Предыдущая часть:
Цыганка, всё так же громко и заливисто смеясь, небрежно махнула рукой, развернулась, подошла к припаркованному у тротуара старому, ржавому автомобилю, с трудом открыла дверь, села внутрь и, громко чихнув двигателем, уехала, оставив Веру в полной растерянности и одиночестве посреди мокрой весенней улицы.
«Что это, чёрт возьми, только что было? — в ужасе и недоумении думала девушка, почти бегом направляясь домой. — Шутка? Какая-то глупая, неуместная шутка. Наверняка где-то стоял человек с камерой и всё это снимал. А завтра выложат в интернет и будут смеяться. Но откуда эта странная тётка узнала про моих родителей? И про то, что я каждое утро перед зеркалом сижу и пытаюсь третий глаз открыть? Может быть, это Кира её наняла? Точно, она на такое вполне способна, чтобы доказать мне, что я не права». Но Кира сейчас находилась в отъезде у дальних родственников, даже на пары не ходила уже целую неделю. Да и вряд ли она могла знать, что Вера именно сейчас пойдёт за специями именно в эту лавку. «А что, если эта женщина не просто ненормальная бродяжка, а настоящая ясновидящая? Тогда, выходит, она правду говорила про Марка? Но ведь он любит меня, я это чувствую... И при чём здесь моя квартира? Да, он живёт со мной, но я сама настояла на этом, когда он предлагал снимать что-то вместе. И он даже мои деньги не берёт, хотя я ему сама предлагала не раз. Он совсем не меркантильный, ему материальное вообще чуждо. Это какой-то бред! Надо немедленно выбросить всё это из головы и больше не думать».
Всю ночь Вера проворочалась в постели, так и не сомкнув глаз ни на минуту. Она украдкой, боясь пошевелиться, смотрела на спящего рядом Марка, на его красивый, правильный профиль, освещённый бледным светом уличных фонарей, пробивавшимся сквозь щели в шторах, слушала его ровное, спокойное дыхание. Девушка просто не могла поверить, что слова случайной цыганки на улице могут оказаться правдой. Вот уже почти целый год они были счастливы вместе, и ни разу за это время Марк не дал ей ни малейшего повода усомниться в своих чувствах. Ни разу.
Утром она встала с постели в прескверном, разбитом настроении. Марк уже суетился на кухне, собираясь на пары.
— Ты чего такая сонная, котёнок? — он внимательно посмотрел на девушку, на её бледное лицо и синяки под глазами. — Что-то случилось? Ты сегодня сама не своя, какая-то отрешённая.
— Да что-то голова сильно болит с самого утра, — соврала Вера, чувствуя себя неловко. — Я, наверное, сегодня в университет не пойду, останусь дома.
— Ну, может, врача вызвать? Температуры нет?
— Нет, просто мигрень, — вяло улыбнулась девушка, стараясь, чтобы её голос звучал как можно более беззаботно. — Я дома сегодня отлежусь, выпью таблетку и к вечеру буду как огурчик.
«Какой же он заботливый, — подумала Вера, глядя, как Марк надевает куртку в прихожей. — Да разве такой человек способен меня обманывать? С какой стати ему так изощрённо притворяться целый год? Нет, это всё глупости и наваждение. Марк любит меня, и я люблю его». И всё же, когда дверь за парнем закрылась, она хотела было позвонить Кире, чтобы выговориться, но тут её взгляд случайно упал на кольцо с сапфиром, сверкающее на безымянном пальце. И сразу же в памяти с ужасающей чёткостью всплыли слова той самой цыганки.
Вера сняла кольцо с пальца, положила его на журнальный столик и, повинуясь какому-то внутреннему импульсу, уселась перед большим зеркалом в позу лотоса, прикрыла глаза и стала внимательно всматриваться в своё отражение. Ничего особенного, только её невыспавшееся, бледное лицо с красными от бессонницы глазами, растрёпанные рыжие кудряшки, торчащие во все стороны, и хрупкие, поникшие плечи. Вера закрыла глаза и постаралась успокоить дыхание, как учил Марк. Сколько она так просидела? Полчаса? Час? Она потеряла счёт времени. И в какой-то момент, в полной тишине пустой квартиры, в её голове, словно из тумана, начал медленно, но неумолимо складываться мозаичный пазл.
