Рассказ "Грешница - 2. Право на любовь"
Книга 1
Книга 2, Глава 30
Рука Егора уже легла на ручку двери ванной комнаты, когда на кровати за его спиной раздался настойчивый звонок телефона.
Секунду помедлив, Климов подошёл к аппарату и, увидев от кого входящий, ответил на вызов:
– Да, Эля, я слушаю тебя.
– Климов, что происходит? – Эвелина явно была раздражена, и Егор почувствовал это даже на расстоянии. – Ты обещал быстро вернуться, а сам уехал и пропал. Как я должна это понимать? Где ты? Я хочу приехать к тебе.
– Если хочешь, приезжай, – пожал плечами Егор, не собираясь выкручиваться перед бывшей женой. – Тем более что мне нужно здесь задержаться ещё на какое-то время. Так что твой приезд будет кстати.
– Да? – голос Эвелины зазвучал спокойнее. – Надо же! Я думала, что ты будешь отговаривать меня ехать к тебе. Ладно, давай, заканчивай скорее свои дела и возвращайся. Ты мне нужен здесь. Не заставляй меня нервничать.
– Даже в мыслях не было, – усмехнулся Егор.
– И вот ещё что, – проговорила Эвелина строго: – Ты всегда должен быть на связи, двадцать четыре на семь. Потому что я могу захотеть услышать твой голос днём и ночью. В конце концов, я скоро снова стану твоей женой и имею на это право.
– Ты хочешь быть моей женой или хозяйкой? – спросил её Егор, краем глаза заметив Дарью, которая выходила из душа, укутанная в белый халат.
Она вытирала волосы полотенцем и на секунду замерла, услышав последние слова Климова, но быстро взяла себя в руки и отошла в сторонку, чтобы не мешать ему. Однако Егор уже отключил вызов и теперь смотрел на Дарью, которая тоже не сводила с него глаз. Но вот её ресницы дрогнули:
– Егор, ты можешь снять для меня отдельный номер. Просто я не хотела бы ставить тебя в неловкое положение, – она показала взглядом на смятую после их сна постель. – Надеюсь, ты меня понимаешь…
– Ну, вообще-то, это и так твой номер, – невольно усмехнулся он. – Мой – справа, через стенку.
– Что?! – ахнула Дарья, опешив от такой наглости Климова. – А зачем тогда вот это?!
Теперь она уже открыто показала на кровать.
– Почему тогда ты спал не у себя?!
– Не мог оставить тебя в том тяжёлом состоянии, в котором ты была, – пожал плечами Климов. – Если хочешь, мне так было спокойнее. Кстати, Даша, пока я приму душ, закажи, пожалуйста, в номер завтрак. Что-нибудь на своё усмотрение. Но имей в виду, я очень голоден.
– Нет! – отчаянно затрясла Дарья головой: – Егор, уходи к себе! И никакой завтрак я заказывать не буду. Хочешь есть, спускайся в ресторан. Пожалуйста, уходи! Мне нужно переодеться.
– Ты что, стесняешься меня?! – брови Климова поползли вверх. – С каких пор?
– Егор!!! – воскликнула Дарья. – Если не уйдёшь ты, уйду я!
– Вот так, в халате и с полотенцем на голове?! – Климов улыбнулся. Ему нравилось смотреть, как меняется выражение её лица, а ей вдруг захотелось наброситься на него с кулаками.
***
Вячеслав подъехал к дому матери, но долго сидел в машине, сжимая в руках ключи от её квартиры, будто не решался войти. Внутри тревожно ворочалась мысль, что пришёл слишком поздно: он давно обещал, что обязательно наведается, когда «наладится». Но «наладилось» не так, как ожидалось, а обещания растянулись и осели в памяти пылью.
А может быть она не захочет даже впустить его?
Но Виолетта Владимировна встретила сына вполне спокойно. Она была в домашнем халате, аккуратно уложенные волосы выдавали привычку держаться собранно даже в мелочах. Однако взгляд, когда она его увидела, сразу стал настороженным. В нем не было искренней радости, только усталость и непроходящая обида.
– Ну что ты застыл на пороге? Заходи, – сказала она, и голос прозвучал сухо. – Чай будешь?
Вячеслав прошёл на кухню. Пахло чем-то знакомым и тёплым: заваркой и любимыми ванильными булочками матери.
– Мам, – начал он, и это слово получилось вязким, тяжелым. – Я… хотел увидеть тебя. Давно не был.
Виолетта Владимировна уселась напротив. Она не сразу взяла чашку, словно думала, говорить ли дальше, или позволить ему самому выговориться до конца.
