни предположения и опыт, приобретённый в таких вот ситуациях.
Итак, Мэри пишет, что все предметы, контактировашие с больным были сожжены, сама она во всё время болезни Михаила ни с кем телесного контакта не поддерживала по приказу!!! хозяйки дома, гле остановился на постой её супруг. Тело и руки два раза в день мыла едким щелочным мылом, а руки, лицо и рот дополнительно промывала высокоградусным местным алкоголем. Вся семья в это время соблюдала карантин, даже дети. Сырой воды не пили, только бульоны и чай, некая излишне мудрая старушка даже овощи сырые есть запретила.
Интересная какая старушка!! Откуда, интересно, у неё такие знания?! Но это позже - снйчас куда важнее, что в астраханских степях фиксируются похожие случаи. Даже не верится, что за 3-4 дня человек высыхает, отказывают почки и мучительная смерть - в сознании! - неминуема. Именно так описывают это заболевание фельдшеры и немногие местные врачи в своих отчётах из Астраханской губернии, присылаемых в Санкт-Петербург.
Рекомендации этой самой Валиде-ханум повторить, даже потребовать несложно, да только станут ли их выполнять? Хватит ли его, Николая Арендта, авторитета и славы для того, чтобы остановить приближающуюся эпидемию?
Тоже эксперимент... и опыт. Даже если результат отрицательный, он тоже достоин быть зафиксированным.
Смеркается за окном, зажигаются немногие масляные фонари, Машенька прислала экипаж, чтобы не мок любимый муж под проливным дождём. А ведь за столом или в гостиной о новостях не расскажешь - не комильфо такие темы за столом поднимать. Генриетта перепугается - всё же новости не о посторонних - о её родной сестре. Зато какой чудесный повод зайти к супруге в личные комнаты, рассказать о приключениях подруги её, о смелости и самоотверженности. А там, глядишь, и она расчувствуется, а он утешит.
Ух, как он утешит...
Продолжение следует ...
Телефон для переводов и звонков 89198678529 Сбер, карта 2202 2084 7346 4767 Сбер