Вот Марк украдкой с кем-то переписывается в телефоне, а когда Вера подходит поближе, он тут же закрывает приложение и убирает экран. Вот он говорит, что сегодня в студии незапланированное мероприятие для продвинутых учеников, и он задержится допоздна, а потом возвращается домой со странно блестящими, возбуждёнными глазами, и от него пахнет не только благовониями, но и какими-то сладкими, женскими духами. А вот вечеринка у них дома несколько месяцев назад. Несколько ребят рисуют на полу цветной песок, мандалу, а остальные сидят вокруг и играют на глюкофонах и ханге, в том числе и сама Вера. Было так здорово и весело. А Марк вдруг незаметно, когда все увлеклись, вышел из комнаты, а вслед за ним, спустя пару минут, выскользнула и худенькая брюнетка Ника, их общая знакомая. Их не было минут двадцать, не больше. Вернулись они порознь. Сначала в зал вошла Ника, взволнованная и раскрасневшаяся, и почему-то старалась избегать взгляда Веры. А потом, спустя ещё пять минут, вернулся Марк, спокойный и невозмутимый, как ни в чём не бывало, и тут же принялся подавать карри. Но что-то внутри Веры сейчас отчётливо подсказывало ей, что её жених и эта Ника вряд ли всё это время провели на кухне, обсуждая духовные практики.
И таких разрозненных осколков воспоминаний, которые раньше Вера просто отмахивалась, не придавая им значения, вдруг оказалось неожиданно много. Марк, оказывается, изменял ей часто и, по-видимому, довольно успешно, стараясь ничем себя не выдать. А Вера, слепая дура, ничего не замечала, потому что была ослеплена своей любовью, как ярким солнцем, которое не давало разглядеть тени. Она верила каждому его слову, каждому взгляду, не позволяя себе усомниться ни на секунду. А ведь Кира с самого начала оказалась права, как и та странная цыганка, встреченная вчера у магазина.
— Кира, привет, это я, — еле слышно, дрожащим голосом пролепетала Вера в трубку, когда её палец нажал на кнопку вызова.
— Верка! — удивилась подруга, услышав такой непривычный, подавленный тон. — Что с твоим голосом? Что-то стряслось? Ты меня пугаешь.
— Стряслось, Кир. Ты была абсолютно права. Во всём.
— В каком смысле? Насчёт чего именно?
— Насчёт Марка. Он мне, кажется, изменяет. И делает это настолько незаметно и искусно, что я даже заподозрить его не могла до сегодняшнего дня.
— Ну надо же! А как ты тогда догадалась? Что-то случилось?
— Да просто... просто села и подумала. Собрала воедино все мелочи, на которые раньше закрывала глаза. И ещё эта цыганка... Я тебе всё расскажу, когда увидимся.
Вера быстро пересказала подруге весь свой разговор со странной женщиной и те сцены из прошлого, которые вдруг всплыли в памяти.
— Я же тебе с самого начала говорила, что этому Марку не стоит слепо доверять, — вздохнула Кира, и в её голосе послышались торжествующие нотки. — Где он сейчас?
— На парах ушёл, сказал, что вернётся только к вечеру. Я дома одна.
— Хорошо. Я приеду сегодня вечером, как только освобожусь. Что-нибудь придумаем вместе. Тебе нужно убедиться в его изменах, а не просто подозревать. Пока просто успокойся, выпей чаю с мятой и не делай никаких глупостей. Всё же есть, пусть и маленький, но шанс, что ты просто ошибаешься и надумала себе всякого из-за этой дурацкой цыганки.
— Она сказала, что ему нужна только моя квартира. Что он живёт со мной только из-за неё.