– Давно, – повторила она за ним спокойно, но с нажимом. – Когда у тебя всё было хорошо – ты обо мне не вспоминал.
– Я не забывал, мам, – мягко возразил он. — Просто… работа, дела. Потом стало… хуже.
А хуже действительно стало. Вячеслав рассказывал неохотно, будто сам себе не хотел верить. После ухода от Софии Карловны его доходы просели, и каждый разговор с новым работодателем превращался в бесконечную паузу, в которой от него требовали терпения, но не давали ни уверенности, ни гарантий. Даже должность в больнице, где он так долго держался за место и репутацию, была уже занята.
– В общем, я остался без работы, – сказал он, наконец. – Всё было хорошо. А теперь будто у меня всё отняли разом.
Виолетта Владимировна молчала. Потом вполголоса произнесла:
– Ты это называешь «у меня отняли». А я вижу, что ты сам запутал собственную жизнь. Не надо было тебе разводиться с Дарьей.
Имя Дарьи прозвучало в комнате как холодный сквозняк.
Вячеслав откинулся на спинку стула:
– Мам, не надо. Я и так устал.
– Устал? – снова повторила за ним Виолетта. – А я тоже устала. Причем – давно. А ты только сейчас.
Вячеслав сглотнул.
– Что будем делать, мам?
Виолетта Владимировна усмехнулась:
– У тебя снова «мы»?
– Ну мам…
– Мне нужно подумать, – ответила она. – А теперь иди.
– Я хотел остаться у тебя.
– Я привыкла думать в одиночестве, – сухо ответила она и отвернулась к окну.
***
Ксения набрала номер телефона Анатолия и, когда он ответил, возмущённо воскликнула, не отвечая на его приветствие:
– Ну и что ты творишь, Якушев?!
– Мне больше нравится, когда ты называешь меня Толей, – он мягко поправил её. – Но что тебя так взволновало, малышка?
– Господи, Толя! Никакая я тебе не малышка! – продолжала кричать в трубку Ксения, не обращая внимания на то, что она стоит посреди магазина, а вокруг неё собралась уже целая толпа покупателей. – Я вообще не твоя! Я ничья! И не собираюсь принимать такие подарки!
– Это я уяснил, – спокойно сказал Анатолий. – А вот в чем, собственно говоря, проблема, не понял.
– Во-первых, магазин стоит очень дорого!
– Ксюш, – не терял самообладания Анатолий, – я подарил тебе не супермаркет в центре столицы, а небольшой деревенский магазинчик. Поэтому, поверь, там не такая уж большая сумма. Это всё?
– Нет, не всё! Якушев, что я буду делать с этим магазином?! – продолжала возмущаться Ксения.
Дед Иван, бывший пасечник, стоявший в толпе односельчан, потерял терпение, молча взял у неё из рук телефон, а потом отвёл её за прилавок.
– Вот все вы, бабы, горазды трепать нервы мужикам, – проворчал он. – Сделал человек доброе дело, подарил тебе магазин, так становись и торгуй себе на здоровье, людям на радость. Или мы до вечера должны ждать, пока ты со своим Анатолием пререкаться будешь?
– Ладно, – пробурчала Ксения. – Становитесь в очередь, что кому надо?
А потом поднесла телефон к уху:
– Якушев, ты ещё тут?
– Тут, – ответил он, и она услышала, что он смеётся.
– С тобой я ещё поговорю, Толя, – пообещала она и сбросила вызов.
***
Выпроводив Егора, Дарья не выходила из своего номера до самого обеда. И только когда Егор постучал к ней и сказал, что заказал столик в ресторане, пообещала спуститься через пять минут.
– Поторопись, в час нас ждет следователь, – напомнил ей Климов. – Так что у нас не очень много времени.
– Хорошо, я уже иду, – ответила она, но дверь открыла только, когда его шаги затихли в коридоре.
Собрав волосы в небрежный пучок и надев лёгкий сарафан, Даша направилась на обед с Егором и уже увидела столик, за которым он поджидал её, как вдруг услышала за спиной знакомый вкрадчивый голос:
– Дарина?! Ты здесь? Ну надо же, какая неожиданная встреча!
Медленно, очень медленно Даша повернулась к узнавшему её мужчине и замерла: за одним из столиков сидел Денис Ржевский, Поручик, которого она когда-то спасла от неминуемой гибели.
– Девочка моя, ты еще больше похорошела. Выглядишь роскошно! Ну, иди ко мне, я так соскучился…