— А это очень похоже на правду. Видимо, Марк сразу смекнул, что такая доверчивая и наивная дурочка, как ты, попадётся на его удочку. Можно ловко манипулировать и делать вид, что ты — любовь всей его жизни. — Кира говорила жёстко, но в её словах чувствовалась искренняя боль за подругу. — То-то он так быстро изобразил эту бурную страсть, понимал, что ты поверишь любым его словам и не станешь проверять. Хитрый, расчётливый тип. Видимо, рассчитывал, что ты никогда не выведешь его на чистую воду. Будешь изображать счастливую пару и варить ему его дурацкое карри, пока он там... Не могу даже думать об этом спокойно. Но лучше нам прекратить это сейчас, пока не поздно, пока ты не вышла за него замуж и не родила ему детей.
— Ты должна его проверить, и проверка должна быть стопроцентной. Купи-ка скрытую камеру для квартиры.
— Камеру? — переспросила Вера, не совсем понимая, о чём речь.
— Да, лучше всего скрытую, чтобы он ни о чём не догадался. Кстати, у моего отца, он же в охранном агентстве работает, есть парочка лишних, таких маленьких, что их даже опытный глаз не заметит. Я могу дать тебе на время. Давай я приеду завтра днём, пока Марка не будет, и мы всё быстренько установим. А потом ты пропадёшь на пару дней. Скажешь своему благоверному, что тётя Ольга заболела и попросила пожить у неё, помочь по хозяйству. Марк поверит, даже не сомневайся. В это время квартира будет в его полном распоряжении, и уж если ты права насчёт него, то он точно не упустит возможности привести какую-нибудь девицу, а то и не одну. И вот когда мы во всём убедимся, можно будет устроить ему небольшой спектакль.
— Спектакль? — удивилась Вера, чувствуя, как внутри нарастает неприятный холодок от предстоящего обмана, но понимая, что другого выхода нет.
— Да, есть у меня один план. При встрече всё подробно расскажу, не по телефону. Главное, держись и не падай духом. Мы эту гадину проучим.
— Марк, — жалобно, как можно более невинным голосом проворковала Вера, обнимая своего парня за плечи, когда он вернулся с учёбы.
— Что такое, любимая? — он отложил телефон и повернулся к ней. — Ты какая-то задумчивая сегодня.
— Понимаешь, такое дело... Тётя Ольга немного приболела, ногу вывихнула, лежит теперь, не может ходить. И она меня попросила пожить у неё пару дней, помочь по хозяйству, да и соскучилась она по мне сильно.
— Вот как, — Марк выглядел искренне расстроенным. — Надеюсь, ничего серьёзного?
— Нет-нет, просто вывих, но жить ей это очень мешает. Я хотела тебе сказать, что в эти выходные я уеду к ней. Ты тут справишься один без меня? Не пропадёшь?
— Ну вот, обидно, — Марк вздохнул. — А мы ведь с тобой хотели в эти выходные позвать ребят в гости на коллективную медитацию. Там Сашка Гусев из Китая какой-то уникальный чай привёз, редкие травы. Придётся, наверное, всё отменить.
— Нет-нет, что ты, не надо ничего отменять! — поспешно сказала Вера, боясь, что он передумает. — Просто проведите всё без меня, я нисколько не обижусь. Веселитесь, а я позвоню.
— Точно? А то ведь я мог бы и с тобой съездить к твоей тёте, помочь чем-нибудь.
— Брось, не стоит. Я всего на пару дней, быстро обернусь. Да и нам с ней нужно поговорить, а то давно не виделись, по душам.
— Что ж, ладно, раз ты так решила. Тогда с меня фотки с нашей встречи и подробный отчёт, как мы чудесно провели время без тебя, — улыбнулся Марк, целуя её в лоб.
— Договорились, — ответила Вера, стараясь, чтобы её улыбка выглядела искренней.
В пятницу вечером Вера, собрав небольшую сумку с самыми необходимыми вещами, отправилась к тёте Ольге. Там её уже ждала Кира, которая успела посвятить родственницу подруги в детали их плана и заручиться её поддержкой.
— Правильно решили, — одобрительно кивнула тётка, разливая чай по чашкам. — Не нравится мне этот ваш Марк с первого дня, как я его увидела. Верка с ним какая-то странная стала, сама не своя. Мясо перестала есть, глаза безумные, с родными почти не общается, только с этими своими новыми дружками-йогами. А если он ещё и на квартиру моей сестры глаз положил, то я его своими собственными руками, — Ольга сжала кулаки, и на её лице отразилась такая решимость, что становилось не по себе.
— Всё будет хорошо, скоро этот цирк закончится, — хитро улыбнулась Кира, похлопывая тётю по плечу. — Мы ему покажем, где раки зимуют.
— Я мясо перестала есть не из-за Марка, а по собственным идейным соображениям, — насупилась Вера, чувствуя себя неловко под пристальными взглядами родных. — У меня своя голова на плечах, между прочим.
— Ну-ну, по идейным, — засмеялась Ольга, пододвигая к племяннице тарелку с дымящимися, золотистыми куриными крылышками. — А чего тогда ты слюнки пускаешь на мои жареные крылышки? Я же вижу, как ты на них поглядываешь, пока сама свой скучный салат из капусты жуёшь. Ешь уже, не стесняйся, все тут свои, никто тебя не осудит и пальцем не покажет.
Но Вера сморщилась, с тоской глядя на аппетитные, хрустящие крылышки, лежащие на блюде. Тётя Ольга всегда готовила их каким-то особенным, невероятным способом, и никто не мог разузнать у неё секретный рецепт. В животе у Веры предательски и громко заурчало. Что уж там говорить, от мяса она и правда отказалась не по своей воле, а под давлением Марка. Он постоянно упрекал её, навязывал веганскую кухню, называл мясоедение «источником негативной кармы», и как-то само собой получилось, что Вера постепенно перешла с сочных, аппетитных стейков на безвкусные котлеты из нута и варёной моркови.
— Не стесняйся, — ласково пододвинула блюдо поближе к племяннице Ольга, подмигнув Кире.
Вера долго колебалась, борясь с внутренним запретом, но в конце концов не выдержала и взяла одно крылышко с тарелки. Боже, как же оно аппетитно пахло — чесноком, специями и детством! При первом же укусе, когда хрустящая корочка лопнула, а по подбородку потёк жирный сок, всё внутри Веры словно ожило и встрепенулось. Она почувствовала себя беспризорницей, которая украла в лавке сочный, ворованный пирожок. Она ела жадно, быстро, почти не жуя, с хрустом перемалывая мелкие хрящики и облизывая пальцы. И странное дело — никаких угрызений совести или чувства вины она в тот момент не испытывала. Только невероятное, животное наслаждение.
— Ты гляди на неё, Кира, как уплетает, — довольно засмеялась тётя Ольга, наблюдая за трапезой племянницы. — Вот что значит долго жить не в своей тарелке, а под чужую дудку плясать. Милая, запомни: ты никогда не должна поддаваться на манипуляции, даже от любимого человека. Нормальный, адекватный парень свои вкусы и привычки насильно не навязывает, а уважает твои. Я лично знаю две пары, где один супруг веган, а второй спокойно ест мясо, и ничего, живут душа в душу, никто никого не переделывает.
— Ладно, некогда нам тут философствовать и этические дискуссии разводить, — улыбнулась Кира, взглянув на часы. — Вера, давай, открывай ноутбук. Скоро начнётся самое интересное.
Вера, тщательно вымыв руки с мылом, вытащила из сумки свой ноутбук и запустила специальное приложение для просмотра видео с камер, которые они с Кирой установили два дня назад в её квартире, пока Марка не было дома. Одна камера, замаскированная под зарядное устройство, показывала спальню, а вторая, вмонтированная в книжную полку, — бывший папин кабинет, который теперь превратился в комнату для медитаций. Почему-то им обеим казалось, что именно эти комнаты Марк может использовать для своих тайных встреч, подальше от посторонних глаз.
На экране одна за другой вспыхнули мутноватые картинки с камер. Комнаты были пусты, но из гостиной доносились приглушённые звуки музыки и весёлый смех гостей — похоже, вечеринка, которую Марк устроил, была в самом разгаре. Как они и предполагали, он не стал отменять сборище только потому, что невесты не было дома. Долгое время на экранах ничего не происходило — только пустые комнаты с зажжёнными свечами и струйками благовоний. Вера уже начала клевать носом, убаюканная бездействием, как вдруг резко очнулась от того, что Кира принялась трясти её за плечо.
— Просыпайся, соня, — почему-то шёпотом, хотя в комнате, кроме них, никого не было, сказала ей подруга, указывая пальцем на экран. — Кажется, представление начинается. В спальне кто-то есть.
Сначала Вера увидела на записи молодую девушку, которая просто ходила по спальне, с любопытством разглядывая картины Елены Швецовой, висящие на стенах. Ничего особенного или подозрительного в этом не было, гостья просто осматривала комнату. Но через минуту девица зажгла несколько палочек благовоний и расставила их на полке, создавая романтичную, интимную атмосферу. А ещё через пару минут в спальню, бесшумно притворив за собой дверь и повернув ключ в замке, вошёл Марк.
— Я не хочу на это смотреть, — зажмурилась Вера, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. — Выключи, пожалуйста.
— А вот и зря! — отрезала Кира, не сводя глаз с экрана. — Так ты быстрее поймёшь, какой это подлец и обманщик. Сиди и смотри, набирайся смелости. В общем, я поставлю эту запись на телефон. Это видео нам ещё очень пригодится для нашего спектакля.
— Похоже, он довольно часто проворачивает такие штуки, пока меня нет дома, — обречённо выдохла Вера, чувствуя, как внутри всё сжимается от боли и унижения. — Значит, в тот раз, когда они с Никой якобы на кухню ушли за фруктами, примерно то же самое и происходило. Вот же подлец, вот же лживый, меркантильный гад! Да я ему в его наглую физиономию это видео кину и выгоню из моей квартиры вон, прямо в чём есть!
— Погоди, не горячись, — спокойно, но твёрдо сказала Кира, выключая звук на ноутбуке. — Я придумала кое-что гораздо более интересное и эффективное. Тебе придётся ещё немного потерпеть и поиграть роль влюблённой дурочки, зато таким образом ты поставишь этого придурка на место окончательно и бесповоротно. — Кира хитро прищурилась. — Просто покажешь ему видео — он начнёт извиняться, врать, опять запудрит тебе мозги своими духовными практиками, а ты, я тебя знаю, поплывёшь и простишь его. Не спорь, я видела, как ты на него смотришь. Тут нужно действовать радикально, без соплей. В воскресенье вечером ты, как ни в чём не бывало, возвращаешься домой. С Марком стараешься быть приветливой, но без особого восторга. Он не должен ни о чём догадаться. А в четверг к вам придут гости.
— Какие ещё гости? — удивилась Вера, ничего не понимая.
— Покупатели. Твоей квартиры.
— Что? — опешила Вера, думая, что ослышалась. — Какие ещё покупатели?
— Да не настоящие, не бойся. Я попросила своих тётю и дядю подыграть нам, они люди артистичные, справятся. Ты скажешь Марку, что решила продать квартиру. Точнее, что ты её уже продала. Остались только формальности, а сама уже присмотрела вам другой вариант, гораздо скромнее и дешевле.
— Но он же не поверит. С какой это стати я всё это сделала тайком, за его спиной, ничего ему не сказав?
— А с такой, что ты давно это планировала, но хотела сделать ему сюрприз. Скажешь, мол, с милым рай и в шалаше, хочешь на вырученные деньги открыть небольшой бизнес, например, свой магазинчик здорового питания, или что-то в этом роде. Деньги, мол, нужны на развитие. И начнёшь при нём вещи собирать в коробки, чтобы он поверил окончательно. И вот тогда-то он и покажет своё истинное, алчное лицо. Уж поверь мне.
Продолжение :